Заточи свой клинок и Вперед! 6 (СИ). Страница 2

— Убедился, — артефактор сдвинул брови и его взгляд стал серьезнее. — В твоей ауре действительно есть след Смерти. Он появился из-за бонусов на твоем оружии. Но кроме него я различил кое-что другое. След давнего друга моего оригинала, он был из числа создателей.

— Создателей чего?

— Как чего, лабиринта конечно же.

— О как… Продолжай, — я сложил на груди руки и, превратился в самого заинтересованного слушателя.

— Их было пятнадцать. Мой оригинал — Артефактор Первых Путей. Третьей была Госпожа Смерть, а пятнадцатым был еще один ремесленник. Легендарный навык как раз его рук дело. Когда ты разрядил «Поцелуй Смерти», я узнал его почерк, поэтому и придержал руку. Возможно это не случайность, что именно ты пришёл сюда. Мой оригинал разбросал по этажам свои наследия, именно в поисках того, кто обладает подобной силой.

Я молча переваривал услышанное.

Получается этот лабиринт создали пятнадцать каких-то личностей, одна из которых управляла самим уходом в небытие. Интересно получается.

И если создатель заточки был одним из создателей лабиринта, то получается он тоже был какой-то трансцедентной сущностью по силе не уступавшим смерти. Хо-хох.

— И за что же ты её так не любишь? Отказала твоему оригиналу, когда он приставал к ней?

Вельтор опустил взгляд на пол.

— Всё немного прозаичнее. У него была дочь. Единственный ребёнок и наследница ремесла. Она пошла наверх вместе с первыми последователями создателей — туда, где на вершине Лабиринта спрятаны божественные силы. На седмнадцатом этаже её настиг Мор. Личный ученик Смерти… Он напал изподтишка, ударив проклятым клинком. Будучи дочерью создателя Аврора была бессмертной, но тот клинок был не прост. Его проклятые свойства были созданы самой Госпожой, и они могли вытягивать жизненные силы даже из бессмертных, постепенной превращая их в смертных, которые однажды попадут в её загробные владения.

Клон замолчал. Пауза в его голосе оказалась тяжелее всего сказанного раньше.

— Она должна была умереть, но Вельтор успел создать стазисную капсулу и заключить свою дочь в неё, тем самым заморозив для неё время и действие проклятья. Но снять проклятие сам не смог. Слишком тонкая работа.

— Получается, он создал испытания, чтобы найти того, кто снимет его. Не проще ли было об этом сразу попросить своего друга?

— Не проще. Создатель легендарного навыка заточки исчез. Единственным выходом было это найти кого-то другого, кто будет обладать той же силой очищения.

Я выдохнул, уже догадываясь, что старик скажет дальше.

— Геральт, я выпущу тебя отсюда и щедро награжу, если ты освободишь её.

Я хмыкнул и покачал головой.

— Лезть на семнадцатый этаж ради чужой драмы — это, знаешь, не самая дешёвая услуга. Особенно от сущности, которая только что попыталась меня выпотрошить. Шорты, конечно, классные, но я не из тех, кто будет из кожи вон лезть ради спасения незнакомой мне девицы, да еще при этом рискуя испортить отношения со Смертью.

— Назови цену.

— Карты всех этажей лабиринта до последнего. И что-нибудь увесистое из верхних запасов — какой-нибудь легендарный артефакт.

— Этажи Лабиринта постоянно перестраиваются, — покачал головой старик. — Карты, которые оставались бы актуальными так долго, просто не существуют. А материалы и артефакты с верхних этажей я передать не могу. Создателям запрещено вмешиваться в дела Лабиринта напрямую, эти обеты они приняли сразу после его создания.

— Ну и на кой-мне тогда вообще заниматься этим…

— Ты говорил про легендарный артефакт. Если снимешь проклятие с дочери Вельтора, получишь два. Во-первых, сама капсула стазиса является легендарным артефактом, иначе она бы не смогла остановить проклятие Смерти. Во-вторых, в нём лежит еще один легендарный артефакт. Какой он, ты узнаешь уже, когда откроешь капсулу. Но по заверениям самого Вельтора он является ключом для прохождения и финального выхода из лабиринта.

