Системный приручитель 4 (СИ). Страница 4

Всё это, к слову — ещё один аргумент в пользу того, что я напрасно поначалу воспринимал мийю как народ с примитивной первобытной культурой. Они уже перешагнули этап анимизма с верой в духов, перешагнули тотемизм и пришли к язычеству.

При том — у них не зверобоги, а полностью ассоциированные с самими мийю божества.

Меня сбили с толку две вещи. Первая — внешность. Если сравнивать тела людей и кошколюдов, у вторых совсем другие пропорции: короткие ноги, длинные руки. Я воспринимал их, как эдакий кошачий аналог хомо эректусов, материальной культуре которых буст дало не естественное развитие, а приход Системы.

Второе — сама Система. Она чётко объявила, что разумных иномирцев на Земле не будет ещё два года, значит — мийю она за разумных не считает.

Я думаю, на эволюционной шкале они ниже нас, хомо сапиенс сапиенс. Правда, очень условно, прямое сравнение не корректно. Тем более, что эволюция — это процесс приспособления к вызовам внешней среды, а не линейный путь к сферическому совершенству в вакууме. Те же акулы пришли к эффективной форме ещё до появления динозавров и с тех пор значительно не менялись.

Ну и, атавизмы — прямой намёк на то, что эволюция слепа и полна багов. Иначе того же копчика у людей бы не было.

Разве что, теперь в уравнение добавилась Система. Она ведь толкает нас к развитию, дав инструменты, которые уже позволили выйти за рамки возможностей собственного вида.

Это — искусственная, полностью ею управляемая эволюция. Другой вопрос — нафиг она вообще нужна.

Сейчас, в новом мире, меня интересует реальность богов. Мила говорила о том, что её мама, Верховная Жрица, общалась со своей богиней. И я не могу понять, это правда и наша новая объективная реальность, с которой нужно считаться, или просто особенности религиозного мышления самих мийю.

Никаких шаманских трав, грибов и прочего мама Милы не употребляла, я уточнил. На мухоморные приходы не спишешь.

Что, если системное развитие реально может позволить подняться до условно-божественного уровня? Тогда Тёплая Мать и Чёрная Тень — это не плод воображения кошколюдов, а реальные представители их расы, когда-то давно в своей прокачке настолько преисполнившиеся, что теперь существуют на совершенно другом уровне.

Ну там, как положено сверхсуществам — будто проживают миллиарды жизней на миллиардах разных планет, играют в 5D шахматы и никогда не пиратят книжки.

Если всё так — со словами о том, что Чёрная Тень нами недоволен, придётся считаться.

Правда — не хотелось бы. Мне не нравится мысль о том, что нам может как-то поднасрать воинственный перекачанный супер-кот сто пятьсотого левела. Само по себе существование всепроникающей и всемогущей Системы, рядом с которой мы пыль — это факт, мириться с которым очень неприятно. Добавление в уравнение других сверхсуществ нашу жизнь только осложнит.

По крайней мере, я не собираюсь пресмыкаться перед кем-то, нахапавшим уровней больше других. Это ведь даже не мистические высшие сущности, как в человеческих религиях — это всего лишь другие игроки.

Идти в боги самому мне тоже не интересно. Головняков с подчинёнными и на моём уровне хватает, становиться вечным смотрителем человеческого детского сада я не хочу.

Ладно, пора заканчивать.

Пусть Коготь распинается дальше, а я уже готов продолжать. В отличии от раненого стража, который всё ещё психует — и этот момент упускать нельзя.

Всплеск я уже потратил, к сожалению. Он действует всего несколько секунд, а откатывается аж десять минут. Явно рассчитан на одно единственное применение в бою, как козырь для крайних случаев.

У меня, впрочем, есть ещё один. Он и действует немного дольше, и откатывается в два раза быстрее.

Каменная кожа.

Разведка боем прошла, пора навязать противникам свои условия. Если действовать неспешно, на изматывание — у них больше шансов. Их двое, ящер явно живучее меня. Коготь поддержит его выстрелами из лука, и меня рано или поздно задавят.

При том, скорее уж рано.

Надо давить самому, ломать рисунок, который сложился в головах у противников — а каменная кожа даст мне право на ошибку.

