Криминалист 8 (СИ). Страница 24

На столе конверт с короткими справками на Маршалла, Сирано, Линча и Диксона. Рядом папка дела «Маринеро», с которой я работал в архиве BNDD. Брэдшоу запросил копию через Доусона.

— Сейчас полчаса на рапорты, — сказал я. — От руки, четыре экземпляра. Машинопись оставит копию через копирку, такого нельзя допустить. Каждый адресованный лично, в отдельном конверте.

— А я в это время поеду к Уотсон.

— Отлично.

— Уотсон подпишет ордер за десять минут. Потом в «Саутерн Белл», Борден поставит запись на линию Эгеа. Я вернусь к двенадцати.

— Хорошо.

— Курьер доставит конверты в BNDD на Брикелл. Потом их разнесут по ящикам. К двум часам наши четверо сядут их читать.

— И тогда же у нас будет первая катушка с записями Эгеа.

— Все верно.

Я сел за стол Брэдшоу. Достал из ящика стопку чистых листов, бланк ФБР с печатью и шапкой «Федеральное бюро расследований, Полевой офис Майами». Взял ручку «Паркер 51» с черными чернилами, которой подписывают официальные документы.

Текст рапорта я держал в голове, отрабатывал последние десять минут. Простой, оперативный, на полстраницы. С точки зрения адресата стандартное межведомственное уведомление о развитии дела.

'КОНФИДЕНЦИАЛЬНО. ДЛЯ СЛУЖЕБНОГО ПОЛЬЗОВАНИЯ.

От: Специальный агент Итан Митчелл, ФБР, Вашингтон. Адресат Роберт Дж. Маршалл, заместитель куратора дела, дата. Дело: контрабанда героина на траулере «Санта-Клара» по делу Касаса. Связано с делом убийства осведомителя М. Фуэнтеса.

Уведомление: в ходе оперативной работы по делу установлено, что один из сотрудников порта Хосе Руис, имеет прямую информацию о схеме контрабанды, включая координаты ночных встреч с мексиканскими судами и личность получателя на берегу. На сегодняшний день этот сотрудник вышел с нами на контакт и будет ждать по адресу: мотель «Санрайз», Норт-Майами-авеню, номер 14. В ближайшие восемь часов планируется его официальный допрос под защитой федеральной программы свидетельской помощи.

Просьба к флоридскому отделу BNDD сохранять конфиденциальность данной информации до завершения допроса. О каких-либо признаках активности со стороны лиц, связанных с Касасом, прошу сообщать мне через агента Брэдшоу.

С уважением,Э. Митчелл, СА ФБР.'

Текст одинаковый во всех четырех экземплярах кроме адреса.

Сирано я указал кафе «Лас Пальмас», Калье Очо, задняя комната. Место уже знакомо по делу, именно там Диксон сидел с Фуэнтесом в апреле. Заведение в Маленькой Гаване, задние комнаты в таких кафе использовались для тихих разговоров.

Линчу написал склад портовой администрации на Бискейн-бульваре, комната 3Б. Ну и Диксону упомянул квартиру 2А в доме 780 по Свинтон-авеню, Корал-Гейблс. Тихий жилой район, где полно небольших многоквартирников под пальмами.

Я переписал текст четыре раза. На каждом поставил дату, подпись и мой служебный номер. Имя адресата вверху.

Времени ушло гораздо больше чем я думал. Подписал четвертый экземпляр и положил его поверх стопки. Посмотрел на часы, одиннадцать часов двадцать одна минута.

В коридоре раздались шаги. Появился запыхавшийся Брэдшоу, в той же синей гавайской рубашке, в которой ходил на причал ночью, только без спецовки, теперь в пиджаке и с галстуком.

В руке папка с двумя ордерами, подписанными судьей Уотсон. Один на прослушивание телефона офиса Рамона Эгеа на Корал-Уэй, две тысячи шестьсот сорок. Второй на наружное наблюдение за тем же адресом в течение двадцати восьми дней.

— Готово? — нетерпеливо спросил он.

Я показал ему четыре листа на столе.

— Заклей в конверты, я отвезу в канцелярию ФБР, у них есть курьерская доставка во все федеральные офисы Майами. Будут на Брикелле к часу.

— Твой курьер надежен?

— Курьера зовут Элио Сото, ему шестьдесят четыре года, работает на ФБР с пятидесятого. До этого в Управлении стратегических служб во время войны. Он знает, что делать с конвертами «для служебного пользования».