Я задумался.

Два легендарных артефакта, один из которых поможет пройти его — это серьёзно. На сам лабиринт и что находится на его вершине, мне если честно плевать, всё чего я хочу, так это вернуться в свой прошлый мир и отомстить ублюдку, который меня убил.

И если тот артефакт может помочь в этом, то он определенно стоит того, чтобы хотя бы дойти до капсулы и прочитать его системное описание. Чем не мотивация для меня?

Если не считать одного маленького «но».

— Всяким фантомным Сущностям я на слово не верю, — я постучал пальцем по рукояти меча. — Системный контракт. Прямо здесь и сейчас.

Старик кивнул, будто ожидал этого с самого начала.

— Согласен.

Воздух между нами уплотнился, и над ладонью клона Артефактора развернулся свиток с золотой строкой Системы. Условия проступили сами собой: моё обязательство дойти до семнадцатого этажа и снять проклятие с его дочери; его обязательство выпустить меня сейчас, выдать аванс и подготовить основную награду; невмешательство сторон в дела друг друга вне рамок сделки.

Я провёл пальцем по строке принятия.

Контракт зарегистрирован.

— Держи.

Вельтор протянул мне миниатюрную механическую руку со сжатыми в кулак пальцами.

Указатель на дочь Вельтора.

Активируется на 17-м этаже. Приведёт к стазисной капсуле.

Я подкинул руку в воздухе и поймал её.

— Если на этом наш разговор закончен, то чего мы ждем?

Старик улыбнулся и щёлкнул пальцами.

Зал поплыл…

Глава 2

Холодный воздух ударил в лицо, и я едва не сел задницей на камень, когда меня выплюнуло обратно к древней арке.

Седьмой этаж, ущелье, гребень знакомого плато. Никаких тебе механических псов или медведей с форсунками. Только ветер неторопливо гонял мелкие камешки в каньоне.

Я постоял секунду, прислушиваясь. Засады здесь устраивать некому: Хорг с компанией давно лежит мумиями на этом самом плато.

Так. Инвентаризация.

Правый рукав висит лохмотьями, поножи на левом бедре разошлись по шву, под ними липко и горячо. От сапога осталась половина подошвы. Каждый вдох отдаётся в рёбрах. Желудок давно забыл, что такое еда.

Жив. По нынешним меркам этого вполне неплохо.

Проверил трофеи: карта улучшения навыка в кармане, тёмно-синие шорты с металлическим отливом на бёдрах, указатель Вельтора в руке. И вращательное точило болтается на поясе, цепляясь ручкой за бедро.

И тут на запястье ожил наруч, по очереди отозвались кубы инвентаря. Медальоны связи замерцали магическим светом, будто только и ждали, когда блокировка спадёт.

Ну наконец-то. Я снял с пояса вращательное точило и сунул его в наруч. Хватит ему меня по ноге колотить.

Первой прорвалась Виктория.

— Милорд. Связь была отключена пять суток, вы ранены?

Виктория на долю секунды запнулась перед «ранены», и за этой заминкой я услышал всё, что она не сказала.

— Жив, — сказал я в медальон. — Слегка пожёванный, но в полной комплектации.

Следом влез Патрик.

— Повелитель, — будто из могилы донёсся его голос. — Знамения говорили, что вы вернётесь.

— Смерть не врёт, Патрик. Передай ей от меня привет, когда снова будете на связи.

Скелет и Бык гаркнули разом, аж в ухе захрипело: Милорд, бочки с кровью полны, проход на восьмой пока не нашли, но есть наводки.

— Ладно, а теперь все заткнулись, — осадил их, а то голова начинала трещать. — Через день-два заберу кровь, тогда и поговорим подробно. Виктория, Кристиан живой?

— Живой, — отозвалась она. — Играет в шахматы сам с собой и регулярно проигрывает. Прокачали его до тридцать восьмого.

— Замечательно. Скелет, Бык — двигаемся дальше. Патрик, поднимай всё, что попадается под руку.

Я отключил медальоны раньше, чем они успели нагрузить меня новыми вопросами.

Я ещё раз покрутил головой, проверяя округу. Пусто. Только тогда потянулся сознанием к мастерской.