Влюбленный капитан. Страница 4

– Это не уловка. Теперь пираты – наша единственная надежда, но действовать необходимо быстро.

Что еще ей остается? В одиночку корабль не захватить. Она могла бы…

– Мисс Фишер, необходимо…

Сара вскинула пистолет:

– Дайте подумать!

Грааф захлопнул рот и съежился.

Что имеется в ее распоряжении? Только пара пистолетов и… она сама. Сара поморщилась. Ей нужна помощь, чтобы пробиться через заслон матросов и добраться до трюма и Феми. Голова гудела от мыслей одна другой безумнее, и она подавила стон.

Придется кому-то довериться. Иного пути нет. Сара оглядела капитана из-под ресниц. Его кожа покрылась испариной, руки тряслись. Неизвестно еще, пробудет ли он в сознании достаточно долго, чтобы отбить корабль у бунтовщиков.

Что-то грузно обрушилось на палубу у них над головами, и Сара, подскочив на месте, выдавила:

– Что они делают?

– Наверное, готовят корабль к сражению с пиратами.

Пушки! Если корабли начнут палить из пушек, обитатели трюма погибнут первыми.

Сара вновь вознесла молитву Господу и вытащила из-за пояса второй пистолет:

– Он заряжен.

Грааф взял оружие, проверил и спросил, словно не замечал первого пистолета, по-прежнему нацеленного ему в грудь.

– Есть еще патроны?

Сара не без труда извлекла из кармана отяжелевшей мокрой юбки пули и мешочек пороха и протянула капитану. На мгновение он взглянул на нее, открыл было рот, намереваясь что-то сказать, но быстро закрыл.

Она это заметила и спросила:

– Что такое?

– Да… хотел сказать, что нам потребуется быстро передвигаться. У вас это получится в мокрой одежде? – Капитан залился краской под ее подозрительным взглядом и пожал плечами. – Если хотите, в шкафу у вас за спиной есть сухая одежда – правда, мужская, но мы почти одного роста, к тому же в ней вам будет удобнее.

Он прав: одежда ей мешала, притом от мокрого грязного платья воняло и в нем было ужасно холодно. Сара не увидела на лице капитана даже намека на коварство, но тем не менее отступила к платяному шкафу, не опуская пистолета, распахнула дверцу и заглянула внутрь.

– Боже милостивый! – Грааф швырнул пистолет на стол. – Вот, держите, хотя я с трудом себе представляю, как вы собираетесь переодеваться и стрелять в меня одновременно. – Он передвинул кресло так, чтобы оказаться к ней спиной, и опять уселся.

Сара в спешке оторвала несколько пуговиц, освобождаясь от промокшего платья. Дорогую льняную рубашку она натянула поверх своей нижней сорочки и, выпутавшись из порванной юбки, натянула вместо нее бриджи, не отводя взгляда от спины Граафа. Надев жилет и сюртук из синего сукна, она взяла второй пистолет и протянула его капитану через плечо.

Тот взглянул на ее наряд и фыркнул, не скрывая веселья, но тут же опять зашелся кашлем.

– Так вам и надо: не будете надо мной смеяться. – Сара взвела курок пистолета и заняла позицию у двери. – Ну что, вы готовы вернуть свой корабль?

Глава 3

Когда Мартен отворил дверь в кают-компанию, там, кроме Бовиля и Даниелса, сидели еще двое, одетые почти одинаково, бледные и субтильные: вся кровь, казалось, отхлынула от их лиц, насколько это было видно под шляпами.

– Bonjour [1] , капитан. Bonjour, мадам… или мадемуазель?

Он вопросительно поднял бровь, глядя на даму. Судя по растерянным вздохам, Бовиля и Даниелса мужское платье обмануло в отличие от известного ловеласа Мартена Бушара.

Мартен повернулся к старшему помощнику и прищелкнул языком:

– Стыдитесь, Бовиль! Как вы могли не разглядеть, пусть и переодетую мужчиной, такую красивую даму?

Женщина глубоко вздохнула, сознавая, что комплимент незаслуженный: вряд ли ее узкое бледное лицо можно назвать привлекательным. И, судя по тому, что ей удалось ввести команду «Золотого серпа» в заблуждение, роскошными формами она тоже не обладала.

Она вскинула на него глаза.

