Чужая невеста для босса (СИ). Страница 18

— Вот черт, — я его переношу на рассыпчатый наполнитель и сажусь, обхватив колени руками.

Копается, фыркает и пристраивается в угол. Я убираю Марка из черного списка, потому что номер Вовы недоступен и звонки обрываются коротким гудком.

— Да, — шелестит голос Марка и деловито добавляет, — слушаю.

— Ты не только меня запер, — возвращаю на пол котенка, который гордо и самодовольно закопал свои дела, — но и мою подругу. Слушай, что у тебя за фетиш?

— Я не заинтересован в твоей подруге, — сердито отзывается Марк. — Она нам не нужна.

— Ты же не думал, что я одна к тебе приду?

— Ди! — в ванную заглядывает испуганная Ева, и котенок с шипением выгибает спину и заваливается на бок. — В дверь кто-то ломится.

— В дверь кто-то ломится, — повторяю я в трубку.

— Кто?

— Да я без понятия!

— Вроде охрана, — шепчет Ева. — Там два мужика в форме.

— Два мужика в форме, — холодно передаю информацию Марку. — Твоя соседка, наверное, нажаловалась.

Сбрасываю звонок и иду в прихожую с сонным котенком на руках. От громкого стука вздрагиваю и с негодованием заявляю:

— Во-первых, господа, есть звонок, а, во-вторых, нас заперли! Вызывайте полицию! Нас тут двое и кот. Маленький кот.

— Котенок, что ли? — приглушенно вопрошает мужской голос из-за двери.

— Они воровки! — слышу капризный писк сладкой барышни.

— Да нихрена подобного! — рявкает Ева, подскочив к двери. — Она невеста, а подружка невесты! Имеем право здесь находиться! Сучка!

— Хотя нас и воровками тоже можно назвать, — я поглаживаю мягкую и шелковистую шерстку, — я планировала кота украсть.

— Котенка или кота? — уточняет охранник за дверью.

— Котенка, — я киваю.

— Так, у нас тут невеста-воровка и ее подружка-подельница, и вас заперли? — бубнит второй голос.

— И котенок, — сердито добавляю я. — Вызывайте полицию. И меня уже не в первый раз Елизаров Марк Максимович берет в плен.

— А в который?

— Во второй!

— Я не понял, кажись, тут ролевые игры с тройничком, — с нотками зависти вздыхает один из охранников.

— Если эту в халате считать и кота… — задумчиво тянет второй.

— Я в таких ролевухах не участвую! — возмущенно охает Ева. — Вы в своем уме?! Я просто решила подруге помочь украсть кота у ее жениха!

— Котенка, — фыркает мужской голос. — Или у вас там все-таки карликовый кот?

— Вы будете работать или нет? — возмущается сладкая барышня. — Они хотели украсть у Марка котенка и сами в этом признались!

— Тихо! — рявкает охранник, и за дверью раздается трель телефонного звонка.

Смотрю в глазок. Рыжий и пузатый мужичок прикладывает к уху смартфон и хмурится. Рядом стоит, скрестив руки на груди сладкая барышня и сосков своих торчащих под прозрачной тканью не стесняется.

— Говорят, кота хотели украсть, — рыжий охранник смотрит в пол. — Нет? Просто дверь заело? Так мастера, может, вызвать? Нет? Да они вроде в себе. Нет? Подождите, так невеста из этих, из особенных? А, а подружка за ней присматривает, чтобы она дел не натворила? Принято.

Прячет телефон в карман, хлопает тощего высокого напарника по плечу и шагает прочь:

— Все нормально. У невесты, похоже, крыша потекла перед свадьбой. Моя жена тоже перед ЗАГСом чудила и обещала уйти в монастырь.

Охранники скрываются, а сладкая барышня, всплеснув руками, сердито смотрит на дверь и тоже исчезает с поля зрения.

— Ничего у меня крыша не потекла! — дергаю ручку, а затем передаю котенка в руки Евы, чтобы приступить к набору кода в попытке вырваться из ловушки, в которую я сама сунула нос.

Глава 21.

Котенок — просто очаровательный. Настолько очаровательный, что я располагаюсь на диване со всеми удобствами и засыпаю под его мурчание. Он топчется когтистыми лапками по ключице, сворачивается вибрирующим калачиком, и я не могу противостоять его пушистой и теплой власти. Я даже не звоню с возмущениями Марку, потому что тревожить хвостатого пупсика — преступление.

