Надуй щеки! Том 10 (СИ). Страница 21

Гису повернул голову к Чану. По его взгляду можно было сказать, что мыслями он сейчас где-то далеко-далеко. Вероятно, обдумывает что-то вообще не связанное с олимпиадой.

— Третье? — переспросил он.

— Ну да, ребята говорили, что Дайвегу закрепилась на третьем месте. Но я не уверен в своих силах.

— Не столь важно, — отмахнулся Хегай, когда понял, что у него спрашивает Чан. — Третье, первое, восьмое. Это сейчас вообще не играет роли. Мы должны защитить честь школы, и мы это сделаем. Остальное не столь уж и важно.

Внезапно Чан понял, что хочет хотя бы частично понять, как мыслит Гису.

— Извини, можно личный вопрос? — проговорил он.

— Конечно, — Хегай слабо улыбнулся.

— Вот скажи, о чём ты сейчас думал, пока мы пили чай.

— Что жители Непала единственные, кто зачат не пальцем и не палкой.

— Что? — Чан сначала даже не понял, но затем усмехнулся игре слов. — А серьёзно?

— А ты можешь сосредоточиться и сказать, о чём ты думаешь в данный конкретный момент? В твоей голове носятся десятки или даже сотни разрозненных мыслей, относящихся к совершенно разным вещам.

Чан задумался. И действительно. Одновременно в его голове всплывали вопросы по предстоящей олимпиаде, морда Кайрена, испорченный чемодан и лицо Юми, когда она это увидит. Между всем этим продолжало парить восхищение чаем, тоска от унылого вида за окном и слегка затхлого запаха в комнате. На заднем плане до сих пор переживалось происшествие на дороге, но оно перекрывалось ощущениями, полученными потом на море.

И правда, думать одну-единственную мысль было не просто. Нужно было дополнительно сосредотачиваться на чём-то и искать ответы на конкретные вопросы. Только тогда приходила ясность.

И Чану показалось, что он стал на крохотный шажок ближе к ответу на вопрос, который задал Гису.

— И, кстати, да, — внезапно очнулся Хегай и даже дружелюбно улыбнулся, — когда будешь созваниваться с Юми, передай ей мой пламенный привет. А также, что пора переходить к второй части нашего плана.

— Какого ещё плана? — переспросил Чан.

Но Гису ответить не успел, так как телефон в руках у Чана завибрировал от входящего звонка.

— Она что ли? — хмыкнул Хегай.

Чан посмотрел на экран.

— Н-нет… — ответил он так, словно под его взглядом телефон превратился в ядовитую змею. — Это не она, — а затем принял звонок. — Да, господин Ду Бон Нам, слушаю.

— Приветствую тебя Чан Ан, — ответил тот. — Можно и не так официально, всё-таки мы не совсем хм… чужие.

От этих слов Чан, привыкший, что отец Юми его вообще не воспринимает, как её парня, и вовсе остолбенел, не в силах вымолвить не слова.

— Х-хорошо, — только и смог сказать он.

— Вот и отлично. Послушай меня Чан, во-первых, я не хочу, чтобы моя дочь знала об этом звонке. Можешь мне пообещать, что не скажешь ей?

— Ну… я… смотря чего это касается.

— Вас, мой дорогой. Непосредственно вас. Она же сейчас не рядом да? На работе?

— На работе, — к Чану постепенно возвращался дар речи. — А я и вовсе… далеко.

— Вот и ладненько. Рассусоливать я долго не буду. Но скажу так: на работу к Юми устроился никто иной, как прямой наследник Чхве Тэджина, — Ду Бон сделал эффектную паузу. — Как ты понимаешь, в работе он не нуждается, а значит, его интересы находятся в другой сфере.

— Вы имеете ввиду Юми? Но, может быть, у него какие-то свои соображения.

— Чан, я бы тебе не звонил, если бы для вас не было опасности, понимаешь? — голос отца Юми стал мягким, почти отеческим. — Но ты должен знать, что он уже приходил ко мне. Напрямую не сватался, всё так, но, как мне кажется, пробивал себе почву. А ведь ты понимаешь, что сын Тэджина — это самый завидный жених не только в Корее, но большинстве стран мира.

— Юми не такая.

— Я знаю. Но ты должен понимать, что такие люди, как Чхве Сонъюн не отступают от намеченных целей. А я боюсь, что она стала одной из его целей.

