Убийства по книге. Страница 6

– Отпечатки? – подсказал Иэн.

– Два частичных на краю желоба. Прогнали их по базе данных. Ничего.

– Я и не ждал, что окажется так просто.

– Да, не повезло. Но нашлось совпадение с отпечатками по делу о нападении в… – Майк сверился с записями, – Нортпорте. В июне.

– Попробую позвонить в тамошнее отделение и выяснить, нет ли у них чего полезного. Вдруг преступник начал оттуда, прежде чем переместиться к нам, – предположил Иэн.

– Сомневаюсь, что это его первое убийство. Слишком все красиво.

Он поднял голову, чтобы убедиться, не шутит ли Майк, но тот продолжал читать документы, сохраняя нейтральное выражение лица, после чего добавил, по-прежнему глядя в бумаги:

– Кстати, о красоте: тебе не пора собираться на бал, Золушка?

– Черт! – выругался Иэн, посмотрев на часы и мысленно подсчитав время, которое потребуется, чтобы съездить домой, переодеться, побриться и успеть в музей.

Он точно опоздает. Нужно торопиться.

– Уверен, что обойдешься без меня? – спросил Иэн, сдергивая со спинки стула пиджак и поспешно натягивая его.

– Сегодня ты уже ничем не поможешь. Наслаждайся своим шампанским, Бойскаут.

Глава 4

Низко склоняя голову под струями дождя, Эмма взбежала по каменным ступеням ко входу в музей. Она придерживала полы платья одной рукой, шлепая по лужам в уже промокших шелковых туфельках. Разразившаяся над Карлайлом гроза изгнала последние остатки летнего тепла. Капли, отлетавшие от разноцветных плащей подготовившихся к ненастью посетителей, которые загораживали вход, окатили Эмму. Она прошла через широкие стеклянные двери в хорошо освещенное помещение, сразу почувствовав покалывание на коже от кондиционированной прохлады галереи, и постаралась как следует стряхнуть воду со своего зонтика с ручкой в виде утки, после чего сунула в пластиковый пакет, предоставленный явно скучавшей гардеробщицей, и передала через стойку вместе с курткой.

– Сумку, – сказала работница музея, протягивая руку.

– Нет, спасибо, я возьму с собой.

Женщина пожала плечами, и Эмма перехватила поудобнее свой клатч, мысленно сетуя на платье без карманов и на общую непрактичность женских вечерних нарядов. Она постаралась не теребить нервно узкую лямку и напомнила себе: «Тебе понравится. Повеселись».

Затем направилась вместе с толпой гостей к началу выставки, где невольно помедлила, чтобы оглядеться и успокоиться, прогнать тревожное чувство, вызванное скоплением людей. Подчеркнутые детали ярких картин выделялись на фоне матовых белых стен. В зале играла приятная ненавязчивая музыка, пока роскошно наряженные посетители переходили от одного экспоната к другому, приглушенно беседуя. В воздухе витали едва ощутимые ароматы дорогого парфюма и запахи влажной одежды. Каждая поверхность была задекорирована эстетично и в то же время практично.

Эмма решительно двинулась дальше, стараясь держаться с краю от скопления людей и пытаясь отыскать свободное пространство. Она взяла со вкусом оформленную программку с объявлением «Свет и тьма: художники-прерафаэлиты викторианской Англии» и пролистала ее, загнув уголки страниц с особенно интересными картинами. Затем приняла фужер с шампанским, предложенный официантом в черном жилете. Парнишка выглядел не старше двадцати. Эмма мысленно перебрала своих студентов, не сумела вспомнить никого похожего, но все равно вежливо улыбнулась на всякий случай. К сожалению, она быстро забывала лица, в отличие от текстов, которые легко могла заучивать целыми страницами, без труда воспроизводя потом в мельчайших деталях.

