Риск падения (ЛП). Страница 3

Я выдохнула и позвонила Иззи.

— Никогда больше так не делай, — сказала она, ответив на звонок с первого гудка.

— Прости, — сказала я, оседая на пол.

— Из всех чёртовых дней, чтобы ты внезапно не поехала со мной на стрельбище...

— Я знаю. Неудачный момент. Меня так накрыло, что я даже не подумала о том, чтобы тебе звонить.

Она фыркнула:

— «Накрыло» — это точно. Я тут уже думала, что тебя убили, а ты, оказывается, в домике на дереве с горячим ботаником.

— Он...правда?

— Он что? Горяч? Ну у тебя же есть глаза?

— Нет. Я имею в виду — он правда ботаник?

— Ага. Он работает на город Бербанк, занимается деревьями. Арборист с дипломом по ботанике из Кэл Стейт⁵.

Хм. Я знала, что он арборист, он сам говорил. Но я не поняла, что это не просто ландшафтный дизайн.

— Кстати, у него чистая репутация, — добавила она. — СоцСэти тоже в порядке.

— Господи, прошло всего пять минут!

— Мне понадобилось лишь две.

Я закатила глаза.

Моя лучшая подруга — частный детектив. В самом прямом смысле. И очень хороший. Я наняла её два года назад, когда всё только началось. А ещё она инструктор по стрельбе и ведёт курсы самообороны. Занимается микс-файтом⁶ и в ней кипит необузданная злость, которой требуется разрядка — как рабочим собакам нужны задания, чтобы уставать.

Она всегда говорила, что Джордж должен был зациклиться на ней. Иззи бы с ним справилась. Более того — она бы даже обрадовалась. Повод убить мужчину — её любимое развлечение.

Жаль, что от сталкеров нельзя избавиться, передав их другому человеку.

Некоторое время мы молчали.

— Знаешь, что больше всего меня поразило? — спросила я. — Как только я поняла, что лестницы нет, это был самый безопасный момент за весь год.

— Понимаю, — ответила она, на этот раз мягче.

Я зажмурилась.

— Я вообще не так представляла себе сегодняшний день, — устало сказала я.

— А как ты его представляла?

— Ну… думала, что летница будет на месте.

Она фыркнула.

— Похоже, я пропущу День святого Валентина в воскресенье, — пробормотала я.

— Пф. Это всё равно глупый праздник.

— Для меня не глупый.

Теперь единственные моменты, когда я чувствовала себя более-менее в безопасности вне дома — это когда была с подругами Иззи. Бывшие военные, действующие полицейские — женская команда, которая по выходным ходила на бранчи.

— Я просто хотела мимозу, — простонала я.

Нет. На самом деле я хотела снова чувствовать себя нормальной.

Хотела просто бродить по Target'у⁷.

Гулять в одиночку по пляжу.

Сходить на свидание.

Самое тяжёлое — это изоляция. Ну, второе по тяжести. Первое — это жить в постоянном страхе за свою жизнь. Раньше я была очень общительной. Работала в офисе, у меня были коллеги, мы ходили выпить, я ездила в отпуск, обедала с друзьями.

А теперь нет. Теперь я работаю из дома. Так безопаснее. Не нужно проходить через паркинг. Не нужно каждый день ездить в офис, куда может зайти кто угодно. Нет необходимости иметь распорядок, по которому так легко выследить.

Теперь бывали недели, когда я вообще не выходила из дома. Промежутки времени, когда я была одна, в четырёх стенах, потому что бар, кафе или даже маникюрный салон — это слишком много открытости.

Я никогда не чувствовала себя в безопасности.

Я никогда нормально не спала.

Один больной, извращённый человек полностью изменил мою жизнь.

Иногда казалось, что он уже убил меня. Какую-то часть меня.

И сделал странной.

Той, кто таскает с собой баллончик с медвежьим спреем. И когда я знакомлюсь с симпатичным парнем, он удивляется: «О, у тебя баллончик?» А потом я упоминаю, что у меня есть ещё и пистолет.

Господи.

— Пожалуй, побегаю немного, — сказала я, глядя с тоской на беговую дорожку. Потом может штангу подниму.

