Лекарь-попаданка. Трофей для дракона (СИ). Страница 3

- Кажется, мне привели не целителя, а следователя, - усмехается он. – И отчего-то…

Но он не договаривает, перебивая сам себя.

- Ты когда-нибудь бывала в Акрионе?

- Нет, — качаю головой.

- Ты выросла в этих землях?

Начинается самое неприятное, потому что я видела лишь Камарвелл. О том, что за его пределами, можно судить только по рассказам. Мне удалось узнать, что вместе с отцом и семью последователями ордена мы прибыли сюда около двух месяцев назад из столицы Сендрии – государства магов, где размещалась главная резиденция Вальтрис. Что происходило до момента моего появления здесь – не удалось выведать, а последний месяц я готова была рассказать по дням. Только у меня интересуются на счёт прошлого.

- Я росла не здесь, - отвечаю уклончиво.

- А где?

- В Манисе, - называю столицу, - в монастыре. Но отчего вам так интересно?

- Такое чувство, что я тебя где-то видел.

- Вряд ли мы когда-либо встречались, - спешу не согласиться. Потому что, если так, и он меня вспомнит, придётся как-то выкручиваться.

Говорить незнакомцу, который пришёл сюда искать артефакт, о том, что он снился мне в другой жизни – значит, приговорить себя к смерти. Никому не следует знать, кто я на самом деле. Но внимательный взгляд генерала настораживает.

- Акрион слишком далёк, и слишком чужд, - пытаюсь увильнуть от темы.

- Есть вещи, которые объединяют даже чужаков.

- Какие же?

- Сны, - отвечает он слишком серьёзно, и у меня перехватывает дыхание. Почему он это говорит?

- Значит, вы проведёте какое-то время здесь, а потом уедете к себе? – решаю уточнить его планы.

- Не слишком ты гостеприимна, - усмехается дракон.

- Да и вы не страдаете воспитанностью. Напомню, что отряд драконов вторгся на территорию магов, устроил пожар, убил мирных людей.

- Меня зовут Ауримант Вальт, - представляется он, и я не сразу понимаю, к чему клонит. – А теперь ответь мне, какое имя носит ваш орден?

- Вальтрис, - произношу, понимая, что корень одинаковый. А генерал смотрит на меня, изогнув брови в вопросе. – Я не понимаю, к чему вы клоните.

- Ты. Мне не по вкусу фамильярство. Не при дворе. А что касается твоей истории про сожжение городов и артефакт, то скажу: маги переиначили легенду. А всё потому, что камень на самом деле принадлежит моему роду, это они выкрали его, рассказав всему миру, что драконы – зло. Мы лишь пытаемся вернуть то, что было нашим.

- В любом случае я далека от этих забот. Моё призвание – лечить тех, кто в этом нуждается. И сейчас я всё же намерена вас покинуть, потому что следует осмотреть мальчика, которому около часа назад я делала операцию.

- Ты слышала приказ. Ты должна оставаться здесь.

- Я не подчиняюсь приказам, генерал Ауримант. А если вы намерены доказать мне, что драконы не такие плохие, как о них говорят, тогда позвольте уйти. Не только вам требуется лекарь, но есть и другие, ничем не хуже вас.

- Тебе знаком Данадер Тарвейн?

- Это глава ордена, но уже около месяца он мёртв.

- Кто занял его место?

- Я не слежу за этим.

Он усмехается, не отрывая от меня взгляда.

- Ты лжёшь.

- Я спасаю людей, разве мне есть дело до политики?

- У Данадера есть дочь, и она здесь. Ты должна была встречаться с ней хотя бы раз.

Напрягаюсь, размышляя, что теперь я должна сказать этому человеку.

- Мои люди обещали привести её сюда, но, как видишь, пока здесь только мы.

Он играет со мной, зная, кто я есть на самом деле? Или же это обычный разговор?

Слышу голоса, оборачиваясь в сторону. Кажется, это спасение, потому что можно не поддерживать неприятную тему. Но как только внутрь вталкивают Будуэна, понимаю, что это конец. Он жив, а значит, не выполнил того, что от него требовалось. А значит, сейчас расскажет всем, что дочь Тарвейна – это я.