Людской поток увлек за собой дальше – к картине прекрасной молодой женщины со скромно опущенными глазами и золотистыми волосами, которые струились по плечам и ниспадали на платье в стиле Ренессанса. Эмма наклонилась ближе, чтобы внимательнее изучить замечательно изображенное жемчужное ожерелье в руке красавицы, но краем глаза заметила музейного работника, который направился в ее сторону с озабоченным видом, и обхватила фужер обеими ладонями, желая показать, что не прольет шампанское на произведение искусства. Затем почувствовала, как кто-то крепко взял ее за запястье, и постаралась придать лицу благодушное и вежливое выражение в ожидании неизбежного взаимодействия со знакомым по колледжу, стремившимся обменяться приветствиями. Однако увидела перед собой улыбающегося Рори и расслабилась, ощутив прилив благодарности за возможность хотя бы на несколько минут отложить ритуал бессмысленной беседы с посторонним человеком.

– Ты пришла, – с восторгом сказал спутник чуть громче, чем требовалось.

– Пришла. – Эмма посмотрела на него, надеясь, что сумела убедительно изобразить энтузиазм. – Просто… решила, что ты прав. Выбраться на мероприятие не помешает.

Рори схватил фужер с шампанским с подноса проходящего мимо официанта – уже не первый за вечер, как предположила Эмма, – и положил ей на талию руку, но тут же убрал, заметив, как напряглась собеседница. Она ощутила его мускусный запах пота, алкоголя и тяжелую пряность одеколона.

– Я рад, что ты пришла, – заявил Рори, затем внимательно вгляделся в лицо Эммы и отступил на шаг. – Что уже успела посмотреть?

– Немного. Я тут совсем недавно.

– Ну, музей не сравнится с галереей Тейт [9] , но я доволен тем, что нам удалось собрать. Все большие картины принадлежат малоизвестным художникам, пишущим в том же стиле. Зато мы получили набросок Бёрн-Джонса, а также позаимствовали Ханта у частного коллекционера. Да и фотовыставка выглядит вполне достойно – особенно работы Кэмерона [10] .

– Все замечательно. Правда. Вам с остальными организаторами есть чем гордиться.

Рори улыбнулся, услышав похвалу, но явно отвлекся на происходящее в другой части помещения, прежде чем ответить:

– Проклятье! Я надеялся показать тебе тут все, но должен выполнять свои официальные обязанности. Похоже, моим подопечным требуется помощь.

Эмма обернулась и увидела нескольких студентов, которые уже успели слишком много выпить.

– Иди. Я и сама справлюсь.

– Только не забредай в сад скульптур, мы не можем себе позволить потерять тебя в темноте.

– Не волнуйся. Я заготовила достаточно тем для разговора, чтобы пережить сегодняшний вечер. Поужинаем на следующей неделе?

– Нужно будет вычеркнуть из календаря Каро. – Рори легонько поцеловал Эмму в щеку и повернулся уходить, заметив напоследок: – Рекомендую уделить внимание третьей картине – думаю, она тебя привлечет больше всего.

Она воспользовалась советом и пробралась мимо групп посетителей, стоявших возле первых двух полотен – довольно сдержанного портрета девушки в белом и натюрморта эфесов мечей, – бросив лишь быстрый взгляд в их сторону. А когда оказалась перед третьим, то ощутила тепло в груди. На картине была изображена красавица с медового оттенка волосами, в золотистом платье. Она вставала со своего места за ткацким станком. С пальцев соскальзывали цветные нити, обвиваясь вокруг запястий и падая на складки подола. Рядом с ней виднелся незавершенный гобелен с видом средневековой деревушки. Девушка стояла боком, тоскливо глядя в окно. Она слегка наклонялась вперед, чуть приподняв одну руку, словно тянулась в сторону внешнего мира, хотя в другом окне сразу за плечом покачивалась ожидавшая лодка, привязанная на причале. Потемневшее зеркало с трещиной показывало изломанное отражение так привлекшего красавицу зрелища: едва различимый образ облаченного в доспехи рыцаря на боевом коне. Эмма внезапно почувствовала себя подглядывающей за глубоко личной сценой, изучая картину.

– Ощущение, что я наблюдаю за чем-то не предназначенным для моих глаз, – послышался тихий голос, будто озвучивая мысли Эммы.

Она словно очнулась ото сна, слишком потрясенная, чтобы следить за выражением своего лица. Рядом стоял высокий худощавый мужчина, внимательно разглядывая полотно. Хотя его внимание, судя по всему, привлекла лодка, а не рыцарь.