Тренировки — ещё один способ подготовить себя к возможной борьбе за собственную жизнь, которая у меня может случиться однажды. Ещё были занятия по самообороне с Иззи. Я никогда за всю свою жизнь не была в лучшей форме. Моя попа выглядела великолепно. И даже некому её показать.

— А может, ты всё-таки потусишь с этим парнем-фанатом деревьев? — спросила она.

— Зачем мне это?

— А почему бы и нет? Чем ещё тебе заняться? У тебя под боком городской эквивалент дровосека. Ещё и холостой.

— Откуда ты знаешь?

— Детка, я знаю всё. Его друг, кстати, тоже.

— Что? Ты даже не знаешь его фамилию.

— Женщины в подкастах целые убийства раскрывают, а ты думаешь, я не могу нарыть информацию про случайного парня, которого встретила на лужайке?

И она была права.

Что пугало, так это то, что при всём своём профессионализме, она так и не смогла найти одного единственного человека, которого нам действительно нужно было найти. Два месяца назад Джордж нарушил условия условного освобождения — не явился к своему офицеру. Когда пришли к нему домой, оказалось, что он съехал. Куда — никто не знал.

Это было нехорошо. То же самое он сделал, когда в прошлый раз появился у моей старой квартиры, переживая приступ психоза — подкрадывался к окнам и следил за мной из кустов в два часа ночи.

У него с собой был скотч.

За нарушение судебного запрета он просто получил по рукам. Ну конечно. Одна неделя в тюрьме. Время, которое я использовала, чтобы снова переехать. Потом ему дали условный срок. Его нужно было посадить, но никто ничего не делает, пока не становится слишком поздно.

— Серьёзно, иди туда.

— Вдруг он занят.

— Вдруг нет. Он на больничном из-за лодыжки, пару дней назад выкладывал это в свой Инстаграм. Он не работает из дома и не может выйти. У тебя зритель, которому скучно и деваться некуда.

— Мой любимый типаж, — пробормотала я.

— ВСТАВАЙ. Иди, заведи себе, чёрт побери, друга. Знаешь соседей — безопаснее живёшь.

Она была права.

— Ладно, — проворчала я. — Он вроде бы говорил, что ему нужен кофе.

— Идеально. И причеши наконец волосы. Ты выглядишь как дикарка.

Я закатила глаза:

— Пока.

Я отключилась и подошла к зеркалу.

Я действительно выглядела как дикарка. И была уставшей. И бледной.

Он был симпатичным, а я — как человек, который живёт в стране, где нет солнца.

Я пыталась хоть немного облагородить свой жалкий балкон, но он находился с солнечной стороны, и там всегда было слишком жарко. Впрочем, вся моя квартира была далека от уюта, что было печально, учитывая, сколько времени я здесь проводила. Я подумывала повесить что-то на стены, может, покрасить… но какой смысл? Столько усилий, потерянный залог — за дыры в стенах. Ради чего? Чтобы снова переехать, когда Джордж в очередной раз меня найдёт?

Я читала, что сталкеры обычно перестают преследовать своих жертв, когда переключаются на кого-то нового. По крайней мере, если он всё ещё одержим мной, значит, не будет ничего делать в отношении другой женщины. Особы женского пола, которая уже не будет прежней.

Если смотреть на это так, становится немного легче. Будто моя жертва кого-то спасает.

Правда, это был единственный светлый момент во всей этой истории. Ну ладно, ещё я стала очень метким стрелком. Я могла попасть пять раз в центр мишени с десяти метров. Подряд, жуя жвачку и слушая аудиокнигу.

Я плеснула водой на лицо и распустила собранные в хвост волосы. Они были волнистыми, а когда я попыталась их причесать — стали пушистыми и спутанными. Поэтому я пошла в душ.

Мне не хотелось, чтобы он подумал, будто я слишком стараюсь ради него. Он знал, что я никуда не выхожу, поэтому очевидно: всё, что я делаю — ради него. Вот почему после душа я заплела мокрые волосы в косу, надела шорты, футболку, шлёпанцы, а на губы нанесла блеск. Никакой туши.

Достала из холодильника бутылку холодного кофе и вышла.

На этаже жили только мы двое. Наши двери располагались друг напротив друга, с довольно просторным продуваемым проходом между ними — там, где раньше была верхняя площадка лестницы.