Я (не) твоя, дракон! (СИ). Страница 14

Прокручиваю в пальцах мамин кулон.

Нортан ясно дал понять, что не отступит и не оставит меня в покое. Дался ему этот реверс, даже если это действительно он! О чём Нортан не может знать наверняка! Зачем он мучает меня? Почему не оставит в покое? На этот раз мы должны были пойти каждый своей дорогой! Почему всё идёт не так? Снова…

Из-за заживляющего зелья и активной регенерации раны мучительно чешутся и зудят.

Наутро после бессонной ночи голова тяжёлая и ватная. Я почти не спала, зато успела тщательно обдумать план.

Сажусь на скрипучей узкой кровати, свешиваю ноги. Кончики пальцев касаются холодного каменного пола. На тумбочке ровной стопкой лежит чёрная форма крылоборца, которую вчера привели в порядок сразу после того, как сняли с меня.

Прямо поверх повязки натягиваю рубашку, штаны, портупею с оружием. Осматриваю себя в тусклом свете ночника. Штаны чистые и без пятен, рубашка целая и без дыр от когтей гарпий.

Я обязательно поблагодарю миссис Олынь за всё, но сейчас я должна сделать кое-что важное. Подхожу к окну, тихонько отпираю шпингалет и дёргаю на себя деревянную оконную раму, та поддаётся с жалобным скрипом.

В лицо ударяет прохладный влажный утренний воздух, напитанный запахами травы, земли и росы. Забираюсь с ногами на подоконник, смотрю вниз. Первый этаж, хотя и высокий. По низу стелется редкий молочный туман.

Оцениваю расстояние до земли. Выбраться я смогу, а вот забраться назад — вряд ли. Но выбора у меня в любом случае нет. Штрафные баллы лучше, чем виселица, как ни крути.

Не раздумывая больше ни секунды, перелезаю через подоконник, свешиваю ноги, а затем спрыгиваю вниз со звуком брошенного на землю мешка с песком.

Резкое движение отдаётся в плече болью. Терпимо.

Подошвы сапог скользят на влажной от росы и тумана траве. Чтобы удержать равновесие, касаюсь травы ладонью. Пальцы сминают тонкие травинки и тут же мокнут. Поднимаюсь на ноги, вытираю ладонь о штаны.

Оглядываюсь по сторонам. Небо из тёмно-серого становится розово-серебристым.

Чивик-чивик — громко поют вдалеке птицы. Замок спит. Идеальное время, чтобы осуществить задуманное.

Быстрым шагом иду прочь от замка, в сторону тренировочной площадки и обрыва. Мелкие камешки турмалина шуршат под ногами.

Реверс под рубашкой нагрелся, словно предчувствуя неизбежное. Накрываю его рукой. Оставлять бывший артефакт при себе слишком опасно. Я должна избавиться от него, причём так, чтобы не осталось следов.

Есть у меня на примете парочка заклинаний. Надеюсь, они сработают.

Останавливаюсь возле огромных валунов. Нащупываю на шее застёжку, раскрываю её. Увесистый кулон удобно ложится в центр ладони.

Смотрю на него в последний раз. Медлю. Позади раздаются уверенные шаги. Кто-то приближается.

Гарпии! Ну, кому, кому не спится в такую рань?

Надеть кулон я уже точно не успею, поэтому просто сжимаю его в ладони, прячу её за спиной и оборачиваюсь.

— Ты напугал меня! — сгибаюсь пополам, упираясь ладонями в бёдра. — Зачем так подкрадываться?

— Прости, я не хотел! — Юэн виновато улыбается и ерошит коротко стриженные волосы. На друге надета форма крылоборца. — Пришёл пораньше, специально, чтоб никто не видел. Хотел потренироваться. Чтоб не обосраться на полётах. А ты… ты как, вообще? Уже выписали что ли?

— Потренироваться? — игнорирую его вопрос, задаю свой, оглядываюсь на обрыв. — Один? Ты нормальный, вообще? А если рухнешь?

— Спасибо что веришь в меня, Бонс! — Юэн сверкает рядом белых зубов с чуть выступающими вперёд клыками, затем хитро прищуривается, окидывая взглядом мою форму. — Постой! А сама? Небось, тоже полетать пришла?

Смотрю на него, решаясь, сказать ли правду?

Я знаю Юэна с первого курса. В прошлом году мы с Агнес и Кевином, одногруппником, гостили у Юэна на зимних каникулах. Я хорошо помню уютный домик в заснеженных горах, запах имбирных пряников и чая с мандаринами и гвоздикой. Знаю его маму с доброй улыбкой и плечистого папу. Помню стук топора при расколке дров.