Ева тем временем в одном из кухонных шкафчиков находит бутылку вина и нагло ее вскрывает. Предлагает и мне присоединиться, потому что грех не выпить какой-то особенный шардоне-мардоне, а я сквозь дремоту отвечаю, чтобы она не хамела. Мы воровки, а не пьяницы без стыда.

— А я выпью, — Ева с досадой фыркает, — пребывание в плену — утомительное дело. Мне скучно.

Она ждала шоу с факирами, чтобы не скучать? Ева в очередной раз удивляет.

— Позвони в полицию или позови кого-нибудь на помощь.

— Да вот еще, — булькает вино, звенит посуда, и я отключаюсь под бубнеж и тихую музыку, что доносится из телефона Евы.

Я просыпаюсь от того, что кто-то тычется холодным носом в мочку. Накрываю котенка ладонью, чтобы он утихомирился, и мы вздремнули еще минуточек пять.

— Она спит, как сурок, — воркует пьяный и взбудораженный голос Евы. — И ничего не услышит. Марк Максимович, у вас же все несерьезно, и она тебя терпеть не может, но я…

— Но ты? — едва слышно и с хрипотцой вопрошает Марк.

Так. Дело попахивает очень скверно. Голос у Евы игривый, возбужденный и пронизан томными придыханиями.

— Но я… Марк Максимович, очарована вами.

Мне стоит подать знак, что я не сплю, но я неприятно удивлена поведением Евы. Упустим, что Марк — мой фальшивый жених, но соблазнять его, когда я сплю у них под носом — перебор. И мне любопытно, чем ее бесстыдство окончится. Я делаю ставку на то, что Марк— бессовестный кобель, и я должна в этом убедиться, поэтому лежу и не шевелюсь, пусть его котенок с урчанием присосался к мочке.

— Марк Максимович, — воркует Ева и чуть не задыхается, — и вы тоже очарованы мной.

Подозреваю, что Ева его уже поглаживает по причинному месту, потому что дыхание слишком сбивчивое и нетерпеливое.

— Ну же, уединимся?

— Руку, милая, убрала, — шелестит в ответ Марк.

— Я могу и без рук, — выдыхает Ева, — я способна на такие чудеса, Марк Максимович… Поверьте, я могу вас удивить.

Очень жаль, что я могу лишь слушать, но не видеть. Я так понимаю, Ева перешла в контрнаступление и прозрачно намекает, что она не человек, а удав и не подавится достоинством Марка, которое ее очень изумило, когда фотку его разглядывала.

— Ты бы меня удивила, если бы ты с ходу назвала уравнение Клейна — Гордона — Фока, — тихо усмехается Марк.

— Что совсем без вариантов? — интонации Евы меняются с тягучих и глубоких на холодные и равнодушные.

— Нет.

— Тоже мне недотрога, — фыркает, и слышу как что-то журчит и плещется, будто вино льют в бокал, — кто бы мог подумать.

— Тебе бы быть немного похитрее в своей проверке, — Марк тихо смеется. — Слишком прямо.

— Не знаю, с другими срабатывало, — обиженно отзывается Ева. — Ты особенный, что ли?

Котенок облизывает шершавым языком ухо, и мне щекотно, но я держусь. Не совсем понимаю, о какой проверке идет речь, но очень я невероятно заинтригована.

— Я в данный момент заинтересован только в твоей подруге.

— А она вот в тебе не очень, — презрительный глоток.

— Тут важно, что я заинтересован и чего я хочу, — голос Марка сердито потрескивает сухими веточками.

— Боже, сколько спеси. И чего же ты хочешь?

— Это очевидно, нет?

— Для этого не обязательно свадьбу играть, если что, — пьяно ворчит Ева.

— Привык сдерживать обещания.

— Серьезный, да? Знаешь, серьезный ты наш, спасибо тебе, конечно, за то, что отвадил ее от Вовы, но, может, тебе самому отвадиться? — шипит Ева. — Тебе все шутки, а она моя подруга. Признавайся, соседку потрахиваешь?

— Не твое дело.

— Мое! —взвизгивает Ева, и я не могу больше притворяться, потому что от ее пьяного вопля котенок подпрыгивает и заваливается за подушку.

Сажусь, растираю лицо в ладонях и смотрю на Марка и Еву, которые сидят за столом и распивают вторую бутылку вина.

— Разбудила, да? — Ева неловко улыбается и прикладывается к бокалу.