Бывшие. Притворись моей женой (СИ). Страница 4

— Даже не думай. Мы с Машей справимся. Ты, главное — учись. Это твой шанс, Настя. Ради неё ты должна выкарабкаться из этого болота. Я не хочу, чтобы вы жили так, как прожила всю жизнь я.

Я молчу. Потому что знаю: мама говорит правду. Ради Маши — я должна. Пусть тяжело, пусть через силу. Но я уже выбралась один раз. Значит, и второй смогу.

— Ма! — снова кричит Маша и кидает в экран игрушку. — Ма, ку! Где?

— Я тут, ку-ку! — смеюсь. — Мамочка тут, малышка. Видишь?

— А-а-а! — восторженный визг, и она приплясывает прямо на месте, поджав ножки. — Ма моя!

— Твоя, любимая. Слушайся бабушку. Ладно?

Мама в этот момент украдкой вытирает уголок глаза. Делает вид, что просто что-то попало, но я-то знаю, как переживает за меня.

— Мне вот зарплату за неделю в кафе дадут, я пришлю вам посылку. Тут такое разнообразие фруктовых прикормов...

— Не надо ей никаких гадостей в банках покупать. Я сама прекрасно делаю фруктовые пюре. Так, я хоть знаю, что они без добавок.

— Мам, береги себя. И Машу. Я очень вас люблю.

— Мы тебя тоже, — тихо говорит мама. — Очень-очень.

И связь обрывается. Экран гаснет. В комнате снова тихо. Грустно и одиноко в одночасье становится. Но я знаю, ради чего всё это. Ради кого. И этого мне достаточно, чтобы снова натянуть рюкзак, схватить конспект и выйти за дверь.

День проходит с девизом "успеть всё". А если быть точнее — сдать подготовленный материал на поверку преподавателю и добежать до кафе.

Алёнка не пошла сегодня на учёбу — сильно болит живот. Да и с её памятью, ей так мучиться, как мне, не надо. Она возьмёт мой конспект и, два раза прочитав, всё запомнит.

Однажды я прочитала, что женщина в декрете тупеет и теряет память. Тогда я смеялась с этого, сейчас вовсе не смешно.

Все мои мысли — только о дочери. Даже когда была дома. Питание, прогулки, сон. Зубки, простуды, одежда. Почему плачет? Почему притихла?

Думаю, будь они рядом, я бы чувствовала себя увереннее. Просто потому, что могу вдохнуть аромат моей принцессы. Обнять и прижать к себе. Не думать постоянно, беспокоит ли её что-то. Особенно зубы, которые и днём и ночью не дают малышке спать. Но, к сожалению, снять квартиру в столице — это роскошь не по нашим карманам. Бабушка до сих пор не общается с нами. Даже после того, как я, плюнув на гордость, отправила ей фото Маши. Не помогло. Ну уж если ангел с голубыми глазами не растопил сердце старой маразматички, то я сделала вывод — ей ничего уже не поможет. Так и умрёт в одиночестве.

В кафе аншлаг. Я работаю в полсмены и прихожу как раз на час пик. Кто-то только на обед пришёл, а кто-то уже с работы идёт.

— Насть, быстрее давай. Ты как раз вовремя, — выходит из кухни Сонька.

— Сейчас, только переоденусь и бегу.

— Ок. Сегодня твой стол — пять, семь и девять. Не забудь.

— Почему? Это же Валины столы. Они самые ходовые, и она их никому не отдаёт, — добегаю до раздевалки и останавливаюсь, чтобы услышать ответ Сони.

— Её вообще сегодня нет. Она тупо не пришла на работу. Вот и запара целый день. Мы тебя ждали с Алиной, как манну небесную.

— Ладно, тогда я сейчас. Быстро.

Через десять минут я уже хватала поднос с салатами и несла на седьмой столик. Там, к моему огромному сожалению, сидело семеро парней. Похоже, футболисты. Потому что трое из них были одеты в форму. Наверное, прямо с тренировки сюда пошли.

Рядом с кафе есть стадион. Не сильно большой, но там часто тренируются молодые дарования. И так как столы семь и девять вмещают большие компании, талантливая балаболка Валя их никому не отдаёт. Всё в поисках перспективного ухажёра она.

Я быстро расставляю принесённые салаты и бегу за остальной готовой едой. Приходится сделать ещё две ходки, чтобы всё вынести.

— Вам ещё что-то нужно? — уточняю, прежде чем уйти.

