Жестокая любовь (СИ). Страница 3

Он быстро целует меня, одаривая на прощанье таким глубоким взглядом, что снова сжимается с сердце.

И я тут же сбегаю из-за стола, как только отец уходит.

Сбрасываю платье, вернувшись в свою комнату.

Отправляюсь в душ и просто усаживаюсь в ванной. Сижу под теплыми струями воды.

Почему я? Почему я на кон должна свою собственную жизнь положить ради того, чтобы спасти других? Разве же это честно?

Но…

Внутри понимаю, что я уже приняла решение. Никуда убегать я не буду. Ведь не прощу себе потом, если с отцом что-то случиться. Хотя насчет того, что спасибо ему скажу, тут он, конечно, перегнул.

— Ань, ты куда пропала? Я тебя жду тут, вообще-то!

Вспоминаю про время, только когда звонит Рина. На заднем плане музыка и смех.

— Твой же праздник. А я как дурочка в баре сижу. Ты меня продинамить решила? Тогда подарок себе оставлю!

Так и вижу, как Рина губы надувает.

— Хотя, можешь не приезжать! Тут такие экземпляры по мужской части! Я не промахнулась с этим клубом. Чистый тестостерон! Мне конкуренции меньше будет. Так что сразу скажи. Если ты решила меня с днюхой собственной кинуть, я отсюда через полчасика с красавчиком каким-нибудь уеду!

Чуть не стону в трубку, бросая взгляд на часы. Я минимум полчаса назад должна была в клубе с Риной быть!

— Дождись меня, пожалуйста! Тут отец просто приехал и пришлось задержаться.

Идея щелкает в голове сама собой.

Не отдамся я в свой первый раз старику!

Если уж отец и решил мою жизнь загубить, то хоть напоследок воздуха глотну! Хоть будет, что вспомнить. Иначе хоть вешайся.

— Нууууу, я подумаю. А то смотри. Тут парни такие, что ты по всем статьям проигрываешь!

— Я скоро!

Отключаю звонок.

Быстро натягиваю платье, приготовленное для сегодняшего вечера.

Оно как раз и для моей новой цели подходит. Блестящее. Серебрянное.

Облегает мою фигуру просто как перчатка. А фигура у меня, надо сказать, ничего. Мне девчонки вообще все завидуют. Рина не особенно — то соврала насчет конкуренции. Повезло мне в этом плане. И ни на каких диетах сидеть не нужно.

Вытаскиваю из шкафа шикарный комплект нижнего белья. Не собиралась его сегодня надевать. Вообще, берегла для особого случая.

Правда, не рассчитывала, конечно, что будет вот так. Наспех и с незнакомцем из бара. Но уж как получается…

Тот, с кем я мечтала покрасоваться в этом комплекте, вряд ли покажется в ближайшее время в моем поле зрения. А времени у меня совсем мало!

Смоки айс и блестящие тени добавляют изюминки к образу. Надеваю высокие каблуки и укладываю волосы в высокий гладкий хвост.

Удовлетворенно киваю, покрутившись перед зеркалом.

Черт. Да я сама себя хочу! Главное, чтобы адекватный какой-то попался!

— Как при отце, так серая мышка. Прям простушка-отличница. А как он за порог, словно шлюха вырядилась, — ядовито цедит Дара, когда я выхожу из своей комнаты.

Как отца вообще угораздило с ее матерью связаться? По сравнению с мамой это же небо и земля!

Что мачеха, что дочка, обе ядовитые змеи!

Только отец почему-то и не замечает. Потому что с ним они одну сладкую патоку в уши льют.

— Я еще и замуж выйду раньше тебя, — хмыкаю, передергивая плечами. — Отец уже об этом позаботился!

И быстро выбегаю из дому, наслаждаясь тем, как ее перекосило.

Пусть попсихует, а подробностей ей совсем не нужно знать!

— Анна, ну привет, — мы с Риной обнимаемся. Целуемся в обе щеки.

— Вырядилась. Весь кайф мне обламаешь. Все на тебя теперь будут пялиться. Не могла какой-нибудь мешок надеть? Как настоящая подруга!

Смеемся, уже усаживаясь у бара. Заказываем напитки.

Рина не со зла. Она-то как раз настоящая подруга.

— Там столик наш чуть не увели. Сейчас осводождать пойдем.

Я киваю, заказывая побольше напитков.

— Эй. Ты чего вдруг на старте так разогналась, мм? Смотри. Мне тебя тащить отсюда через десять минут совсем не улыбается. Я так-то потанцевать собиралась. До утра!