— То есть знает что их нельзя открывать?

— Знает. И о том что нельзя показывать секретарше при сдаче, давать кому-либо в руки, кроме лично адресату. Если адресата нет, оставит конверт у секретарши под расписку, в опечатанном виде.

— Хорошо.

Я взял четыре пустых манильских конверта из ящика стола Брэдшоу, стандартные, желтоватые, шесть на девять дюймов, с готовым полем для адреса. На каждом написал имя адресата, внизу добавил красным карандашом «ФБР, для служебного пользования».

В каждый конверт вложил соответствующий рапорт. Заклеил, поставил красную сургучную печать ФБР с восковой палочкой из спички, не идеально, но приемлемо. На каждой печати оттиск моего служебного штампа.

Передал Брэдшоу. Он сложил конверты в кожаный портфель.

— Что с наружкой на Эгеа?

— Сейчас сделаю. Корал-Уэй, две тысячи шестьсот сорок. Ченетти и новый человек, Гарса, он испаноязычный из Тампы, в отделе с июня, умеет не привлекать внимания. Он сядет на хвост Эгеа сразу, как тот выйдет из офиса. Ченетти будет работать с фотоаппаратом. Будет щелкать всех, кто заходит в офис. Лица, машины, номерные знаки. Если повезет, Эгеа встретится с кем-то на улице.

— Если кто-то из наших четверых подъедет к офису, я должен узнать сразу.

Брэдшоу кивнул, убрал портфель, проверил кобуру и накинул пиджак на себя.

— Митчелл. Иди в гостиницу. Прими еще один душ и поспи пару часов. К шести вечера я привезу тебе первую катушку.

— Хорошо.

Он достал ключи от «Доджа Полары».

— Ладно. Поедем, я высажу тебя у «Эверглейдс». В шесть приеду с катушкой.

На Бискейн-бульваре обычное декабрьское утро Майами, плюс семьдесят шесть градусов, светило мягкое солнце, дул легкий бриз с залива.

По тротуару проходили клерки в коротких рукавах, продавец газет «Майами Геральд» на углу выкрикивал заголовки. На первой полосе сегодня про Никсона и про Парижские переговоры, конечно же про Вьетнам. Еще он кричал о том, что ночью в порту Майами федеральные агенты задержали группу контрабандистов с огромным грузом наркотиков, подробности уточняются.

Брэдшоу выехал на бульвар и повернул налево, к гостинице. По радио играл Эл Грин, «Лет’с Стэй Тугевер», только что вышедший хит, его крутили по всем станциям.

Вскоре Брэдшоу остановил «Додж» у подъезда «Эверглейдс».

— Иди, агент. Шесть часов твои на сладкий сон. Ты его заслужил.

Я вышел из машины. За стойкой опять стоял Альберто, он узнал меня издалека, кивнул. Я кивнул в ответ.

Кондиционер «Карриер» в номере гудел в режиме семьдесят два градуса, как я его и оставил вчера. На покрывале с попугаями мои таблицы, журналы охраны и выписки. Все, как было.

Я лег на кровать, не раздеваясь. Спать я не собирался. Просто полежать.

Через десять секунд я уже спал.

Глава 12

Джаз

Я проснулся от собственного сердцебиения в восемнадцать сорок два.

В номере было темно. Кондиционер «Карриер» гудел все на тех же семидесяти двух градусах. За окном синие сумерки, та плотная тропическая синева, какая стоит над Майами около семи вечера в декабре, между концом дня и началом ночи.

Я лежал поверх покрывала с попугаями, в той же одежде, в которой утром приехал из офиса. Ботинки на ногах. Кобура под пиджаком. Часы показывали восемнадцать сорок два.

Восемь часов сна без пробуждения. Тело отрубилось так быстро, что я даже не успел снять ботинки.

Сел на край кровати. Голова тяжелая, на шее как будто чугунная гиря висит, глаза с песком, во рту пересохло.

Двадцать восемь часов работы плюс восемь часов сна телу не хватило, оно требовало еще двенадцать. Но мозг уже включился, и обратно его так просто не остановить.

Я снял трубку «Вестерн Электрик», набрал коммутатор.

— Альберто.

— Митчелл, двести четырнадцатый. Мне были сообщения?

— Звонил мистер Брэдшоу. В четырнадцать ноль семь. Просил передать что позвонит вечером, когда проснетесь. И в семнадцать тридцать звонила служба чисток, спрашивала, заберете ли вы рубашки сегодня или завтра.