Служебный контракт (СИ). Страница 20

Никогда в жизни, не увлекался фотографией, которая была для меня, темным лесом. Да и по большому счету, такой возможности у меня просто не было. Поэтому выйдя из комнаты, поступил так, как собирался несколько минут назад. Дойдя до силового шкафа, заставил секции сдвинуться в прежнее положение, и свернул голову на плашке с кнопочным набором. В основном только из желания сохранить комнату с библиотекой. Тем более, что теперь знал, как попасть в помещение с сервером, из комнаты отдыха связистов, где был запас носителей памяти, которые могли пригодиться мне в будущем. Поэтому держать открытыми панели в подземных переходах не видел нужды.

Больше здесь делать было нечего, а на другой стороне прохода, силовых щитов я не видел. Зато стоило завернуть за угол, тут же обнаружился еще один, и с точно таким же блоком управления, что находился в предыдущем силовом щите, за углом коридора. Правда на этот раз пульт принял число связанное с выводом на орбиту первой в мире орбитальной станции «Салют-1» и цифровым кодом: «190471».

Первая же комната, в которую я заглянул, представляла собой кабинет, предположительно принадлежащий, какому-то руководителю. Длинный Т-образный стол, со множеством стульев, директорское кресло, сейф позади него, несколько телефонов и неизменное для таких мест, никому не нужное пресс-папье, вышедшее из употребления в середине двадцатого века. Хотя, учитывая антураж тех же складов, библиотеки, да и самого кабинета, смотрелось оно здесь вполне себе к месту. На стене позади директорского кресла висела большая фотография, Бориса Николаевича Ельцина. Все указывало на то, что этот кабинет действительно принадлежал, какому-то руководителю, причем заседал он здесь больше тридцати лет назад, когда страной правил один из первых президентов. Разве что, несколько портила все это лежащая на столе развернутая газета со сканвордами, и брошенный на нее острозаточенный карандаш. Сама газета, оказалась выпущена двадцатого декабря 1999 года, Якутским книжным издательством. Хотя, а чем еще ему заниматься?

Свернув газету, смахнул с директорского кресла пыль и уселся на него, представляя себя на его месте. Выдвинув одну из столешниц, увидел лежащую в ней распечатанную пачку сигарет «Мальборо» и металлическую зажигалку. Вообще-то я не курил. Во время службы иногда баловался, но в общем не находил в этом большого удовольствия. Да и закуривал скорее за компанию, но сейчас, почему-то очень захотелось это сделать. Достал одну сигарету, прикурил ее от зажигалки, и тут же зашелся в кашле, одновременно с этим топча сигарету в стоящей на столе пепельнице. Ну не мое это, и начинать не стоило.

В соседней столешнице, нашлась довольно большая связка ключей, нанизанная на довольно крупное кольцо, с брелоком, изображающим трехлучевую звезду «Мерседес-Бенц».

— Интересно от чего они? — Подумалось мне.

Тут же крутанувшись в кресле, развернулся к стоящему возле стола, довольно большому сейфу. Путем подбора выявил нужный ключ, отметив про себя, что где-то должен находиться еще какой-то сейф, к которому подойдет другой ключ, похожий на тот, что подошел к сейфу. Провернув его, крутнул колесо штурвала, и распахнул дверцу, и несколько оторопел. Здесь на полках находились образцы советских документов. Удостоверения сотрудника милиции, военные билеты, рядового и офицерского состава, служебные удостоверения, дипломы советского образца, паспорта, причем в качестве паспортов предлагались зеленые книжицы образца 1953 года. И красные общегражданские заграничные паспорта 1960 года. Водительские права, что интересно еще без указания перечня категорий. Отдельно лежали различные справки, выписки, открепительные талоны, и прочие документы, на все случаи жизни. Все это было представлено в виде незаполненных бланков.

