Медоед 8 (СИ). Страница 43

— Погоди соединять. Ответь сначала мне на простой вопрос. У нас все ликвидаторы эвакуировались? — снова спросил я.

— Нет, не все, люди ещё едут. Из 123-х, 38 человек получило команду и находятся вне больших городов с отелями, время эвакуации — от 4 часов до суток.

— Хорошо, разошли приказ аналитикам-кураторам докладывать о сложностях в ходе эвакуации, требующих силового вмешательства ОЗЛ, — приказал я.

— Сделано, — произнёс ИИ в ответ.

— А теперь свяжи с Филином.

И в наушнике пошли гудки вызова а потом трубку взяли.

— Не доброе утро тебе, Четвёртый, прости, Медоед! Ты теперь как Баста у нас, Нагано и Нинтэндо одновременно: мало того, что сверхпопулярен, так ещё и столько имён, — начал Филин.

— И тебе привет. Вопросик у меня к тебе как кадровику: у нас по штату 510 ликвидаторов на всю Россию, а работает 123. Вопрос: а где остальные 387?

— Ну как где? Один на повышение пошёл, теперь контролёр у нас, трое в декретном отпуске, шестнадцать ранено и проходят лечение, восемь под следствием… А в чём вопрос Слава? — спросил меня Филин.

— Филин, какая сложность укомплектовать остальные должности? — начал я с претензии.

— Всё укомплектовано у нас, прислать тебе ведомости, которые мы в Москву высылаем? — удивил меня он.

— Как это укомплектовано, я же вижу, что нет людей? — снова спросил я.

— Слушай Слав и запоминай пожалуйста, и в следующий раз ты с этим вопросом уже к Дяде Мише иди. Сейчас тебе святая святых открою, меня тут как раз уполномочили тебя информировать, сверху. То что ты видишь это то, собственно, почему у нас с Советом ОЗЛ и были проблемы. Раньше ликвидаторы были вне штата и за ликвидацию получали баснословные деньги, но ведь эти деньги откуда-то выделялись? И никто не спрашивал, откуда. А когда ликвидатору было нужно оборудование, ему его привозили без проблем. Это же не вызывало у тебе подозрений? — спросил он вкрадчиво, словно это было лишь началом истории.

— Я думал, такова наша структура, — произнёс я.

— Всё так. Я как бы сам всего не знаю, но деньги по штату продолжают выделяться на 510 ликвидаторов и на 510 кураторов ликвидатора, теперь они аналитики, кстати. Зачем и куда они идут? Я расскажу тебе. Если мы с тобой покажем, что не можем укомплектовать штатную численность, а у нас запросы более чем серьёзные, то у нас эти должности просто отберут. Поэтому они у нас укомплектованы. Просто раньше за счёт мёртвых душ ты хоть и работал за троих, но и получал нормально. И да это звучит как коррупция, но на самом деле это управляемая госсхема целью которой не личное обогощение. Смотри: наш условный враг ещё с 90-х получил линии контроля над нами и видит, куда уходят денежные потоки в России, а программа ОЗЛ — это по сути система внутренней службы. Заметь, не внешней, а внутренней.

— Я ничего не понимаю. Давай как для детей, если тебя уполномочили.

— Как для детей… Смотри деньги выделяются на ОЗЛ, но идут на те нужды государства, которые не должен отследить враг. Западная пропаганда не зря качает тему коррупции в России, потому что коррупция — это способ накопить ресурс для противодействия внешнему врагу. Можно и купить то чего у нас нет, и Тим это доказал, когда в Россию бомбу привёз из Пакистана. Они в Совете думали, что борются с коррупцией, что ликвидаторов не должны заваливать деньгами, что вас надо в штат, а Дядю Мишу судить за растраты и отмывание денег. Вот только у Дяди Миши, кроме особняка в Томске, ничего нет: домик за 15 миллионов, и машина за 5, и капец. Так вот, введя ликвидаторов в штат, они резко сократили возможность нашего инструмента, но мы на то и инструмент, чтобы работать на благо Родины.

— Я всё ещё не понимаю: ты говоришь, что всё легально у нас, когда деньги куда-то платятся, а люди не работают?

— Чтобы поддержать какое-нибудь внешнеполитическое действие за счёт свободных денег, мы должны их откуда-то взять. Как США, мы не можем через USAID оранжевые революции по всему миру делать, но противостоять им мы должны. Ты спросишь: откуда?

