Сердце Снежной королевы (СИ). Страница 25

— Более чем, — провела я рукой, показывая на разбросанные по комнате наряды, похожие на оперения сказочных птиц.

— Я имел в виду именно вас, госпожа Мали, — улыбнулся Елисей Иванович.

Посмотрев на него беспомощно, стоя босиком, в платье из красного шифона, я присела на кровать и стянула с головы такую же шифоновую накидку, обшитую бисером и бусинами.

— Ох, не знаю, Елисей Иванович. Стараюсь думать о том, что у меня есть только один путь: вперёд. Да, кстати, вы сговорились насчёт Сонечки?

Елисей Иванович хлопнул себя по лбу.

— Я решил пока погодить. Сейчас её родные уверены, что Сонечка служит мне, помогает готовиться к приезду знатной особы. Было бы разумнее предложить взять Сонечку на службу с проживанием к вам, когда вы приедете. А не ко мне.

Это действительно звучало логично.

— Тогда нужно поторопиться, — хлопнула я в ладоши. — Пора явиться миру! Ну или N-ску для начала.

Елисей Иванович пришёл за мной через пару дней, в середине ночи.

— Экипаж у черного входа, сундуки уже привязаны. Байбал будет править, Михлээ на запятках поедет. Я с вами, ежели вы не против.

— Конечно, нет, — ответила я, пытаясь согреть руки в рукавах своей роскошной шубы. На голове красовалась плоская шапочка, расшитая бисером и отороченная мехом. К ней с двух сторон была прикреплена вуаль, оставляющая открытыми глаза.

— Просто сказочно, госпожа Мали, — подбодрил Елисей. — Берите меня под руку. Пойдёмте.

— А не увидит никто? — не решалась я сделать шаг.

— Нет. Егор отпросился до завтра, вернётся только утром. Остальные спят.

Мы вышли и погрузились в экипаж. Он был мягким, просторным и уютным. Здесь даже какая-то грелка, видимо, находилась, потому что внутри было тепло.

Я подумала, что нужно поблагодарить Елисея: он, как всегда, выполнил задачу на пять с плюсом.

— Какая роскошь, — провела я по обивке сидения и мягким подушкам. — Елисей Иванович, я готова здесь жить остаться.

— Это потому что вы своих апартаментов ещё не видели, — ответил он. — Таких, как для вас подготовили, здесь вообще никто ещё не видел. Ручаюсь, что когда вы уедете, за ними очередь стоять будет.

Он пытался шутить, чтобы я немного расслабилась, однако я слишком сильно волновалась. Как же, оказывается, мне было спокойно в стойбище. Да и в маленькой комнатке над трактиром в компании Сонечки тоже.

Ехали мы около получаса. N-ск был довольно большим, стихийно и быстро застраивающимся городом.

Остановившись у деревянного трёхэтажного здания, которое выглядело в темноте настоящей громадиной, вышли у крыльца, широкого, с основательными перилами.

Наверное, нашего приезда ждали, потому что двери тут же распахнулись. Внутри было светло, виднелась ковровая дорожка на лестнице.

— Коврами тоже вы распорядились устелить? — спросила я шепотом Елисея Ивановича.

— А как же, — подтвердил он так же тихо. — Ваши комнаты на третьем этаже.

Персонал гостиницы выстроился в большом холле с двух сторон навытяжку.

— Приветствуем вас… госпожа м-Мали, — чуть заикаясь, то ли сам по себе, то ли от волнения, поклонился мне управляющий гостиницей. — Господин Дрожжин, наше почтение.

Я поняла, что до этого не знала, какая фамилия у Елисея.

— Здравствуй, Петр Петрович, — Елисей коснулся шляпы. — Я сам провожу госпожу Мали. Не присылай пока никого.

Я поняла, что мне просто нужно двигаться вперёд, не обращая ни на кого внимания и не останавливаясь, и стала подниматься по лестнице, по мягкому новенькому ковру. Елисей пошел следом, отставая на полшага.

Площадка третьего этажа являлась отдельным небольшим холлом с одной двустворчатой дверью, за которой скрывались мои комнаты.

Войдя внутрь, я огляделась. Несомненно, Елисей Иванович постарался на славу. Сюда не стыдно было и императорскую чету пригласить на чай, не говоря уже о прочих гостях, даже очень высокопоставленных и влиятельных.