— Номерок бы твой. Давай ближе познакомимся, — он прищуривает свои глаза и читает имя на бейдже, — Настя-я, — тянет с особым удовольствием.

Я никак не реагирую. Эти вот альфа-самцы уж никак меня не впечатляют. Я уже не та наивная дурочка, что приехала в столицу четыре года назад. Правда, я думала, что за два года научилась различать лицемеров и хороших людей. Что ж, я ошиблась. Но сейчас... Пройдя ряд жизненных испытаний, я просто не верю в «хороших» мажоров. Их попросту не существует.

— Я так понимаю, меню вас больше не интересует? — гну свою позицию дальше. — Тогда приятного аппетита, — и ухожу.

Может, я, конечно, слишком дерзко веду себя, как для официантки. Но я тут всего на два месяца, а значит, не должна переживать, что они обо мне подумают.

— Нифига себе, она тебя отшила, — слышу за спиной комментарий одного из них. А потом — громкий смех остальных.

— Насть, ты бы поаккуратнее с ними, — у стойки меня ловит Соня. — Они же неадекватные.

— Знаю. Я за две недели, что работаю тут, уже насмотрелась на им подобных. Они что, правда думают, что это работает? Ну, клюнет кто-то на такой подкат?

— Конечно, клюнет. Валя, например.

— Валя на всех клюёт, кто может заплатить хотя бы за один стакан коктейля в клубе. Это я тоже поняла.

— Слушай, а ты быстро адаптируешься до жизни в столице. Может, после сессии, ну её, твою деревню? Останешься тут. Сможешь целый день работать и квартиру получше снять.

— Не могу, дорогая. Меня дома ждут.

— Насть, за пятый столик сели. Отнеси меню, — влазит в разговор бариста Вася.

— Иду, — забираю у него меню и собираюсь идти к столику. Он почти сразу за моей спиной. Каких-то шагов пять.

— Настя, жених дома ждёт, да? — никак не может успокоиться Сонька. Она такая хорошая. Всегда приятно с ней поболтать. Но о том, что у меня есть дочь, я не говорила. Работа — не то место, где об этом стоит рассказывать. А больше мы с ней нигде не виделись.

— Ага, жених, — в шутку говорю я и поворачиваюсь, чтобы пойти к посетителю.

Вот только стоит мне поднять глаза, я тут же резко останавливаюсь. Потому что либо у меня галлюцинации, либо же передо мной сидит моё прошлое — и нагло пожирает глазками.

Глава 4. Назар

Вечер обещал быть весёлым, но мне уже скучно. Катька свалила, оставив меня в гордом одиночестве. Каро не отпускает Стас, походу дружок ревнует её ко мне.

Не могу сказать, что это беспочвенно. Мне она всегда нравилась. Правда, дальше дружбы мы никогда не заходили. Вот реально как сестра мне всегда была. Это сейчас член реагирует на неё. Да и почему ему не реагировать? Красивая стала, глаз не отвести.

— Назар, ты со мной, или в облаках летаешь? — назойливая трель голоса Вики раздражает ещё сильнее. И какого хера я с ней уже второй раз вижусь? Ну, потрахались парочку раз — разве этого недостаточно?!

— Да, тут я. Ты с заказом уже определилась? — раздражённо спрашиваю.

— Да. А ты?

— Насрать, закажи то же, что и себе.

— Да, зайка.

Бля, зайка. Не, когда Катя рассказывала мне о Вике Дунай, я не мог сопоставить факты. Сестра говорит, что эта стерва чмырила Каролину и использовала запрещённые приёмы. Толпа на одного. Вот только как вот это существо могло обидеть мою девочку?! Она вообще хоть кого-то способна обидеть? Или же это она для меня играет?!

— Я же тебя просил — не называй меня так. Я что, блядь, на зайку тебе похож?

— Прости. Мне просто так нравится.

— А мне нравится трахать твой рот. Совместим?

— Когда? Сейчас?

— А почему бы и нет. Разве одно другому помеха? Пока наш заказ принесут — я опустошу яйца и, возможно, повезу тебя к себе.

— А разве мы не едем к тебе после ужина?

— Нет. Я такого тебе не обещал. Я сказал, что голодный, и если хочешь — можешь составить мне компанию. Не более того.

— А если мы всё-таки уединимся?

Вот что за пиявка?! Говорила же Ляля — не связываться с ней. Нет, бля. Решил проучить и трахнуть разок. Так она теперь пишет каждый день, звонит. Ещё и преследовать начала. Уже знает, где я, блядь, живу.