Что скрывает Диана. Страница 3

– Как здесь шампанское? – не зная, как лучше начать непринужденный разговор, кивнула я на бокал в руках Славы.

– Сносное. Тебя угостить?

– Ой, нет, что ты! – поморщилась я. – Завтра с утра на пары.

Я попыталась отыскать глазами одногруппников, но никого из них в фойе не обнаружила.

– Как дела в универе? – спросил Слава.

Обычно его не особо интересовала моя жизнь. Если честно, я вообще не припомню ни одного нашего разговора по душам. И сейчас мне вдруг показалось, что он поддерживает беседу не просто так. В чем дело?

– Сойдет, – кивнула я. – Закрыла сессию, исправно хожу на пары и впитываю, как губка, новые знания.

Слава слушал меня и кивал, явно из вежливости, – особого интереса к моей успеваемости он не испытывал. Когда я закончила фразу, Слава задал вопрос, который его на самом деле волновал:

– Тебе не кажется, что с Дианой происходит что-то странное?

Я растерялась.

– Странное? С мамой? Что ты имеешь в виду?

В последнее время, впрочем как и обычно, мама пропадала на съемках, и мы практически не общались. Уже сложно припомнить, когда мы проводили время вместе, ведь Диана всегда чем-то занята. Славе виднее, случилось ли у мамы что-то неординарное.

– Диана будто чего-то боится, – понизив голос, сказал Слава.

– Наверное, волнуется из-за премьеры, – предположила я.

Постаралась припомнить что-то странное в поведении мамы, но при мне она вела себя обычно и ничего не боялась.

– Это не первая ее премьера в жизни, – покачал головой Слава, – здесь что-то другое.

– Да, но роль-то неоднозначная. Мама впервые играет отрицательного персонажа. Еще и убийцу… Неясно, как примут этот проект фанаты.

– Думаешь? – засомневался Слава.

– Уверена, – поспешила я успокоить маминого агента. – Дома она ведет себя обыкновенно, поэтому, скорее всего, ее волнения точно связаны с этим проектом. Еще и в театре работы навалилось, тебе ли не знать. Сейчас отгремит премьера, пройдут первые показы, выйдут рецензии критиков, и мама снова станет собой. На некоторое время.

– Хорошо бы… А то впереди еще один важный проект.

– А что за проект? – заинтересовалась я.

Мама мне об этом ничего не говорила, хотя обычно рассказывала обо всех предложениях.

– Ты не в курсе? – искренне удивился Слава, и почему-то его взгляд снова показался мне напуганным.

– Ну-у как видишь… – Я развела руками. – Это что-то серьезное?

– За такую роль другие актрисы могли бы голову Диане отгрызть, – серьезно произнес Слава.

– А что за роль-то?..

Слава смерил меня каким-то загадочным взглядом и неуверенно произнес:

– Если Диана сама тебе не рассказала, то, видимо, еще не время.

Странный разговор и таинственная роль поселили во мне легкую тревогу. В этот момент распахнулись двери кинозала и мы вместе с толпой направились внутрь. Теперь моя недавняя тревога перешла в страшное волнение за маму. Сейчас она со всей командой поднимется на сцену и произнесет речь. Я знала, что мама не стушуется и, как это часто бывает, затмит всех. Зрители будут смотреть только на нее, ведь мама всегда притягивает к себе внимание. В этом ее женская магия. Вот уже несколько лет мама попадает в рейтинги самых красивых женщин нашей страны и не сходит с обложек глянцевых журналов. И нет ничего удивительного в том, что Слава влюбился в маму, хотя и был намного моложе. Я всегда очень гордилась мамой, и мне хотелось, чтобы и Леон увидел ее на сцене, а затем и на экране. Уверена, его восхитят ее легкость, красота, талант… Быть может, тогда он и на меня посмотрит другими глазами? Все-таки мы так похожи…

Мила, Ника и Пашка уже заняли свои места, а вот Артемьева в зале я не замечала. Я села в свое кресло и с тоской оглядела пустующее место по соседству.