Я выдернул из нагрудных ножен свой старый добрый охотничий нож. И — с силой метнул в котяру. Метил в тело, но попасть и тем более убить ублюдка не рассчитывал. Мийю от природы ловкие и стремительные, так я даже Милу вряд ли уложил бы, а у неё характеристики явно меньше, чем у Когтя.

Весь расчёт был на то, что котяра даст мне одну лишнюю секунду на рывок вперёд, и расчёт оправдался.

Он метнулся в сторону, прервав на середине очередной обиженный мявк. Я же в этот момент уже подлетел к стражу, подгадав момент, когда его башка будет повёрнута ко мне слепой стороной. Ногу разрывала боль, и за нагрузку раненого бедра меня ещё ждёт расплата.

Но, благо — не сейчас.

Секирой я ударил по-колхозному, сверху вниз, размахнувшись из-за головы. Зато от души. Жаль, ящер успел среагировать на мои шаги и дёрнулся в сторону.

Удар, которым я собирался раскроить ему череп, цепанул вообще шею. Нормально так цепанул, кровь горячим фонтаном ударила прямо мне в лицо. Но я разрубил только мышцы, даже не дотянувшись до позвоночника.

Раны, смертельные в нормальном мире для любого животного, в системном мире до обидного малоэффективны.

События понеслись вскачь. Загудела тетива лука — это Коготь выстрелил в меня откуда-то из-за ящера. Примерно с трёх метров, то есть практически в упор.

Я метнулся вниз, понимая, что уклониться не успею. Не реально даже при моих характеристиках. Вся надежда на то, что котяра стрелял навскидку, да на прочность моей брони.

И — мне в кои-то веки повезло.

Страж дёрнулся назад. Вряд ли здоровенный хищник всерьёз испугался меня, маленького и слабого человечка. Ну, маленького и слабого в сравнении с ним, конечно. Даже несмотря на внушительный топор у меня в руках. Сработала инстинктивная реакция на боль — и гад просто закрыл меня от выстрела собственным телом. Стрела вонзилась в его многострадальную шею, так и не добравшись до меня.

А я в наглую проскочил прямо под башкой зверюги, пригнувшись так низко, что секирой по каменному полу звякнул. Из этого неудобного положения и ударил во второй раз — снизу, на развороте.

Страж как раз хотел наказать меня за наглость, но вместо этого нарвался на встречный удар. Лезвие прилетело сбоку: смачно врубилось в нижнюю челюсть и наизлёте чуть зацепило верхнюю. В стороны полетели поломанные зубы и кровища, в нос мне ударил воняющий тухлой рыбой выдох.

Рана вышла страшная, нижнюю челюсть и язык я наполовину отрубил. Страж, обезумев от боли, метнулся вперёд. Я проскочил между его бочиной и стеной в последний момент, ещё чуть-чуть — и эта туша перемолола бы меня об камень, превратив в окровавленный мешок с костяным крошевом.

Снова тренькнула тетива — уже прямо передо мной. Грудь слева пронзило болью, под футболкой стало сыро и горячо.

Срань господня!

Времени осматривать рану не было, я пока понял лишь одно: сердце бьётся, лёгкие целы. С остальным можно разобраться позже.

Кот мявкнул от ужаса и, отбросив в сторону в раз ставший бесполезным лук, ломанулся от меня прочь. Пока он разворачивался, я был уверен, что достану ублюдка. Уже замахнулся для удара — только вот Коготь вдруг совершил с места мощнейший прыжок. Низкий, у самой земли — но охренительно быстрый.

Просто раз! — и он отскочил от меня чуть ли не к противоположной стене пещеры.

Рывок, мать его!

Я не стал лишний раз расстраиваться. Буркнул под нос нехорошее слово, не без этого — и от души рубанул хвост стража, одним ударом снеся последние полметра. Он как раз рядышком оказался. Carpe diem, блин.

Теперь в спину мне не прилетит костяной шип — уже хорошо.

Ещё удар — уже лёгенький, — и с хлопком лопнула тетива котячьего лука, а распрямившаяся кибить чуть не долбанула мне по ноге.

Всё, минус ещё одна угроза.

И в голове поставить галочку — надо и самому рывок поглотить. Отличная ведь вещь: можно преследовать, можно брать разгон для мощного удара, резко сближаться с противником. Ну и, в случае чего — драпать тоже удобно. Коготь, вон, уже показал мастер-класс.