— И зачем вы звоните мне с этим вопросом?

— …

Это было чем-то похоже на студенческую пору. Общага, проверка знаний, которые могут и никогда в жизни больше не пригодиться, отсутствие бытовой рутины и прекрасный вид с крыши.

Нет, ну есть ещё группа учеников, которые тебя хотят унизить, чтобы внести раздрай в душу, а вместе с тем и понизить сосредоточенность на самой олимпиаде. Но они, скорее, придавали мне бодрости.

А вот беспокоили меня совсем другие личности. Уже в первый день я заметил в коридорах странную компанию. Они были одинаково одеты с гербами одной и той же школы. Они ни с кем больше не контактировали и вели себя несколько странно.

Но заставило меня напрячься даже не это. Они как будто бы не тянули на школьников. Как и я, да, но у меня всё-таки немного другая ситуация и тело-то моё на сто процентов восемнадцатилетнего юноши. А вот им, на мой взгляд, было больше.

Ненамного. По крайней мере не настолько, чтобы к ним возникли вопросы со стороны администрации. Однако, достаточно, чтобы они появились у меня.

Тем временем олимпиада шла своим чередом. Мы сдали первый этап, после которого выяснилось странное. Вонджу вышла на первое место по промежуточным подсчётам. Сразу за ними был Кёнбук. Мы были третьими. И это несмотря на то, что мы с Чаном умудрились сдать всё практически без ошибок.

Но не идеально. А эти раздолбаи из Вонджу — без помарок. Было ясно, как день, что не обошлось без жульничества. Ну ничего, если оно имеет место быть, я обязательно пойму, в чём оно заключается.

Накануне начала второго этапа олимпиады, к нам постучался Шивон.

— Гису, Чан, — сказал он, внимательно глядя на нас, — можно сказать, разминка окончена. Сегодня нас ждут уже серьёзные испытания. Главное, никуда не уходите из общежития ни сегодня, ни завтра, вы поняли?

Мы кивнули.

— Это важно. Я лично, как ваш руководитель должен буду зарегистрировать вас перед специальной комиссией. Там вы сдадите телефоны и вас проверят на предмет шпаргалок. Но там надо быть обязательно. Не только мне, но и вам, ясно?

Мы снова кивнули.

Видимо, Шивон понимал, что он повторяет одно и то же, но я видел, что для него крайне важно то, что он говорит. Его жизнь в какой-то мере зависела от завтрашнего дня. Потому что это и была вся его жизнь: обучение школьников, представление их для среза знаний, а затем гордость за них. Ну или разочарование.

— Я вас прошу, сегодня никаких пьянок, девочек, драк и прочего. Хорошо?

Мы стояли и смотрели ему в глаза.

— Ладно, — он тяжело вздохнул и махнул рукой. — Будем надеяться, что всё обойдётся. Надо бы ещё с вами погонять темы, но у меня сегодня запланирована важная встреча. Впрочем, если я освобожусь достаточно рано, то тогда вызову вас.

С тем он и вышел из нашей комнаты. Мы слушали подкасты, иногда залезали в справочные материалы, знакомились с тем, как олимпиады проходили раньше. Одним словом, готовились.

Шивон в этот вечер нам так и не позвонил. Я решил, что его встреча сильно затянулась. Не особо переживая, мы легли спать практически вовремя. У нас было полно времени, чтобы выспаться.

Однако, в половине четвёртого утра нас разбудил громкий стук в нашу дверь. Не стук даже. В дверь отчаянно тарабанили. Судя по всему, ногами.

— Ребята! Ребята! Срочно вставайте! Катастрофа!

— Что такое? — сонно пробубнил Чан. — Кто там?

А я уже понял, что это та самая учительница из Дайвегу, которая сопровождала в этой поездке нашего преподавателя.

— Да, да, — я вскочил и спешно открыл дверь. — Что такое?

— Ребята, катастрофа! Шивон пропал!

Глава 10

— Стоп! Остановись! Успокойся!

Я специально говорил чётко и отрывисто. Вместе с тем легонько тряхнул учительницу за плечи. Весь мой опыт в обоих жизнях подсказывал, что больше всего вреда в форс-мажорных обстоятельствах приносит именно паника.

Помогло. Женщина перестала истерить и взглянула мне в глаза.