Я знаю, что в будущем Юэн станет старшим крылоборцем и возглавит свой отряд. Они с Агнес будут рядом со мной в самые тяжёлые минуты. Кому ещё доверять, если не ему?

— Ханни, ау?

Вывожу руку из-за спины и раскрываю ладонь:

— Мне нужна помощь. Надо уничтожить этот кулон, — проговариваю тихо. — Так, чтобы не осталось следов. Думаю, одной мне не справиться. После ранения резерв наверняка пуст.

Зябкий ветерок треплет волосы. От Юэна сладко пахнет лимонными леденцами. Нетерпеливо заправляю за ухо выбившуюся прядку. Мы с Юэном склоняемся над моей рукой, наши лбы почти соприкасаются.

— У всех свои тайны, да, Ханни? — Юэн задумчиво чешет острый подбородок. — И нехилые, иначе ты бы не пришла сюда ночью и втихаря. Молчи! Есть одно заклинание, плавит железо и камень. Запоминай!

Старательно повторяю за ним несколько раз, после чего кладу реверс на землю, и мы с Юэном протягиваем руки. Произносим одновременно несколько фраз. Из центра ладоней вниз бьют потоки алого пламени. У меня тоненький, как ленточка, у Юэна широкий и мощный.

Когда всё заканчивается, дую на горящие ладони, размахиваю их, пытаясь остудить и согнать жар. И разочарованно стону:

— Неет!

— Не сработало, — кивает Юэн. — Тогда давай другое! Только я сам! Ты ещё слабая, не восстановилась, больше мешаешь, чем помогаешь! Я серьёзно!

Спустя десяток самых разных заклинаний даже я вымоталась и проголодалась. У Юэна и вовсе на лбу выступили капельки пота.

А реверс на месте! Ему хоть бы что! Цел и невредим!

Вот, что значит неуязвимый артефакт!

И что теперь? В памяти всплывает угрожающий голос Нортана.

Ви-се-ли-ца. Вот, что обычно ждёт умников, которые пользуются запрещёнными артефактами.

Сообщите мне, когда адептку Бонс будут готовить к выписке. Я с ней не закончил.

Плечи передёргивает от неприятных воспоминаний. Пока реверс здесь, в академии, я в опасности. А раз его не получается уничтожить, значит, придётся избавиться от него другим способом. Так, чтобы никто не нашёл!

— Секунду, Ханни, сейчас, — Юэн тяжело опускается на холодный серый валун. Его лицо бледное и покрыто испариной. — Я что-нибудь ещё придумаю!

Ну, уж нет! Хватит с тебя! Ещё одно заклинание, и хлопнешься в обморок!

Подхватываю кулон с земли. Сжимаю в ладони и быстрым шагом иду к обрыву.

— Эй! Ты что задумала? — несётся мне вслед.

Замираю на краю. Ветер усиливается, шумит в ушах. Швыряет волосы на грудь и в лицо, бьёт в спину.

Касаюсь губами гладкой медной поверхности бывшего артефакта. На миг прикрываю глаза, затем размахиваюсь и швыряю кулон как можно дальше от острова.

Пусть упадёт в лесную глушь, на дно реки или глубокого озера и навсегда упокоится там. А даже если кто-то случайно найдёт его, то увидит лишь обычный медный кулон. То, чем пугал меня Нортан — это высшая магия, не доступная простым смертным. Не о чем переживать.

Нет запрещённого артефакта — нет проблемы. Нортан больше не сможет мне угрожать. Отныне я в безопасности.

— Сраные гарпии! — долетает до меня ругательство Юэна.

— Они самые, — проговариваю одновременно с зевком, да так и застываю с открытым ртом, глядя вперёд и вверх.

Откуда-то снизу из-под острова взмывают в небо одна, две, пять, десять гарпий! Зависают над нами, планируют на ветру, готовясь атаковать.

Похоже, нам крышка — проносится в голове.

8. Наказание

Ханни.

— Спокойно, — Юэн оказывается рядом. — Я отвлеку их, а ты беги.

— Ещё чего!

— Не время спорить, — еле шепчет губами, не отрывая от гарпий полного ненависти взгляда. — Ты девушка.

Двигаясь осторожно и медленно, Юэн задвигает меня назад в попытке защитить. Вместо этого я разворачиваюсь. Когда враг окружает — спина к спине, как нас учили. Прикрываем друг друга.

Нахожу его ледяную ладошку. Стискиваю ободряюще, сплетая наши пальцы.