Вся отделка была новой. Стены задрапированы голубой портьерной тканью с бежево-золотистым рисунком. Шторы из такого же цвета атласа. Диваны и кушетки со множеством подушек обиты бархатом и золотыми витыми шнурами. Комната выглядела девичьей шкатулкой для украшений.

Я невольно посмотрела на саквояж в руке Елисея Ивановича: в нём находились мои сокровища.

За нами вошли Байбал и Михлээ. Они внесли сундуки, не доверив их персоналу, и встали у дверей, ожидая указаний.

— Выбирайте спальню, госпожа Мали, — подсказал мне Елисей.

Я с любопытством прошлась по комнатам.

Две спальни были похожи между собой: кровати с балдахинами, туалетные столики, стены в тон, пушистые белые ковры.

Третья комната была почти пустая. В ней находились только два платяных шкафа и большое зеркало.

— Прикажете принесть сюда сундуки, госпожа? Удобно будет здесь совершать туалет и хранить наряды.

— Да, сюда. Мне понравилась первая спальня, я хочу ещё посмотреть её.

Мы с Елисеем прошли в комнату, где я подтвердила свой выбор.

Управляющий мой кивнул и поставил на кушетку свой устрашающих размеров саквояж. Из него он извлёк сундучок, который выполнили для меня на заказ. Там хранились теперь все мои богатства. И в отдельной коробочке Снежная Королева. Мне хотелось взять её в руки и подержать, чтобы в который раз убедиться, что она со мной, что с ней всё в порядке. Но с этим следовало подождать.

Елисей Иванович отпустил охрану. Те вышли и заняли пост на площадке третьего этажа.

— Куда мне следует собираться сегодня? — спросила я Елисея. — Где меня увидит как можно больше народу?

Тот посмотрел на меня сочувственно.

— Давайте вы сегодня обживётесь здесь. Привыкнете. Я позабочусь о том, чтобы о вашем приезде узнал весь город. Так внимание к вам будет приковано сразу. Выход организуем завтра. Вот здесь расположена сонетка для вызова прислуги. Зовите, если что.

— Сонечка! — вспомнила я и, торопясь, стала говорить: — Вы сможете привезти её сюда сегодня? Сказать, что я, к примеру… осталась без личной горничной…

— Не волнуйтесь так. Я и собирался. Вы точно хотите, чтобы она проживала с вами? Я тогда распоряжусь, чтобы поставили кровать в гардеробной.

Я удивилась.

— Да зачем же, есть вторая спальня, куда мне две.

Елисей Иванович покачал головой, не соглашаясь.

— Не стоит, госпожа. Не ставьте девочку вровень с собой. Она идёт к вам в услужение. Не должно так быть, что она будет в тех же условиях, как и её госпожа. Это нехорошо и для вас, и для неё.

— Хорошо, вам виднее, — вздохнула я. — Надеюсь, ей там будет удобно.

Когда он ушёл, я выглянула в окно: светало. Можно было лечь и поспать, а можно было заказать кофе и завтрак.

Вместо этого я пошла и открыла свой сундук с драгоценностями. Достала фигурку Королевы. Погладила тёмное дерево, подышала на синий сапфир, олицетворяющий сердце.

Фигурка словно излучала таинственное древнее тепло глубины времён. Я полюбовалась е

ю и убрала на место.

А потом прилегла, чтобы подремать до прихода Сонечки.

Глава 21

Когда я проснулась, то обнаружила, что в покоях кроме меня по-прежнему никого нет. Побродив по комнатам, я заметила в своей спальне дверь, которая сливалась со стеной. Даже дверная ручка повторяла узор на шелковых обоях.

За дверью была стыдливо скрыта небольшая, но полноценная туалетная комната с ванной посередине.

С первого взгляда можно было даже не понять этого. Сама ванна была выполнена в виде удлиненного кресла с деревянной крышкой, позволяющей сохранять тепло. В ногах — большой металлический бак для воды. В нижней его части располагалась печурка, посредством которой вода нагревалась.

Вспомнив, сколько уже времени я мылась кое-как, лязгая зубами от холода, мне захотелось немедленно организовать себе банный день.

Подёргав несколько раз за широкую золочёную сонетку, понадеялась, что меня услышали. И хотя избалованной барыней я не являлась, подумала, что, занимая определенное положение, обходиться без прислуги было неудобно. Не могла же я сама здесь натаскать себе воды и растопить печь.