– Я Сара Фишер, мисс Сара Фишер. А это, – она указала на бледного молодого человека, – Миз Грааф, капитан «Синей птицы».

Блондин устало улыбнулся Мартену и безразлично пожал плечами: мол, его дело сторона.

Мартен окинул неодобрительным взглядом субтильного работорговца. Гораздо веселее – и унизительнее для белокурого капитана – будет вести переговоры не с ним, а с его эмоциональной дамой.

Мартен повернулся к ней и церемонно поклонился:

– Добро пожаловать на мой корабль, мисс Фишер. Я – капитан Мартен Бушар. Насколько я понимаю, вы здесь, чтобы передать себя и ваш корабль в мое пользование без лишней суеты, а?

Сара скрестила руки на груди:

– По какому праву вы забираете себе корабль и груз капитана Граафа?

Мартен наклонился к ней через стол: во-первых, чтобы получше разглядеть ее лицо под шляпой, а во-вторых, чтобы дать ей понять, что он не из тех, кого можно отпугнуть холодным взглядом.

– По праву, данному мне грамотой британского правительства, мисс Фишер.

Сара покосилась на голландца, явно в надежде на помощь, но не получила ее.

Она вновь посмотрела на пирата, но по ее лицу ничего нельзя было понять.

Мартен улыбнулся: поразительное хладнокровие. Обычно женщины стремились оказаться в его объятиях или принимались глупо хихикать в его присутствии. Кто эта серая мышка, что держится с таким самообладанием и спокойствием? И кем она приходится этому молчуну: сестрой, женой, любовницей? Сара залилась краской под его изучающим взглядом, словно он не думал, а произносил все это вслух.

– «Синяя птица» возвращалась в Уиду, когда вы остановили нас, капитан. Вам не обязательно вмешиваться: на нашем корабле нет рабов – люди возвращаются домой.

Мартен рассмеялся и взмахнул руками:

– Enfin [2] , мадемуазель! Вижу, что я допустил ужасную ошибку. Можете идти на все четыре стороны.

Губы Сары разомкнулись, и она покосилась на голландца. Повисла тишина, и они неуверенно поднялись на ноги.

Мартен дождался, пока они встанут, вдруг резко наклонился над столом, и от его улыбки не осталось и следа.

– Вы можете идти, но ваш корабль, команду и живой товар я реквизирую.

Капитан снова рухнул на стул, но Сара густо покраснела и, опершись ладонями о стол, гневно взглянула на Мартена и процедила:

– Я не собираюсь играть по вашим правилам, капитан Бушар!

«Боже, да она премиленькая!»

Мартен подался вперед, так что они соприкоснулись полями шляп.

– О? А вы что, предпочли бы игры без правил, мадемуазель?

Сара прищурилась, не обратив внимания на его игривый тон.

– У нас на корабле сотня вооруженных людей и двадцать заряженных пушек, так что лучше будет для вас, если просто оставите нас в покое и не станете чинить препятствий, в противном случае пожалеете.

На этот раз Бовиль рассмеялся вместе с Бушаром, а когда они успокоились, голос подал капитан Грааф, повернувшись к Саре:

– Они знают, что у нас меньше сорока матросов и всего две пушки. – А Мартену он признался: – Я не в том состоянии, чтобы сражаться, а если и мог бы, не захотел. Думаю, вы понимаете, что мореход я неопытный и на самом деле даже не капитан. Это мой первый рейс – наверняка вы уже догадались, что мое пребывание на этом корабле скорее символическое. Мы должны были забрать в Уиде совершенно другой груз, но кое-что случилось, и мы покинули порт с пустым трюмом. Тогда мой старший помощник взял дело в свои руки. – Грааф нахмурился. – Но здесь есть и моя вина – боюсь, я был так болен, что не сразу сообразил, что к чему, иначе ни за что не позволил бы ему покупать рабов. Я…

Мартен фыркнул.

Голландец покраснел, но упрямо продолжил:

– Я беру на себя ответственность за случившееся. Можете арестовать меня за работорговлю, а моего старшего помощника – за организацию бунта, но дайте слово, что команда получит свободу, как только мы доберемся до Фритауна.

Мартен ухмыльнулся:

– Какое благородство! Почему же ваша команда должна избежать наказания? Ваши люди что, не знали, кого везут?