Не идеальная жена для предателя (СИ). Страница 16

Возможно, что всё дело в разном отношении к матерям.

- Привет, - я ставлю сына на ноги и поправляю свитер и курточку. Сажусь рядом с ним на корточки и улыбаюсь. Хочется снова его сжать, но сдерживаюсь. Дети - это отдельный и очень сильный наркотик, который действует на меня, как настоящий гипноз. - Как у тебя дела?

- Хорошо. Думал, меня сегодня снова Антон заберёт, - парень, так сильно похожий на Карину, улыбнулся, рассматривая меня. Привычно трогает мои руки и играется с ремешком часов, сжимая кожу.

- Я не один приехал, - улыбаюсь. - Помнишь, я говорил тебе, что твоя мама сейчас очень занята и работает за границей? У неё действительно не было времени, чтобы увидеться с тобой, но сегодня… Она приехала. Я привёз её тебе.

- Мама? - Дима замер. - То есть, Алиса? - малый сперва и не понял о ком я говорю.

- Нет, твоя мама. Настоящая. Та, которая тебе писала прикольные сообщения и каждый выходной дарила подарки, - улыбнулся ещё шире. Я делал для сына всё возможное, чтобы он запомнил свою маму. Даже не думая. Просто делая, покупая подарки, показывая смс и часами рассказывая о нашей красивой маме столько, что Стрижова сейчас просто не поверит.

Беру его на руки, сажусь в машину и тут же меня оглушает крик Димки. Карабкается к ревущей девушке и обвивает её руками и ногами. Он слипается с Кариной всеми конечностями, да так крепко, что в первые секунды я не смог вытянуть руку, зажатую между сыном и бывшей. Усмехаюсь, отстраняюсь и киваю водителю.

Пока едем в торговый центр, они перебивая друг друга, говорят. Карина спрашивает его обо всём на свете, а Дима всё рассказывает, иногда вытирая слёзы и себе, и ей. Девушка при этом немного съезжает по сиденью, чтобы было удобно и становится похожей на ту, которую я когда-то знал. Милую девочку с чертовски мягкой улыбкой и звонким смехом. Они с сыном даже не смотрят в мою сторону, говоря и говоря…

И мне становится гадко.

От самого себя и от совершённых мной поступков.

Приезжаем в торговый центр и на игровом этаже проводим время до самой полуночи и едим много-много мороженого. Настолько, что в мороженом была одежда у всех, даже у охранников. Мой телефон вырубается после пятого звонка Алисы, а Карина и вовсе не обращает ни на кого внимания. Словно ослеплённая, она видит только Диму и иногда смеётся с его пакостей. Они вместе обмазали одного из парней мороженным и едва оба потеряли интерес к нему, убежали снова в лабиринты, я отправил его отмываться, сдерживая смех. Карина и дальше бесится и носится с сыном, хохоча так, что даже охрана еле скрывала улыбки.

На эти часы возвращается то, что было с нами два года назад и раньше. Обожающая нас с малым Карина и много-много мороженого. Мы втроём могли долго есть эту сладость и обмазываться ею. Я мог ночи напролёт слизывать его с тела Карины и доводить её до экстаза.

Теперь… Поменялось разве что её отношение ко мне.

После очень поздний ужин в круглосуточном дорогом рестике друга. Вымотанный малой зевал, да и уставшая Карина лениво поковыряла пасту и выловила оттуда только креветки, не в силах съесть всё остальное. Но её условие, что малой должен поужинать - мы исполнили, и Дима действительно смог слопать пюре с котлетой, проглатывая то одно, то второе. И ни на миг не спуская глаз с мамы.

В машине, снова обнявшись и слепившись в одно целое, сын вырубился, а я словил взгляд Карины. Долгий, уставший и сонный, но безумно благодарный. Она, моргнув и слабо улыбнувшись, прошептала:

- Спасибо.

И тоже вырубилась.

Пока едем к Карине, я включаю телефон и пишу коротко Алисе о том, что не приеду сегодня. Наверное, после она снова решится устроить мне вырванные часы из жизни, рассказывая какой я мудак. А мне теперь мне гадко думать, что я могу ехать к ней домой и ложиться в одну постель.

