Я сюда не вернусь. Страница 4

— Лина, что случилось? — спросила мама.

— Стёпка… — всхлипнула я и подняла руку вверх.

Вихрастая голова брата медленно входила в плечи — он был похож на маленького испуганного воробышка.

— Это не я, — оправдывался он.

Мать схватила Стёпку за руку и резко стянула со стула. Дальше я уже почти ничего не помню. Скорее всего в углу он стоял долго. А мне обработали ладошку мазью и мягко забинтовали.

Мама всегда говорила, что мне нужно было родиться мальчиком, а брату наоборот. Я росла бойкой, активной и дерзкой девчонкой, Стёпка же был спокойным, умел подолгу играть с конструктором сам с собой и робел в компании других детей.

Конечно же, в силу нашей небольшой разницы в возрасте, мы очень часто дрались. Я вообще не ощущала его старшим, скорее ровесником, хотя была девочкой и меньше ростом. Когда мама принесла нам первую яркую книжку, мы тотчас же подрались за право обладания ею и разорвали её пополам. Мама, вздохнув, снова ушла в магазин и купила уже две одинаковые книжки. С того времени нам всё приобреталось в двойном количестве.

Период жизни, который прошёл у бабушки, я помню плохо. Сохранились в памяти лишь некоторые моменты. Например, как мы катали друг друга с братом в игрушечном самосвале по длинному коридору, и машина с громким звуком стукалась о двери кладовки или ванны, и родители ругали нас за это.

Ещё вспоминаю свой любимый детский садик, в который я с удовольствием ходила вместе со Стёпкой, в разные группы. Его часто обижали мальчишки, так как он был тихим ребёнком. Я же сразу давала сдачи и даже сама часто бывала инициатором драки, веря в свою справедливость.

Однажды мама привела меня в сад с утра пораньше, в группе почти никого не было: только я, Машка и Андрей. Они почему-то повздорили, и я сразу стала защищать свою подружку. Крупный по сравнению со мной мальчик заехал мне в нос кулаком, я же в ответ разодрала ему щёку, как пирату.

Когда пришла воспитательница, которая вышла из группы буквально на пять минут, она обомлела. На щеке Андрюши красовалась глубокая, ярко-красная царапина от глаза до подбородка. Мальчик жалко всхлипывал, а я потом до обеда стояла в углу, насупившись и обиженно хмурясь. Прощение у него я так и не попросила, поэтому смеющаяся воспитательница отпустила меня на волю, сказав, что характер у меня очень упрямый.

Я вспоминаю этот детский сад с нежностью. Там были замечательные воспитатели. Мы всегда занимались чем-нибудь интересным, играли в разные игры в группе и на свежем воздухе. Нас там вкусно кормили, не считая, конечно, ненавистной мне манной каши. И там я чувствовала себя любимицей всех.

Больше всего я обожала, когда меня с сада забирал папа: он был моим любимым голубоглазым богом с весёлой улыбкой. Помню, как летом мы шли с ним за руку, возвращаясь домой. По дороге заходили в магазин, где отец мне всегда покупал стаканчик моего любимого персикового сока с мякотью, который продавался в огромных стеклянных колбах на разлив. И казалось, что ещё нужно для счастья?

Однажды, когда мы только успели пообедать в группе и нужно было укладываться на нелюбимый всеми послеобеденный сон, во входную дверь постучались. Мы, весёлая и смешливая малышня, стали громко кричать:

— Кто там?!

Воспитательница отогнала нас и открыла дверь. И тут я увидела своего любимого папку, который смотрел на мои счастливые и удивлённые глаза и хохотал.

— Это мой папа! — вопила я всем. — Это мой папа за мной пришёл!

А когда отец уезжал в длинные командировки, я ждала его, долго смотря в окно на крыши пятиэтажек с нашего девятого этажа, и бесконечно пытала маму:

— А папа где? Где папа, где?

Мама, отвечая по сто раз на мои одни и те же вопросы, начинала злиться:

— Где? Где? В «баланде!»

— Мама, а где «баланда»? — упорно допрашивала я. — И когда оттуда возвратиться мой папа?

И вот наступал день, когда мама объявляла о его приезде, тогда мы со Стёпкой были очень возбуждённые и радостные. День тянулся бесконечно. Наступал тёмный поздний вечер.

— Спать пора! — ругалась мама.

— Нет! Мы не хотим спать, мы папу ждём! — говорили мы и начинали хныкать.