Глава вторая

Леон появился в зале, когда режиссер, продюсеры и весь актерский состав уже под громкие аплодисменты стояли на сцене. Сел рядом, и я вновь почувствовала его ненавязчивый парфюм. В эту минуту я все еще злилась на Артемьева, но этот свежий запах в воспоминаниях перемешался с мартовским ветром, врывающимся в приоткрытую форточку, и меня охватила радость. Может, это весна так действует, но парня захотелось тут же простить. А когда в зале погасили свет, Леон снова как бы невзначай коснулся моей руки, и у меня перехватило в груди. Пока Артемьев внимательно смотрел на сцену, я пыталась разобраться, как он относится к Кате Благовой. Когда молодая актриса неловко пошутила, в зале рассмеялись, но Леон даже не улыбнулся, и это меня обрадовало. Правда, и над моими шутками он ни разу не смеялся. Когда взяла слово мама, Артемьев не отводил взгляда от сцены. Мне всегда приятно, когда моей мамой восхищаются, а сейчас стало особенно радостно. Снова захотелось, чтобы Леон увидел в моей маме меня. Конечно, мы не похожи как две капли воды. Несмотря на то что у нас светлые волосы и голубые глаза, внешность мамы мне кажется изящнее и благороднее. Нос у мамы прямой и заостренный, у меня же – небольшой и немного курносый, картошкой, как у папы. А еще я носила густую челку, из-за которой выглядела младше своих лет, но мне она нравилась.

После приветственного слова режиссера и главных актеров в зале снова раздались дружные аплодисменты. Когда на экране появились вступительные титры, меня снова охватило сильное волнение, будто я впервые смотрела фильм с мамой. Украдкой я глянула на профиль Леона, и в полутьме он показался мне еще красивее. Конечно, Артемьев не мог не заметить, как я на него периодически пялюсь, и парню мое внимание явно льстило. Он не повернул головы, но я видела, как его губы тронула едва заметная ухмылка, и тогда я, не сдержавшись, тоже широко улыбнулась. За девятнадцать лет я впервые решилась проявить симпатию к парню. И раз уж меня так зацепило, нужно действовать. Лучше попробовать и пожалеть, чем не пробовать вообще.

Вдруг я почувствовала, что Леон придвинулся ближе. Набравшись смелости, я положила голову ему на плечо и так, затаив дыхание, просидела оставшуюся часть показа. Я даже не догадывалась, что влюбленность и первые прикосновения могут приносить такие эмоции. Враз накатывают, словно снежный ком, и нежность, и радость, и волнение… Весь показ я прислушивалась к своим ощущениям и наслаждалась ими, еще не подозревая, какое меня вскоре ждет разочарование.

Мне не стоило терять бдительность. Леон высвободился из моих робких объятий еще до того, как зажгли свет. Когда зрители потянулись к выходу из кинозала в фойе, где всех ожидал фуршет, меня перехватила Мила.

– А Леон где? – спросила она.

Я только растерянно пожала плечами.

– Ну вы ведь сидели вместе?

Я вспомнила, как весь просмотр сидела с Артемьевым в обнимку, и лишь смущенно кивнула.

Тогда Мила заулыбалась.

– Понятненько. Ладно, может, ему в туалет приспичило! А ты не видела Никиту Миллера? Мы с Никой хотели его поближе разглядеть. И, если повезет, познакомиться!

Никиту Миллера я не видела, да и не была знакома с ним, поэтому Мила сразу же потеряла ко мне интерес. Не скажу, что сильно расстроилась: искренности в нашем общении явно мало. Милу тут же подхватила под руку Ника, и они вдвоем быстро слились с толпой. Я вышла из зала позже остальных и огляделась. Ни моих одногруппников, ни мамы, ни даже Славы не увидела. По фойе помимо гостей бродили журналисты с микрофонами и их верные операторы, а я снова не знала, куда приткнуться. В отличие от мамы, внимания к своей скромной персоне я не любила и старалась держаться от камер подальше. Общаться мне здесь определенно не с кем. У меня даже появилась идея отыскать Славу и продолжить беседу о новой маминой роли, из-за которой у нее могли возникнуть неприятности… Нужно обратить внимание на поведение родительницы. Может, с ней и в самом деле творятся странные вещи? Почему мама не рассказала о новом предложении, хотя обычно охотно говорит о своих ролях? Если бы мы виделись чаще, то я наверняка могла бы заметить то, о чем говорил Слава. Пусть мама и первоклассная актриса, но я ее отлично знаю и вижу насквозь, когда что-то случается. Последнее время мама пропадает на съемках или в театре, а меня так загрузили в универе, что я света белого не вижу…