Призрачный шанс (ЛП). Страница 8

— Ты сказала «Эмми»?

Лицо мгновенно искажает тревога; у Беллы с Грейсоном застывает то же выражение.

— Ну да... Ее же зовут Эмми, верно?

Киран медленно кивает, челюсть буквально отвисает: он явно лишился дара речи.

Такое случилось впервые.

Кому, как не мне, знать: этот парень прислал больше пятисот семидесяти семи сообщений.

Первой отмирает Белла.

— Откуда ты знаешь ее имя?

Тут я уже не выдерживаю и усмехаюсь.

— Бросьте, ребят, не пугайте. Она сама сказала.

Киран резко втягивает воздух. Взгляд, которым одаряет нас с Эмми... его просто невозможно описать словами.

С трудом сглотнув, я поворачиваюсь к лучшей подруге.

— Может, кто-нибудь наконец объяснит, почему вы смотрите так, будто у меня крыша поехала? И раз уж на то пошло, — я понижаю голос, — чья она?

Грейсон делает шаг вперед и хлопает Кирана по плечу.

— Об этом ты должен сказать сам.

Проигнорировав загадочную реплику друга, Киран собирается с духом и спрашивает:

— Она разговаривала?

Нахмурившись, я крепче прижимаю малышку к груди, внезапно почувствовав себя загнанной в угол и готовой защищать наш разговор.

— Да.

Он качает головой.

— Она ни с кем не разговаривала... уже несколько недель.

Подавшись назад, я вытягиваю шею, пытаясь заглянуть Эмми в глаза, но та лишь сильнее утыкается носом в изгиб моего плеча.

— Хитрая королева, — шепчу я и прикусываю язык, слыша в ответ тихое хихиканье.

У Кирана глаза едва из орбит не вылезают.

Я пытаюсь глазами отыскать на террасе ее родителей, но тщетно.

— А где ее... — я осекаюсь, так и не произнеся слово «родители» после недавнего инцидента в коридоре.

Киран потирает затылок, обходит стол и проскальзывает мимо ошеломленной Беллы, а после направляется ко мне. Он протягивает руки, и не успеваю я глазом моргнуть, как Эмми перекатывается к нему в объятия, инстинктивно обнимая за шею, словно проделывали этот трюк уже не раз.

— Мы уложили ее поспать на диване. Должно быть, проснулась, когда ты пришла, — произносит Киран. Привычный игривый тон бесследно исчез, сменившись глухим, монотонным голосом.

Внутри все болезненно сжимается, а к горлу подкатывает тошнота, когда я перевожу взгляд с устроившейся на руках малышки на его лицо.

И тут до меня доходит.

Когда они оказываются рядом, невероятное сходство бросается в глаза.

Отступив на шаг, я потрясенно бормочу:

— О боже...

Киран ловит мой взгляд и не отпускает, словно затягивая в лазурную глубину глаз. В эту секунду он кажется таким беззащитным, потерянным и напуганным, будто одно неосторожное слово – и тут же сломается.

Нынешний Киран настолько не похож на того человека, с которым я познакомилась больше года назад, что перехватывает дыхание.

Не похож на прежнего весельчака, который вечно испытывал мое терпение и без умолку флиртовал.

Я хочу вернуть того парня, у которого в глазах горел живой огонек.

Судя по взгляду, произнести это вслух ему не под силу. Что ж, окажу услугу. Расправив плечи, я подбадривающе улыбаюсь.

— Она твоя?

Стоит сменить тон, как напряжение отпускает его плечи, из глаз исчезает настороженность, и Киран едва заметно кивает.

— История долгая...очень долгая.

Белла и Грейсон словно растворяются в воздухе, оставляя нас с Кираном наедине в собственном коконе, тишину которого нарушает мой шепот:

— Ты в порядке?

Не знаю, что именно толкает на этот вопрос: сострадание ли к человеку, который плечом к плечу со мной помогал лучшей подруге пережить горе; эмпатия ли от того, что сумел поддержать ее и Грейсона в те моменты, когда меня не оказалось рядом; или просто чистое сочувствие к чужой беде, ведь парень всегда умел рассмешить абсолютно любого.

Киран умолкает, и я с предельной ясностью осознаю: солгать он не сможет при всем желании.

Сама не понимая зачем, я вдруг выпаливаю:

— Ей нужна новая одежда.

Киран удивленно хохочет.

— Я только что огорошил тебя известием о трехлетней дочери, и тебе больше нечего сказать?

