Выйди за моего мужа замуж (СИ). Страница 9

И я бы кивнула. И тихонько завалила бы все экзамены.

Сейчас я смотрела в большие голубые глаза подруги и видела в них доверчивость и ласковую тревогу.

— Зацепилась плащом за дверную ручку в восточном коридоре, — ровно сказала я. — Пока отцепляла, порвала подол. Пришлось бежать в женскую комнату и закалывать булавкой.

— Ох. — Алифанта сочувственно сморщила носик. — Сильно порвала?

— Не смертельно. На вечер хватит, а дома Варида зашьет.

— У тебя сегодня день-катастрофа.

— И не говори.

Алифанта посмотрела на меня внимательно, хмыкнула, мотнула головой, но расспрашивать больше не стала.

— Дамы и господа, — начал профессор Эйрма с кафедры, поглаживая лысину. — Сегодня мы поговорим о фундаментальных закономерностях формообразующих рун. Многие из вас полагают, что выбор формы диктуется исключительно эстетикой и традицией. Это глубоко ошибочное представление.

Я открыла тетрадь, обмакнула перо.

Эйрма читал курс, который был мне знаком. Я владела им как родным языком. Здесь было все то, чем я промышляла долгие годы. И один метод из этого курса я любила особенно.

«Метод обратного прочерчивания».

Штука, в общем, простая как напильник. Если у тебя есть чужой артефакт, и ты хочешь узнать его устройство, вскрывать его не обязательно. Достаточно нанести на поверхность тонкий слой особого восково-смолистого состава и пропустить легчайший импульс. Состав проявится тенью, повторяя внутренние линии руны. Как если потереть карандашом по бумаге, под которой лежит монетка.

В прошлой жизни я применяла этот метод сотни раз.

Изучала чужие патенты, доводила до ума свои. И однажды, в самом начале работы с Клэйдом, обратным прочерчиванием проверила артефактный кулон, подаренный ему старшим другом. Внутри обнаружилась крошечная закладка — тонкое плетение, позволявшее создателю подслушивать разговоры вокруг владельца. Я отнесла кулон обратно Клэйду, а он сказал, что эта вещица незапатентована и они могли бы украсть разработку. Я долго сопротивлялась, мы много спорили и в итоге он уговорил меня это сделать. В итоге рынок этими вещицами заполонило, а я еще долго корила себя за слабость.

Я провела пером по бумаге, выводя ровным почерком: «Профессор Эйрма. Пространственные искажения рунических форм».

А на полях, мелко, для себя добавила: «Метод обратного прочерчивания. Состав: пчелиный воск, ладан, серебряная пудра, желточная эмульсия. Активатор — слабый разрядный импульс, не выше трех лафер от единицы. Применимость: артефакты первого-третьего уровня сложности».

— ...запомните, друзья мои, при построении многоуровневых схем форма руны определяет не «как красиво», а точные векторы сброса энергии. Каждый скрытый изгиб — это направляющий канал. Каждый перекресток — узел распределения. Каждая точка — место накопления потенциала. И если кто-то из вас забыл эту базовую истину с первого курса, то на защите диплома весной вам делать нечего.

Я кивнула своей тетради, делая вид, что соглашаюсь.

Алифанта рядом увлеченно строчила. Почерк у нее был мелкий, бисерный — такие обычно нравятся преподавателям, потому что выглядят прилежно. Я покосилась на нее. Она прикусила кончик пера, лицо сосредоточенное, а в уголке рта застряла капелька чернил.

Раньше я бы потянулась и аккуратно стерла эту каплю пальцем. А она бы рассмеялась и сказала: «Ой, что бы я без тебя делала».

Сейчас я отвернулась.

— Дэйна?

— Что?

— У тебя глаза какие-то…

— Какие?

— Тяжелые.

Я посмотрела на нее, мягко улыбнувшись.

— Я же говорила, день тяжелый. Голова болит. Перестану хмуриться к перерыву, обещаю.

— Может, тебе лучше домой?

— И пропустить лекцию Эйрмы? — Я приподняла бровь. — Ни за что. Это слишком интересно.

— Это да. — Она улыбнулась. — Ну хоть на обед сходим вместе с Клэйдом, ладно?

— Посмотрим, как будет с головой.

Алифанта пожала плечами и вернулась к записям.