Сперва было легко её ненавидеть. Стрижову. Я был зол и разгневан, перед глазами стояли фотографии Карины, её обнажённого тела в руках другого. Я ненавидел её всем сердцем за предательство и ложь, а вся картинка, которую собрал уже после ранения следователь - выглядела очень правдоподобно. Карина в этом варианте событий имела мотивы и причины, чтобы меня грохнуть. Тогда бы всё имущество досталось Диме, а пока ему нет восемнадцати, она бы воротила долгие годы Империей игорных заведений и строительной корпорацией - сама.

Я был вынужден идти на опережение. Снимать её отпечатки в течении пары дней, находить документы и подключать неравнодушных. Сейчас я вижу, что у Алисы было много причин мне помочь и закрыть Карину, но пока я не узнаю - кто ей помогал и кто подделал некоторые документы, вынужден играть с ней и держать рядом. Пусть ещё немного покормится с моего счёта и будет считать, что Карина вообще меня не интересует. Я пока дам своим людям фору.

Виновность Алисы - пока что не более, чем мои предположения. Я могу с уверенностью сказать, что был бы рад, если бы она и правда всё это подстроила. Но тогда всё выглядело намного однозначнее. Были и причины, и мотивы, и доказательства. Всё было против Карины, любой отпечаток, любая зацепка вела к её вине. Карина бы могла отбрехаться и сказать, что не согласна и потребовать аппеляцию уже тогда. Но… Кажется, кто-то просто не смог из-за своей гордыни решиться идти против меня. она гордая и неприступная крепость, а потому не могла дать слабину и сказать, что не виновата. Она гордо села, не пытаясь оправдаться. Потому что ни в чём не была виновата?

Я смотрю на неё и вздыхаю. Карина могла бы быть настоящим шпионом. Такая нежная и милая снаружи, но внутри огромный железный стержень, без которого она бы не выжила. Думаю, СИЗО изменило всё её отношение к жизни. И теперь она расставила свои приоритеты. Дима, например, её приоритет.

Издалека замечаю странные разборки у какого-то бара. Обычно я таким занимаюсь только из крайней необходимости… И сейчас у меня наметил уходить один из чемпионов, а потому мне нужны простые ребята, которые часто попадают в разборки с пьяницами вот в таких вот местах. Не раз я забирал побитых официантов или барменов, давал им работу и второй шанс, чтобы они закрыли свои боли и после были мне должны. Бои без правил - быстрая и лёгкая работа, основанная на каждодневных тренировках. Не готов жертововать силами и временем? Не жертвуй и спи в помойной канаве, словно отребье. Не хочешь за годик решить свои проблемы, приумножить капитал и стать нормальным мужиком с работой и при бабле? Не ко мне. Я давал шанс избранным и забирал его, едва тот или иной человек переставал быть довольным тем, что имеет. Я так работал долгие годы и сейчас, чтобы отвлечься, решаю вмешаться. При том, что ближе подъезжая, я вижу, что напали на одного паренька и конкретно его бьют. И как часто бывает, рядом отдыхающие и гости бара даже не смотрят в сторону парковки.

- Останови, - тихо прошу я, но Карина тут же приоткрывает глаза и хмурится. Я же смотрю на неё сверху вниз и уверенно произношу, погладив по щеке:

- Не выходи из машины.

А сам покидаю тёплый и тёмный салон, оставляя сына и Карину внутри.

Пока я иду, мои ребята разбирают эту потасовку и оттаскивают откровенную пьянь от бедного парня. Явно за кого-то защитился и теперь не может нормально отбиться. Хотя и не плохо раскидывает нападающих. Они орут что-то о том, что он отказал им налить. В принципе, типичная ситуация. Но я и сам не понимаю, зачем вообще на это всё обратил внимание и почему сейчас остановился и влез. Мог ехать и дальше. Тем более, когда в машине Карина и Дима.

- Что тут происходит? - дёргаюсь. Ну, блять, даже не удивлён, если честно. - Карина, запахнув пальто на груди, сложила руки и внимательно рассматривает всех вокруг на парковке, хмурясь и один раз даже зевнув. Он щурится и немного вздрагивает, словно немного замёрзла после сна. Но она совсем не слышит меня. Впрочем, она никогда не была сильно послушной девочкой. Никогда не сидела смирно. Собственно, потому я сейчас и мучаюсь от противоречивых чувств. До сих пор помню, как вкусно усмирить непокорную лань.