Глава 5

Глава 5

Будуэна бросают к стене, и он, шатаясь, поднимается на колени. Его взгляд сразу же впивается в меня, и я понимаю: ничего хорошего он не сулит. Не знаю, какие отношения были между ним и настоящей Ивэльдой раньше, но его попытки сблизиться после моего прибытия сюда, были отвергнуты. Мерзкая бородка, сальный взгляд, высокое самомнение – я не желала себе такого мужа, и его руки, норовящие зажать меня в коридорах монастыря, вызывали отвращение.

Я жду чего угодно: крика, признания, кто я такая, но не того, что он произносит.

- Ты - предательница, - хрипит Будуэн, кровь стекает по подбородку, но голос звучит яростно. - Ты лечила чужого генерала, в то время как наши люди умирают! Он пришёлся тебе по вкусу?

Его слова режут сильнее ножа. Ощущаю, как внутри всё холодеет, но отвечаю ровно.

- Для меня нет своих и чужих. Есть только те, кто нуждается в помощи. Я – лекарь.

Он плюёт в мою сторону смесь слюны и крови, чтобы показать, насколько презирает. Сгусток шлёпается у моих ног, и вижу усмешку на лице Шрама. Кажется, ему нравится представление.

Будуэн понимает, что его не пощадят. А я не понимаю, почему он не исполнил волю ордена.

- Мы успели поймать его за стенами, - объясняет Шрам командиру. – Он намеревался сбежать, но артефакта с ним не было. Где ты его спрятал, мерзавец? – Глоф наступает на плечо Будуэна, толкая его вперёд, чтобы он не просто стоял на коленях, а поклонился генералу драконов.

- Спросите лучше у неё, - тычет в мою сторону пальцем тот, кто обязан защищать женщин ордена. Бесчестие – вот имя настоящего главы Вальтриса. Я не была знакома с прежним, но все говорили, что Данадер Тарвейн, мой отец, был тем, кто никогда не предаст.

Глаза присутствующих устремляются в мою сторону, но я продолжаю спокойно стоять, ожидая приговора.

- Проклятая, - шипит Будуэн и добавляет несколько слов на языке Сендрии, резких, как удар. Я понимаю лишь одно: смерть. Уверена, остальные просто оскорбления. Удивительно, что он, понимая близость кончины, пытается утащить на дно и других.

Солдаты хохочут, Ауримант сидит неподвижно, наблюдая за сценой.

- Хочешь сказать, что теперь девки хранят самый древний камень в мире? – не верит ему Глоф и кивком головы приказывает выдать удар. Мгновение, и голова Будуэна откидывается назад, а солдат отходит в сторону.

Увожу голову вбок, потому что всегда ненавидела бокс и бои без правил. А здесь не соревнование, а лишь жестокость. Встречаюсь взглядом с генералом, который задумчиво смотрит на меня. Он понимает, что мне не по вкусу, но продолжает наблюдать. Сразу понятно: он не импульсивен, не скор на расправу, рассудителен и умён.

Глоф хватает Будуэна за волосы, притягивая к себе.

- Говори, где камень, я не люблю долго ждать.

Он снова намерен ударить, но его кулак зависает в воздухе вслед за ладонью Вальта, который останавливает своего воина.

- Почему же мы должны спросить у лекарки об Оуэле?

Не сразу понимаю, о чём именно речь, но Будуэн отвечает.

- Она вам не представилась? – и презрительная усмешка расплывается на и без того некрасивом лице. – Это не просто девка, как выразился один из вас. Это Ивэльда Тарвейн – дочь моего предшественника, после смерти которого Оуэл исчез. Она будет уверять, что ничего не знает, но, думаю, папаша посвятил её в тайну.

- Ива, - будто вспоминает моё имя генерал. – Ивэльда, - пробует его на вкус, не отводя от меня взгляда. – Ищите артефакт, - приказывает Глофу. – И оставьте нас с целительницей наедине.

Глава 6

Глава 6

Глоф, недовольно скривившись, отступает, но его глаза задерживаются на мне чуть дольше, чем положено. Видно, что он привык ломать и выдавливать признания грубой силой, и то, что его остановили, ему не по вкусу. Солдаты тащат Будуэна прочь, его ругань и проклятия затухают в коридоре, оставляя после себя тягостную тишину. Я знаю, что видела главу ордена в последний раз.

Остаюсь стоять посреди зала, чувствуя тяжесть в пристальном, спокойном, почти ленивом взгляде Ауриманта. Он не торопится приступать к расспросам, и именно это пугает больше всего.