Не идеальная жена для предателя (СИ). Страница 33

Так что если я говорю, что ничего о нём не знаю или не хочу знать - это не значит, что не знаю. Я словно одержима им. И ничего не спасает. Никакие медитации, гипнозы и убеждения.

- Это что за чудо? - Илья отпускает Димку и тот убегает доедать овсянку. А я наблюдаю, как мужчина опускается на корточки перед моим младшим сыном и улыбается, когда тот хватает его за палец и блестящими глазами смотрит на меня.

- Даня, Илькинс, - хмыкнул деловито Дима, наверняка, посчитав друга совсем старым и мучающимся от склероза. А ещё, у него очень хорошо получается острить. - Ты не узнал? Он большущий уже, это да.

- Ты шутник мелкий, - Илья захохотал. - Так к детям обращаются, умник.

- А, - со знанием дела кивнул сын, под наблюдением няни лопая овсянку. - Даня у нас сладкая бусинка. Мама так его зовёт, - он покачал головой, всегда говоря, что бусинки же только на дамских ожерельях. А Даня не больше, чем маленький ребёнок. В общем, рациональность у старшего сына от папы. Как и любовь к тому, чтобы вечно меня подкалывать.

- А ты булочка, - я подхожу и нежно глажу сына по волосам, несмотря на его слова. Целую в макушку и улыбаюсь. - Доедай скорее, поедем в игровые на весь день.

Димка кивнул и вновь отправил в рот порцию каши. А я в который раз понимаю, что нам нужно было обоим это время, чтобы мы привыкли, оба причём. Стыдно признаться, но в первые недели я порой забывала ему сделать завтрак обед или ужин. Забывала, что у меня в доме есть маленький ребёнок, который зависит от меня. Забывала даже, что он ещё и хочет со мной проводить время, вспомнить меня… Конечно, не всё пришло сразу. Но иногда я и правда забывала о нём. А после ещё долго привыкала ко второму сыну, но сразу же не смогла кормить грудью. Если бы не Илья, Кира и их поддержка, не знаю как бы было. А ещё Сапфир. Его материальная поддержка тоже сыграла огромную роль в том, чтобы сейчас я уверенно сказала, они все меня вытащили с начинающейся жёсткой депрессии.

***

- Вот как-то так… Он общается со мной только о детях, никаких личных контактов и разговоров. Скорее всего, ему так легче. Ничего, что я могла бы идентифицировать как… Не знаю… Способ узнать обо мне больше или рассказать о себе, - я пожимаю плечами и, кажется совсем тону в этому кресле-мешке. Мы выбрали приятное место с прекрасным видом на город и теперь пили вино и курили кальян, оставив детей спать под присмотром няни.

- Я и не удивлён, Карин, - ответил Илья. - Тебе стоит это расценивать не как безразличие к тебе. Уверен, он и так всё о тебе знает. Просто чувствует свою вину и, может, до сих пор болит. Он потерял тебя, частично обоих сыновей и по-настоящему пережил своего ребёнка. Это нехилая потеря, скажу тебе. Это то, чего боятся все родители - молодые и нет. То, что он сделал с этой семейкой - даже и капли доставленных вам проблем не стоит… - негромко рассуждает мужчина.

- Я знаю, что Артура не могли долго нормально сфотографировать… - хохотнула. Говорили, что он был настолько синий, что был не похож на самого себя. А Сапфир стоял спокойно с окровавленной битой рядом, приказывая фоткать. Вот и что за человек? И полиции не боится, считая, что всё сделал правильно. - Но я не считаю что этого мало. В конце-концов, Алиса попала в места, где есть такие же мамочки. И, знаешь, они могут сидеть не по её статьям. Кто-то убил сожителя за то, что он что-то сделал с ребёнком, кто-то просто не стал терпеть. И… Узнав её статьи, её грехи - она там не будет скучать и наслаждаться жизнью, - рационально говорю я, попивая вино.

- Теперь понятно почему Сарфир ждал. Он выуживал момент. Собирал доказательства. Артура притянули за махинации, воровство на службе и покушение. Но вот у Алисы более херовая статья - за детей всегда дают больше. Особенно если есть обстоятельства, повлёкшие за собой смерть. Так что тебе бы выдохнуть, что больше ты не связана со всем этим, - Илья ласково провёл по коленке сквозь тонкие капроновые чулки и улыбнулся. - Ты себя убиваешь этой любовью. Знаешь?