Я лишь пожимаю плечами.

— Ну а что? Действительно ведь нужна. Старая одежда явно мала.

— Все, что вместе с ней передали, точно такое же, — Киран оборачивается к Белле. — У тебя случайно ничего не завалялось?

Подруга виновато морщится.

— Ну, детские вещи дома как-то не валяются.

— Если хочешь, я могу съездить в магазин и что-нибудь купить, — предлагаю я. — На вид она точь-в-точь как дети двоюродной сестры.

Белла резко вскакивает и с восторженным писком подбегает к Кирану, захлопав в ладоши.

— Знаешь что, Киран, подвернулся просто идеальный случай! Почему бы тебе самому не подвезти Лайлу?

Она забирает послушно идущую на руки Эмми, но уж кого-кого, а свою лучшую подругу я знаю как облупленную – этоттон слишком хорошо знаком. Я в упор смотрю на Беллу, одними губами спрашивая:Ты что творишь?

Та делает вид, будто не замечает взгляда, что лишь подтверждает худшие опасения: она определенно что-то задумала.

— Я и сама могу съездить. Мне не...

—Исключено , — выпаливает она, усаживаясь на террасе рядом с Грейсоном. Оба принимаются возиться с Эмми, напрочь позабыв про нас с Кираном. — Киран тебя отвезет, — отрезает подруга тоном, не терпящим возражений.

Она бросает на Грейсона многозначительный взгляд; у того округляются глаза, и он поспешно поддакивает.

— Да, отличная мысль.

Киран хмурится, упирая руки в бока.

— Вы что задумали? — ответом служат красноречиво закатанные глаза, заставляющие Кирана тут же подтянуться. — Ах, черт, точно, — обернувшись, он врубает фирменное обаяние на полную мощность и одаривает меня такой улыбкой, что все внутри сжимается.

Боже, до чего же хорош собой. Неудивительно, что девчонки охотно расстаются ради него с бельем.

Подхватив со стола кепку, он надевает ее козырьком назад, лишь подливая масла в огонь грязных мыслей, и подмигивает.

— Пошли, Рыжуля, двигаем.

Застонав, я запрокидываю голову.

— Ты серьезно назвал меня Рыжулей? Совсем с фантазией туго?

Пропустив эти слова мимо ушей, он берет ключи, но у самой Эмми на секунду застывает.

Хриплый голос Грейсона заставляет Кирана обернуться.

— Все с ней будет в порядке. Обещаю, Киран, я ничему не позволю случиться.

Киран на мгновение каменеет, но затем шумно выдыхает, сбрасывая напряжение.

— Я быстро.

— Не торопись, — отзывается Грейсон. — Тебе не помешает немного передохнуть.

Обернувшись, Киран опускает ладонь мне на поясницу, направляя к выходу. Я тут же отступаю в сторону, спасаясь от прикосновения: даже от мимолетного касания по коже уже готово побежать стадо мурашек.

— Я и сама знаю дорогу, — отрезаю я.

— Смотрю, Берлин так и не сумел лишить тебя огонька, — хмыкает он.

Я награждаю его свирепым взглядом через плечо.

— Трудно лишить того, что просыпается исключительно в твоем присутствии, — снова повернувшись к входной двери, я замираю на пороге и брезгливо морщусь, разглядывая подъездную дорожку. — А где машина?

Киран приподнимает бровь и расплывается в наглой, самодовольной улыбке.

— Неужели мисс «Я-и-сама-знаю-дорогу» внезапно растерялась?

Натолкнувшись на ледяной взгляд, он прищелкивает и кивает в сторону ворот.

— На улице оставил, — проходя мимо, Киран театрально прижимает руку к груди; чем дальше мы отходим от дома, тем стремительнее к нему возвращается привычный лоск. — Но мне льстит, что пробуждаю в тебе новые грани.

Смешливо фыркнув, когда мы выходим за ворота, я жду, пока Киран распахнет пассажирскую дверь, и забираюсь в салон. Стоит ему запрыгнуть на водительское сиденье и завести мотор, как я протяжно роняю:

— Поверь, тут нечем хвастаться, — он сдает назад, выезжая с дорожки и небрежно закинув руку за спинку моего кресла, так что приходится изо всех сил игнорировать рельефные вены, проступающие на его бицепсе. — К слову о новых гранях характера,Папочка Эшфорд , — многозначительно добавляю я, — кажется, в сообщениях ты кое о чем умолчал.