Тут же в отдельной коробочке находились печати, штампы самых разных форм и цветов. А в глубине сейфа несколько бутылочек с чернилами и штемпельные подушечки. На отдельной полочке в самом низу, лежало несколько брошюр, с инструкциями по заполнению документов. Создавалось впечатление, что или все это осталось с тех лет, или где-то неподалеку имеется проход в прошлое, причем этот проход явно ведет, в шестидесятые годы прошлого века. Более того, если это действительно так, то и весь этот антураж, с хранящейся на складах с техникой, вооружением, одеждой тех лет, просто-таки кричит о том, что за той дверью находится не какой-то там «Командный пункт», а именно портал в прошлое. А зачем еще, в сейфе такое количество документов, того времени да еше и с инструкциями по их заполнению? Ладно бы встретитьь, что-то подобное где-то на киностудии, или пусть даже внее ее но в цивилизованных местах. Мало ли сейчас чудиков, отыгрывающих ролевые игры. Но здесь в глуши тайги, как-то не верится, что весь этот антураж предназначался для какого-то большого спектакля. Нет, все-таки, это нечто большее, чем якобы «Замаскированный Командный Пункт».

И видя все это, мне очень захотелось заглянуть за него, хотя бы одним глазком. Тут же подорвавшись со своего места, я захлопнул дверь сейфа, вынул из него ключ, и только собрался бежать к заветной двери, как вспомнил, что смысла в этом нет никакого. Я уже несколько раз приближался к тем дверям, искал запоры, пытался перебирать коды на силовом щите, открывающим стену склада, но никакого толку от этого не было. Наверное, оставался единственный вариант, со взломом двери. Но судя по ее виду, это была броневая сталь, которую вряд ли можно прожечь даже газовым резаком. Обычно для такого металла используется плазменная горелка. Пытаться же курочить все это с помощью лома, кувалды и чьей-то родительницы, так и вообще гнилое дело. Нужно было искать код доступа, и место откуда этот код нужно вводить. А где его искать, было пока непонятно.

Подумав, что наверняка, кое какие намеки я смогу получить в директорском кабинете, осмотрелся вокруг, и до самого вечера, считай без перерыва перебирал все попадающие мне под руку бумаги. Что мне только не попадалось. Нечаянно наткнулся на стопку приказов с выговорами, где говорилось о том, что кто-то из сотрудников, добился до белой горячки, и ему начали мерещиться сверхспособности. Как будто он получил возможность силой мысли, двигать по столу коробок спичек, а другой, попав в ту же ситуацию вдруг получил возможность заглядывать под одежду струдникам, из-за чего оказался в местной медсанчасти, восхитившись родинкой в виде сердечка, находящейся у одной из коллег на левой груди. И тут же отхватил табуретом по голове за то, что подглядывал за девушкой в душевой комнате.

И вдруг неожиданно для себя, в одной из тумб стола, обнаружил папку, с машинописным текстом, озаглавленную: «История обнаружения прохода, и предпринятые меры, по исследованию Аномалии», (Черновики). И стоило открыть ее, неожиданно для себя погрузился с головой в эту историю. Причем так, что опомнился уже глубокой ночью, когда у меня слипались глаза, как говорится, хоть спички вставляй. Собрав прочитанные листы, подхватил папку и отправился в свою комнату. Там, вскрыл банку консервов, съел ее закусывая приготовленной мною лепешкой, и запивая чаем, пытаясь при этом продолжить чтение, но поняв, что уже ничего из прочитанного до меня не доходит, плюнул на все и завалился спать.

Едва моя голва коснулась подушки, как в тот же момент, в моем сознании, как будто взорвалась новая звезда. Вначале я увидел некий знак, с начертанными на нем символами, затем он засиял ярким светом, а мгновеним позже взорвался раскинув по всему сознанию, мелкие точки-звездочки, на каждом из которых были заметны крохотные символы, похожие на те, что были начертаны на звезде. В какой-то момент, мое сознание приняло этот образ, и я вдруг вспомнил, где именно видел все это раньше. Эта была та самая украденная мною, из цитадели «Орущих которов» трехсложная руна «Рад-Бьорк-Рос», которую я считал потерянной при побеге с башни. Сейчас мне ясно давали понять, что руна далеко не утеряна, а наоборот была принята мною, или скорее приняла меня, под свое покровительство. Звездочки яркой вспышкой подтвердили мою догадку, и я, тот час оказался в своей игре, причем в этот раз я находился на нижней площадке своего дома на вишне. Дальше все мои действия проходили как будто под чужим управлением, как будто мне давался своего рода урок, показывающий то, какие действия от меня требуются, чтобы взаимодействовать со всеми предметами, находящимися в игре. Я прекрасно осознавал это, и в тоже время, именно сейчас не мог, взять все это в свои руки.