Ведьма. Погоня за счастьем (СИ). Страница 3

Пышка, которая решила сменить дислокацию, оказалась прямо у него под ногами.

Всё произошло как в замедленной съёмке: Артём споткнулся, банка вылетела из рук, серебряная крышка отлетела, и белое облако порошка окутало всю лабораторию.

— НЕ-Е-ЕТ! — заорала Даша.

Тишина.

А потом порошок начал светиться.

Сначала слабо, потом ярче, а потом в центре лаборатории, прямо над котлом, открылся портал.

Огромный, сияющий, переливающийся всеми цветами радуги.

— Это что? — спросил Артём, поднимаясь с пола.

— Это портал, — обречённо сказала Даша, продолжая удерживать магический купол над котлом. — Ты открыл портал.

— Я?

— Порошок был для стабилизации! Его нельзя рассыпать! Он реагирует на магию! А тут магия, котёл, всё вместе — и теперь у нас в лаборатории дыра в пространстве!

Портал согласно мигнул и выпустил наружу стайку бабочек. Золотых, переливающихся.

— Красиво, — заметил Артём.

— ЗАТКНИСЬ! — заорала Даша. — Если оттуда сейчас вылезет что-нибудь страшное, я тебя лично в котёл засуну!

— Тише-тише, — примирительно поднял руки Артём. — Сейчас разберёмся.

Он подошёл к порталу вплотную и заглянул внутрь.

— Ты чего делаешь⁈ — ужаснулась Даша.

— Смотрю. Вроде ничего страшного. Там лес какой-то, речка… О, грибы видны. Съедобные, кажется.

— Ты не можешь знать, съедобные они или нет!

— Могу. Я в разведке был. Нас учили.

Даша замерла.

В разведке? Но спросить она не успела, потому что портал вдруг громко икнул и выплюнул на пол огромный мухомор.

Мухомор был размером с Пышку, в очках и с надутым видом.

— Это ещё что? — прошептала Даша.

Мухомор огляделся, поправил очки и возмущённо произнёс:

— Не что, а кто! Я тут, понимаешь, обедал, а меня — бах! — и в какую-то лабораторию! Безобразие!

— Гриб, — тупо сказала Даша. — Говорящий гриб.

— Я не просто гриб! — возмутился мухомор. — Я Зигмунд фон Грюн, председатель садоводческого товарищества «Тихий Омут»! И требую, чтобы меня немедленно доставили обратно!

Портал, будто услышав его стенания, довольно хлюпнул и закрылся.

Зигмунд фон Грюн обвёл взглядом лабораторию, увидел Пышку, которая почему-то позеленела, вздохнул и сказал:

— Чай у вас есть хотя бы?

꧁༺══—༻∞༺—══༻꧂

Через полчаса в лаборатории царило перемирие.

Даша сидела на стуле, обхватив голову руками. Артём разливал чай по кружкам. Пышка забилась в угол и отказывалась выходить. А Зигмунд фон Грюн, восседал на стуле и пил чай с вареньем.

— Неплохо, — прокомментировал он, прихлёбывая. — Конечно, у меня дома чай лучше, но для первого раза сойдёт.

— Как вы сюда попали? — простонала Даша.

— Через портал, милая. Ты же сама видела.

— Я знаю. Но почему именно вы?

— А почему не я? — обиделся гриб. — Я, между прочим, важная персона. У меня шестьдесят соток, теплица и рассада. Меня все уважают.

— В магическом мире?

— В садоводческом. Другие миры меня пока не волнуют.

Артём хмыкнул и протянул Даше чай.

— Пей, — сказал он. — Стресс снимает.

— Откуда ты знаешь, что снимает стресс?

— Я много чего знаю.

Она подняла на него глаза. Взгляд был тяжёлый, подозрительный.

— Ты сказал, что был в разведке.

— Было дело.

— А сейчас уборщик.

— Жизнь — штука сложная.

— И ты просто так открываешь порталы, разговариваешь с грибами и печёшь пирожки?

— Пирожки тут при чём? — удивился Артём.

Даша открыла рот, чтобы высказать всё, что она думает о пирожках, порталах, уборщиках и своей внезапно сошедшей с ума жизни, но дверь лаборатории снова распахнулась.

На пороге стоял Он.

Светлые волосы, голливудская улыбка, дорогая мантия с золотым шитьём. От него пахло дорогим парфюмом и он просто излучал самоуверенность.

— Дашенька! — пропел молодой человек. — Я проходил мимо и решил заглянуть. Ты сегодня чудесно выглядишь!

Даша закатила глаза.