— Спрошу, но, кажется, я уже понял, — ответил я.

— Государство должно у себя эти деньги «украсть», чтобы поддержать какое-нибудь пророссийское правительство в Африке, например.

— А программа «Вернувшиеся» тут каким боком? — спросил я.

— Давай на аллегориях. Когда нефть добывают, получают нефть, газ и воду. «Вернувшиеся» — это способ смотреть в будущее и прошлое и влиять на настоящее и на наше будущее.

— Как влиять? — спросил я.

— Ну, например, появляется психопат, который считает, что в 2126-м случится ядерная война. Мы его изучаем и приходим к выводам, из-за чего, а потом в настоящем влияем на мир так, чтобы этой войны не было. Ну или она была в нашу пользу. А ликвидаторы — это программа реабилитации людей, которые являются специалистами в своей отрасли и подпадают под программу «Вернувшиеся». По сути, если говорить в аллегориях о добыче нефти: мировое будущее — это нефть, а ликвидаторы — газ или вода.

— Понял. Мне что делать со штатом, у меня некомплект? — попытался я его вернуть на малую землю из геополитики.

— Комплектовать комплект, мы как кадровый аппарат тебе в этом поможем, — ответил Филин.

— Так вы уже не справились с задачей? Как вы мне поможете? — упрекнул я Филина, хотя он в должности немногим дольше меня.

— Мы не — не справились, мы просто не совсем кадры. Мы глубинные аналитики программы «Вернувшиеся».

— Кто тогда кадры ОЗЛ? — спросил я.

— Ты. Я. Мы все. Ты находишь бойца — кандидата в ликвидаторы, мы идём навстречу и так и быть его принимаем в штат.

— Получается, борьба с преступностью — это ширма для добывания ресурса на геополитическую борьбу? — спросил я.

— Вот ты 90-е помнишь?

— Ну помню, — ответил я.

— ОЗЛ служит тому, чтобы в России не было 90-х, чтобы США и Европа не втянули нас в очередную войну, особенно на своей территории, с какой-нибудь прокси-силой. Ты недавно в должности, и то, чем ты занимался как ликвидатор — важно, но не так важно, как превентивное купирование кризиса 90-х, например. Не веришь мне — сходи психопатов послушай, тех, что не забрали из дурок: про радиацию, про заминированные сотни тысяч километров, про дроны над Россией, достающие до Урала. А хочешь совсем жести, спроси про русско-китайскую войну 2045…

— Это какой-то бред. Филин, ты зачем мне всё это говоришь? — не понял я.

— У тебя твоя майорская душа кипит от того, что у тебя личный состав рассекретили и частные лица начинают твоих людей гнобить. А я тебе говорю, что у нас с тобой одинаковая по весу должность и мной командовать не получится, просто потому что задачи у нас разные хоть и цели одни. А в части соприкосновения — давай, я всегда тебе навстречу пойду. Ищи людей, комплектуй себе штат.

— Программа «Эхо» в США — это что тогда? — спросил я.

— Это они нас скопировали, не поняв суть. Они думают, что мы добываем «газ» и «воду», а мы качаем «нефть».

— Понял. Вопросов к тебе, Филин, я больше не имею. — произнёс я.

— Приятно было поболтать. И это — магний с глицином пей, ты какой-то нервный. — на прощание произнёс Филин.

«А был нормальный офицер, пока на должность не встал». — мелькнуло у меня.

А разговор прервался, оставляя меня в задумчивости. В ОЗЛ есть другая, более важная функция, чем устранение внутренних мудил, поэтому комплектацией ликвидаторов никто не занимался, а если занимался, то спустя рукава. А организация отелей, видимо, так прижилась всем в Совете, потому что с помощью них можно было взять у самих себя деньги и направить их на благо Родины, да так, чтобы Запад не узнал. Интересно, сколько отелей по документам построено, но по факту так и не запустилось? И я озвучил этот вопрос Тиммейту.

— А как я это отслежу? — спросил в ответ Тиммейт. — Если у нас всё якобы укомплектованно. Хотя погоди, можно по отзывам ликвидаторов, за них же никто не напишет, что они выехали или приехали. Поэтому из липовых отелей мы просто не получим инфы. В общем, отчёт о липовых отелях будет через 24 часа.