— Мне нужно.

Дожидаемся, когда с нашего столика пересаживают посетителей обратно к стойке. Занимает места. Заказываем по салату.

Вид здесь обалденный. Вся площадка видна. Торсы разглядывай хоть лопни. Парни неслабо под музыку выделываются.

— Такая вот ситуация, — подбиваю итог своего рассказа. — Так что отсюда я планирую сегодня уехать не одна!

4

— Ты уверена? Ань. Ну это же такое серьезное решение. Может, твой отец еще и передумает. А ты сейчас дров наломаешь.

— Не передумает, — буркаю.

Глаза уже на мокром месте.

Если не успокоюсь сейчас, макияж точно поплывет. Окончательно себе день Рождения испорчу.

— Ну не зверь же он, Ань. Черт. Видела я этого Задорожного! Да он же старый пень! Твой отец и то в два раза моложе выглядит!

— Знаешь, Рина. Мне кажется иногда, он специально хочет от меня избавиться. Вычеркнуть и забыть. Как маму. Живет своей второй семьей. А я ему словно глаза мозолю. Но сейчас все серьезнее. У него там проблемы какие-то, — вздыхаю. — В общем, другого способа их решить, как выдать меня замуж, у него нет.

— Вот и змеюку Дару за него бы и выдал.

Рина надувается как боевой петух. Опрокидывает в себя разноцветный коктейль.

Я не отстаю. Киваю бармену, чтобы повторил. Вкусно. Хоть и невесело особо.

— Мог бы свои проблемы и сам решать, — заводится Ринка.

— Теперь уже без вариантов. Так что ладно. Давай веселиться. Восемнадцать раз в жизни, между прочим! А в моем случае… На этом жизнь и закончится.

— Сколько у тебя времени то есть?

— Месяц, — вздыхаю.

— Ладно, Ань. Это же еще не приговор. Целый месяц! Ты только подумай! А потом твой старик, может, еще и… Ну заболеет, скажем так мягко. Или вообще. Помоложе себе кого-нибудь найдет. Эти старики богатые, которые на нас, молодых, западают, у них это прям болезнь. Чем моложе, тем лучше. Может, через пару лет скажет, что ты слишком старая для него. И привет, свобода!

— Звучит как тост.

Натягиваю на себя улыбку.

— Хватит киснуть, Рин. Все равно ничего уже не изменить. Поэтому давай гулять! Я этот месяц отрываться планирую по полной!

— Все равно. Не спешила бы ты с первым разом, Ань. Я же тебя знаю. Для тебя это все серьезно. Если ты раньше оторваться не спешила…

— Плевать. Все равно по-своему все сделаю! О. Смотри, какие парни там!

— Да ты что. Даже не смотри в ту сторону, Анют. Это же Пилянский.

— А мускулы ничего так.

Заворожено смотрю на то, как высокий парень плавно двигается под музыку. Срывает с себя футболку. Обнажает неслабые такие кубики пресса.

— Конечно, ничего. Да красуется он! Вовка же главный плейбой у нас в универе! Не знала?

— Да какая мне разница, — ловлю на себе взгляд этого самого плейбоя.

Явно заинтересованный. Его глаза мгновенно вспыхивают.

Салютую бокалом. Делаю медленный глоток. Выразительно облизываю губы.

— Аня, да перестань. Не нравится мне все это! Мы тебе получше кого-нибудь найдем! Он же бабник. Девчонок коллекционирует. А потом над ними смеется в своей дурной компании.

— Пусть попробует посмеяться. Или языком ляпать. У меня муж скоро будет. Такой, что лучше всяким выскочкам молчать. А то шею свернет. Не сам, конечно. У самого-то силенок не хватит. Охране своей поручит.

— Может, лучше уйдем? Ань, ты с отчаяния сейчас ошибок наворотишь.

Рина умоляюще складывает перед грудью руки.

Но я только дергаю головой.

Здравый смысл… Он был со мной все мои восемнадцать лет! И что? Помогло мне это? Да ни разу!

А так будет, что вспомнить, глядя по вечерам на противного старикана!

— Аня, остановись! Да он козел натуральный!

Рина тянет меня за руку, но я уже все решила.

Смело поднимаюсь. Иду к танцполу, покачивая бедрами.

Не разрываю с парнем зрительный контакт. Как там его? Вова, кажется.

Что ж. Неплохое имя. Но лучше не запоминать.