— Глеб, — сказала она с обреченным видом. — Чего тебе?

— Хотел пригласить тебя на ужин, — Глеб шагнул в лабораторию и только тут заметил Артёма. И гриба. И зеленую свинку. — Это… что за цирк?

— Уборщик, — мрачно сказала Даша. — Гриб. Свинка. Не обращай внимания.

Глеб посмотрел на Артёма. Артём посмотрел на Глеба.

— Уборщик, значит, — протянул Глеб с плохо скрываемым презрением. — А почему он в лаборатории?

— Пол моет, — соврала Даша.

— Без швабры?

Зигмунд фон Грюн кашлянул.

— Молодой человек, — строго сказал он Глебу. — Вы мне свет загораживаете. Отойдите, пожалуйста!

Глеб уставился на говорящий гриб. Челюсть его слегка отвисла.

— Он… разговаривает?

— А вы глухой? — удивился Зигмунд. — Я ещё и пою, но для вас не буду. Не заслужили.

Глеб смотрел на это представление с лицом человека, который случайно зашел не в тот кабинет и теперь не знает, как выйти из ситуации, не потеряв достоинство.

— Я, наверное, пойду, — сказал он наконец.

— Идите-идите, — махнул шляпкой Зигмунд. — И дверь прикройте. Сквозняк.

Глеб вышел. Дверь за ним закрылась и на несколько минут в лаборатории повисла тишина. А потом Даша расхохоталась. Впервые за долгое время — искренне, громко, до слёз.

— Ты видела его лицо? — спросил Артём, тоже начиная смеяться.

— Видела! Ой, не могу! Он же теперь неделю будет в себя приходить!

Зигмунд фон Грюн довольно поправил очки.

— Я, знаете ли, умею производить впечатление. На прошлом собрании садоводов я так выступил, что три лисички в обморок упали. От восторга, разумеется!

Глава 3

Утро начинается не с кофе

Даша проснулась от того, что Пышка дышала ей в ухо.

— Отстань, — прошептала Даша, зарываясь лицом в подушку.

Пышка не отстала. Она переместилась с подушки на голову хозяйки и начала топтаться. Маленькие лапки перебирали по волосам с методичностью опытного массажиста, только массажист почему-то дергал ей волосы.

— Пышка. Слезь. Или я продам тебя гномам на шашлык.

Пышка обиженно фыркнула и спрыгнула на пол. Но сдаваться не собиралась — она подошла к миске и стукнула по ней лапой. Дзынь. Потом ещё раз. Дзынь. Дзынь. Дзынь.

Даша приподнялась на локте.

За окном едва брезжил рассвет. Солнце ещё не встало, но небо уже наливалось персиковым светом. За тонкой занавеской угадывались очертания крыш, труб и, кажется, соседского кота, который сидел на карнизе и смотрел на мир с философским презрением.

— Ладно, — сдалась Даша. — Встаю.

Пышка скакала вокруг миски, светясь, как новогодняя гирлянда. Сегодня её шерсть переливалась всеми оттенками голубого — от небесного до цвета морской волны.

— Холодно? — спросила Даша, натягивая халат. — Или грустно? Или просто модничаешь?

Пышка ничего не ответила, лишь снова начала дребезжать миской. Перевод был ясен: «Мне плевать на твои цветовые теории. Я ХОЧУ ЕСТЬ».

Кухня встретила Дашу утренним полумраком и грудой немытой посуды в раковине. Холодильник загудел, когда она открыла дверцу, и оттуда пахнуло холодом и чем-то не очень то приятным. Внутри лежали: кусок сыра с плесенью (благородной, Даша себя успокаивала, что благородной), пучок зелени, который уже решил стать гербарием, и банка с вчерашним супом.

Даша вздохнула.

— Сейчас сварю тебе кашу. И себе кофе. И мы будем жить.

Пышка согласно пискнула и уселась ждать, сложив лапки на пузе.

Кофеварка зашипела, забулькала и выдала струю чёрной жидкости. Даша вдохнула запах — горький и терпкий. Первый глоток обжёг горло и растёкся внутри приятным теплом.

Пока Пышка с чавканьем уничтожала овсянку, Даша сидела у окна и смотрела на улицу. Магический квартал просыпался.

Бабка из соседнего дома вышла поливать цветы на подоконнике. Цветы были хищные, с зубами, и норовили откусить ей палец. Бабка ловко орудовала лейкой и ругалась матом. Обычное утро.

Через дорогу лавочникзельевар открывал ставни своего магазинчика. Оттуда вылетела стайка светлячков и заметалась над тротуаром, пока хозяин не загнал их обратно метлой.