А затем раздавался резкий звонок в дверь, и мы бежали со всех ног. И входил отец, радостный, смеющийся, хватал нас в охапку и мы визжали от удовольствия. А потом он дарил нам подарки: куклу, машинки, юлу и кучу всего интересного. Однажды он даже приехал с игрушечным автоматом на шее, похожим на настоящий и стал громко стрелять! Мы хохотали, как ненормальные.

Иногда я думаю, почему же потом у нас так изменились отношения с отцом? Кто был в этом виноват? Может, на это повлиял наш возраст, тяжёлые времена или его разочарование в жизни? И куда же он делся, мой самый лучший папа на свете?

Глава 5. Секрет от родителей.

Стёпка сегодня со мной поделился очень большим секретом. Мы храним его в тайне от родителей. Они всё равно не поймут и как всегда всё испортят.

С братом мы очень дружны в последнее время. Раньше дрались как кошка с собакой и постоянно ругались. Было даже такое, что я в него ножик воткнула. Не специально! А в состоянии аффекта. Вывел меня страшно! Я даже не помню, как я это сделала. Как будто мозг у меня отключился.

Ела я спокойно мамин борщ на кухне, а Стёпка пришёл меня доводить. Называл всякими словами и ногами махал перед лицом. Рядом лежал хлебный ножик с красненькой рукояткой. Помню, что закипела я жутко! А потом р-р-раз — я резко выставила нож перед его ступнёй и попала в пятку. Брат выпучил глаза, на пол закапала кровь. Прибежала мама и стала кричать. Дальше аптечка, бинт, лекарства.

«Сам виноват! — мстительно подумала я, — будет теперь знать, как обзываться».

Но теперь-то мы уже взрослые, поумнели… Мне семнадцать, а ему уже давно восемнадцать. Скорей бы тоже стать совершеннолетней, как он.

В общем, секрет заключается в следующем. Стёпку ужасно достало жить в нищете, надоело видеть, как шикуют другие. Опостылело чувствовать себя человеком третьего сорта, смотреть, когда твои ровесники ходят в новеньких шмотках, кушают разносолы и ни в чём себе не отказывают. Трудиться физически, как наши родители, он не хочет. Стёпка говорит: «Так кроме горба ничего не заработаешь». Оно и понятно, я и сама это вижу. Сколько мама не берёт подработок, жизнь от этого лучше не становится.

И в голове у брата закрутилась идея, как быстро и много получить. Короче… Он собирается идти на дело ночью в большой магазин с разными товарами. Больше всего его интересует отдел с ювелирными изделиями. Когда всё получится, он обещал подарить мне кучу украшений и поделиться деньгами. После такого мы точно заживём!

Я, конечно, сначала безумно испугалась, оторопела даже. Если вдруг не выгорит, по головке за это не погладят. Но мне так хочется получить золотые украшения, у меня их никогда не было. Иногда правда мама даёт мне свою тонюсенькую золотую цепочку с маленьким колокольчиком, но только когда мы вместе с родителями идём в гости. А одной мне ходить в золоте не разрешает, сорвут ещё…

Помню, когда нам было со Стёпкой лет семь-восемь и нас совсем недавно окрестили, мы с гордостью носили блестящие золотистые крестики из дешёвого металла на белой ниточке. Однажды мы бежали с братом в магазин и к нам подошли большие мальчишки, стали приставать. А потом сорвали у Стёпы крестик и быстро убежали. Как же он после этого ревел… Мама тогда сказала, что мальчишки подумали, что он золотой.

Всё должно получится, на другое мы и не рассчитываем! У брата есть чёткий продуманный план. Парень он у нас мозговитый, его и в школе хвалили. Хромало только поведение, и лень мешала. Он всегда умел красиво рисовать. Да и заучивал всё легко и быстро. Только вскоре ему наскучили школьные уроки и поэтому девятый класс он закончил на одни тройки. А после школы сразу поступил в училище на электрика и закончил его этим же летом.

На дело брат пойдёт со своим другом Антохой. Приятель этот младше брата года на два. Но парень, что надо, проверенный временем и ситуациями. У него пьющие горе-родители, поэтому их с сестрой воспитывает бабушка. Хорошо хоть, она адекватная и добрая. Но с деньгами у них тоже не просто, на пенсию особо не разживёшься, поэтому Тоха с радостью поддержал эту идею.