Эйрма закончил минута в минуту, поклонился и собрал свитки. Студенты загудели, заскрипели стульями. Алифанта потянулась к моей сумке.

— Идем на следующую?

— Мне нужно занести пустые бланки в канцелярию. Магранс утром сунул, забыла отдать.

— Я с тобой.

— Алифанта, — я снова улыбнулась, — там у секретаря всегда толпа, я тебя только задержу. Опоздаешь в свою аудиторию.

В ее глазах застыло изумление, потому что мы с ней были не разлей вода, а тут я избекаю ее. Но я не дала ей шанса меня задержать — кивнула на ходу и первой вышла в коридор.

В канцелярию я, конечно, не пошла.

Свернула в противоположное крыло, поднялась на третий этаж западного корпуса, в аудиторию триста двенадцать. Через четверть часа там начиналась лекция по основам алхимического анализа. Это был чужой поток, и я точно знала, что в аудиторию триста двенадцать нога Клэйда Авинталя никогда не ступала и не ступит: профессор Кааг два года назад прилюдно назвал его «дилетантом с амбициями», и с тех пор Клэйд обходил его за версту.

Я заняла место в дальнем углу.

Из окна был виден внутренний двор с фонтаном. Пустой, только дворник неспешно сгребал листья.

Аудитория постепенно наполнялась. Адепты заходили по двое, по трое. Лица все знакомые, я их помнила. Внутри даже сжалось, когда вошел Тейво Сланн — адепт с параллельного потока, который через три года женится на дочери своего профессора и уедет в провинцию. Видимо, пришел отрабатывать пропуски. Тейво кивнул мне и сел через два ряда.

Профессор Кааг вошел ровно по расписанию.

Сухой, рыжеватый, в круглых очках и с тонкими усиками. На лацкане его сюртука всегда красовалось свежее пятнышко от реактива, сегодня — голубое.

— Доброе утро, господа. Откройте тетради. Тема: классификация активных эссенций по типу взаимодействия с органическими тканями. Прошу не отвлекаться. Материал объемный, повторять не буду.

И в эту секунду в дверь постучали.

Два удара. Но такие, что Кааг осекся на полуслове и вскинул голову.

Я к этому моменту уже сидела неестественно прямо.

Я знала, кто там. Еще не поняла головой, но метка уже горела.

Дверь открылась, и он перешагнул порог.

— Прошу прощения за вторжение, профессор.

Он говорил с порога и в его голосе не было и капли сожаления. Пальто он не снял. Шагнул внутрь, и под его тяжестью коротко скрипнул старый паркет.

— Ваше… ваше сиятельство?

Кааг закашлялся, нервно поправляя очки.

— Я займу у вас не больше минуты. — Граф Сайс повернулся к аудитории, и у меня во рту пересохло. — Если позволите.

— Конечно, конечно. Господа адепты, прошу внимания.

Я опустила глаза в тетрадь.

И тут же подняла. Прятать лицо сейчас было бы странно.

Он стоял у кафедры. Свет из окна падал сбоку, делая его глаза еще ярче. В этом свете я заметила на его правом виске тонкий бледный шрам, которого не заметила ранее.

— Дамы и господа. — Он говорил негромко, но его было слышно даже на последнем ряду. — Меня зовут Араэдан Сайс. Я владелец мастерских в промышленной части столицы. Моя фабрика занимается разработкой и производством сложных артефактов второго и третьего уровня для нужд короны и частных заказчиков. Сегодня я здесь по простой причине. Я ищу талантливого артефактора среди тех, кому в ближайшие год-два предстоит получить диплом этой академии.

В аудитории повисла абсолютная тишина.

— Я предлагаю практику в моих мастерских. — Он медленно обвел взглядом ряды. — На условиях, заметно превышающих всё, что обычно предлагают выпускникам. Я ищу голову, а не просто прилежные руки. Возможно, я не найду ее здесь. А возможно, найду. Желающие могут прийти в мою городскую контору в течение ближайших двух недель.

Он сделал короткую паузу.

— Я лично побеседую с каждым.

Произнеся это, он медленно скользнул взглядом по аудитории. Слева направо, ряд за рядом. Я смотрела, как этот золотой взгляд приближается ко мне, считала про себя: «один, два, три»... и думала лишь о том, как же тонко работает глушилка на моей шее, и как горячо раскалилась чертова метка.