- Прости, но я ничего не могу поделать, - честно говорю, но его руку не убираю. В самом деле, мне так необходимо мужское тепло… Сила, запах, эта пьянящая власть над моим телом… Оно, хоть и не раз предавало меня, но всё ещё волнует мужиков. А это хорошо. Когда он зажигает твою кожу и заводит табун мурашек по телу… - Я и правда дура…

- Не скажу, что не завидовал ему, - мужчина повернул моё лицо к себе и улыбнулся. - Но у меня есть возможность иногда быть твоим громоотводом. И меня это устраивает. Более, чем, - он приблизился. Так опасно и одновременно желанно, что я нетерпеливо облизнулась и приоткрыла губы.

Поцелуй с ним другой. Он пьянит и будоражит, будит внутри желание и расплёскивает по телу горячее топливо, которое готово пылать в ту же секунду, когда он решится забрать меня отсюда в ближайший мотель. Только этого и жду. Первого шага, желание, кивок, любое слово. Что-нибудь, чтобы убедиться в том, что его слова что-то значат. Я стону ему в губы, наслаждаюсь “Киллианом”, едва могу соображать. Буквально за несколько секунд он перевёл меня в это состояние и я с удовольствием в него погружаюсь.

- Покажешь что тут есть рядом? - предсказуемо, но жарко шепчет он. Мой опасный и горячий любовник… Неожиданный и весьма странный выбор, ведь мы долгие годы просто дружили и даже… Даже не думали о том, чтобы переспать. Я - так точно. Но в итоге. Мы тут. Горим от желания и оба знаем, как закончится этот вечер.

Правда… Почему любовник? Я не замужем и не в отношениях. Но ближе пустить не могу, не хочу. Надеюсь, верю и жду, чёрт возьми, когда нам с Сапфиром улыбнётся судьба и мы снова сможем быть вместе. Пока, за эти два года - никаких изменений. Мы застряли на одном месте. И никуда не отпускаем друг друга. Я чувствую, что он не отпустил. Потому и я держу.

Киваю, беру его за руку и мы идём. Потом едем, нетерпеливо переглядываясь и сходя с ума от предвкушения. Он крутой мужчина, и кому-то обязательно повезёт. Но не сейчас… И в голове сразу слышится ответ, почему именно Илья и именно любовник. Потому что не могу обнадёжить Илью. Не могу дать обещание и потом разбить его сердце. Он прекрасно знает мою ситуацию. Прекрасно понимает, что он мне нужен сейчас только чтобы не ощущать этот холод одиночества внутри. Собственно, он сюда летает тоже не с моими детьми поиграть.

И кто нас осудит? Покажите, кто знает как правильно жить и я рассмеюсь ему в лицо. Потому что никто не знает, как правильно. И все живут так, как им хочется.

14

В какой-то момент воздух просто заканчивается. Или это мы просто забываем как дышать. И я отстраняюсь, с жадностью вдыхаю такой сладкий кислород и тут же прикусываю тёплую мягкую кожу любовника. Сжимаю пальцы в кго волосах, несдержанно цепляясь за короткие волосы и мурчу дикой кошкой. Затем зализываю укус, позволяю проделать ему то же самое и с моей шеей, прикусывая губу и наслаждаясь его близостью. Илья кусается сильнее и нетерпеливее, зажимая меня к стене и вжимаясь своим возбуждением в живот.

Закрываю глаза и с наслаждением слышу треск ткани. Пусть рвёт и поскорее избавляется от всего, что сейчас так мешает… Он не церемонится, срывает с меня трусики, разворачивает и моментально заполняет, даря мимолётное освобождение…

Я стону. Алкоголь бьёт в голову настолько, что все мысли куда-то исчезают, а важность всего, что сейчас происходит - зашкаливает в мозгах. Хочется ещё больше, чтобы он, наконец, приступил к делу, а не сжигал и так горячую кожу. Всё сложнее и сложнее сдерживаться. Потому стоны вырываются громче, чем я планировала, слаще, чем ожидала. Я растягиваю руки вверх, позволяю ему захватить их и с каждым движением всё больше и больше меня прижимать к стене. Вжимать, даже. Больно ощущается фактура обоев, но я бы ни за что его сейчас не остановила. Он никогда не бывает со мной нежным. Он и не любит меня, чтобы нежничать и париться о моём комфорте. Он ласкает меня только из-за любви к искусству.