Во благо рода 2 (СИ). Страница 9

Немного сомневаясь, выписал для себя в тетрадку конкретное место, куда следовало обращаться для поступления в этот кружок — учебная мастерская, расположенная в подвальном помещении четвертого учебного корпуса. Сомневался — потому-что мы ж еще до этого года данную дисциплину вообще не изучали. Не факт, что возьмут такого неуча.

Уже в комнате (Макар прибежал к ней первым и терпеливо дожидался нашего появления) снова принялись обсуждать, кто что выбрал.

— Разумеется, «Боевая магия»! — Без тени сомнения объявил нам о своем выборе Перепелица.

— А сноску под названием клуба, в самом низу, ты читал? — Немедленно, всего одним вопросом, спустил фантазера на землю Андрюха Скворцов. — Принимают только учеников, уже участвовавших минимум в двух дуэлях. — Вот Сашке, к примеру, остается всего один раз на арену выйти.

— Ну, уж нафиг! — Возразил я. — Лучше уж я потренируюсь в изготовлении артефактов, чем еще раз своей жизнью рисковать. Ну, если примут, конечно.

— У них тоже имеются требования к соискателям, — ну, вот, что и требовалось доказать! — Внес свою смачную ложку дегтя в бочонок моих надежд наш господин «знаю все». — Какие точно не знаю, но что есть — это точно. Это просто у всех здешних клубов в их уставах прописано, чтобы перед вновь поступающими свою важность соблюсти. Как прописано и то, что в качестве почетного председателя там обязательно должен быть один из преподавателей. Кстати, обратите на это внимание. К тому же Змею Горынычу и врагу не пожелаешь попадать.

Выяснять, что там и как в выбранном мной клубе, я отправился после занятий уже на следующий же день. Ну, а чего время зря терять? Может, я вообще зря туда нацелился, и нужно срочно что-то перерешивать.

— Ты чего тут забыл, молодой? — В четыре глаза на меня уставилась парочка разнополых старшеклассников с сияющими начищенной бронзой металлическими пятерками — у парня на лацкане пиджака, в обрамлении зеленеющего прямоугольника, а у девушки — поверх тоже зеленого банта на груди. И очень не похоже, что это они тут в уединении именно изготовлением артефактов занимались. Вон как щеки-то покраснели у обоих. — В наш клуб мы принимаем только тех, кто предоставит в распоряжение клуба подробную схему изготовления какого-нибудь артефакта. Есть у тебя при себе такая схема?

— Нет. Еще нет. А схема артефакта вам подойдет любая?

— Любая, которой еще не имеется в архиве клуба. Только ты учти, молодой, что архив у нас довольно обширный. Из тех дешевок, которые продают для студиозусов в артефакторской лавке на Большой Купеческой, подойдет далеко не каждая, и уж почти точно, угадаешь ты с этой покупкой не с первого раза.

Ушел из этого места ни с чем и призадумался. Вряд ли мне кто-нибудь позволит предварительно с тем самым архивом ознакомиться, раз уж про перебор попыток речь зазвучала, а значит, денег на то, чтобы поступить в этот клуб может уйти немеряно. Поневоле напрашивается вопрос. А стоит ли вообще пока сюда мылиться?

Что самое смешное, я, со своим серьезным настроем, побыстрее разделаться с поступлением в какой-нибудь из полезных для меня гимназических клубов, оказался далеко не первым из числа обитателей нашей комнаты, кто с этой задачей справился. Первым успел Макар Перепелица.

— Вы только прикиньте, только заглянули мы туда с Перевощиковым, и нас сразу же приняли! А я еще боялся идти из-за того, что это единственный клуб во всей гимназии, который создан исключительно учениками-аристократами. У них даже глава клуба — не преподаватель, как у других, а действующий староста параллели «А». — Разглагольствовал наш сосед по комнате, лежа на кровати, хвастаясь своим выдающимся достижением. — И, представляете, нас сразу же приняли! И даже разговаривали с нами, как с людьми, без всякого высокомерия….

И нет, Макару отнюдь не пришлось рисковать своей жизнью на дуэлях. Он, как и я, узнав об условиях вступления в изначально выбранное им сообщество, сделал финт ушами и отправился в совсем другое место. Точнее, составил компанию приятелю, Ваське Перевощикову, который отправился поступать в клуб карточной игры.

— Ни за что не поверю, что при вступлении в клуб вам не было выставлено никаких условий, — подначил донельзя довольного собой Перепелицу Андрюха Скворцов.

— Ой, да что там за условия! — Наш любитель карточной игры только отмахнулся. — Всего лишь обязались принять участие в одном единственном в этом году турнире, он в первой половине второго полугодия у нас будет проводиться. Ну, и, в случае победы в нем, еще отправимся отстаивать честь гимназии на всеимперский турнир во Владимире.

Хех, слушал я все эти разглагольствования и никак не мог понять, это я такой параноик, или, в самом деле, что-то с этим обещанным турниром явно не чисто. А просто, насколько мне известно из моего личного опыта, аристократы из Азиков без какой-то очень веской причины ни за что в жизни не стали бы разговаривать с обычными, ничего особенного не представляющими из себя простолюдинами, как с равными. Хотелось бы ошибиться, но, как гласит известная народная мудрость, бесплатный сыр — он бывает только в мышеловке. И, сдается мне, мои доверчивые одноклассники уже сунули туда свои бестолковые головы.

Эта последняя глава на сегодня. Завтра выложу еще три. И… право, мне очень неловко, но осмелюсь напомнить, что лайки и награды греют автору душу и повышают рейтинг данной книжки на сайте АТ.

Часть 1

Глава 5

Все же, пару дней посомневавшись, в качестве обязательного клуба для себя я избрал клуб ритуалистики. Требования у них были очень похожи на требования клуба артефакторики, тоже требовалось предоставить подробное описание неизвестного для членов клуба ритуала, но только, в отличие от артефакторики, для выполнения этого требования мне абсолютно не пришлось раскошеливаться. В качестве входного билета вполне сгодился простенький одноступенчатый ритуал, показанный еще перед поступлением в гимназию мне моей бабушкой. Удаление Пыли. Одни боги знают, куда девалась эта самая пыль. Может, высасывалась куда-нибудь в иной план, а может, просто сжималась в сверхмалую точку при помощи пространственных преобразований, но помещение после применения этого малораспространенного в нашей местности пятнадцатиминутного ритуала становилось действительно очень чистым.

Из минусов, а может быть и наоборот, плюсов, этот клуб оказался одним из самых многолюдных во всей гимназии. Едва ли не половина всех гимназистов нашей параллели «Веди» являлась членами именно данного клуба. В результате, не такое уж и большое помещение клуба оказывалось очень часто переполненным. Как вы сами понимаете, обстановка получалась не слишком-то и рабочей. Ну, а в несомненный плюс это многолюдство относилось по причине того, что и остальные члены клуба, при своем поступлении, из года в год предоставляли в местный архив прописи каких-то ритуалов. И большинство этих прописей оказались мне, как члену клуба, вполне себе доступными.…И, несмотря на то, что каких-то особо сокровенных тайн в архивах простого школьного клуба не стоило даже и ожидать, некоторые из этих прописей (увы, далеко, далеко не все) были даже мне, фанату этого вида магии, не известными. И кое-какие из этих неизвестных даже представляли кое-какой вполне определенный интерес.

Впрочем, об интересе и применении мною этих самых интересных находок поговорим как-нибудь в другой раз, потому-что…. Домой совершенно неожиданно для меня возвратился отец. Почему неожиданно? Так на дворе у нас сентябрь едва за половину перевалил. С учетом временных затрат на дорогу, в данном случае изучение секретов замка древних мой родитель должен был закончить еще во второй половине августа. Рановато как-то.

— Что, совсем никаких интересных находок? — С чувством внезапного разочарования поинтересовался я у отца, когда мы с ним вечером остались на несколько минут наедине.

— Ну, не то, чтобы совсем, но я надеялся на большее, — признался мне мой родитель. — Из самого ценного вот: — протянул он мне довольно объемный бугрящийся мешочек. — И еще часть клинописи со стен перерисовал.