Главный подонок Академии (СИ). Страница 2

Это лучше, чем жить с какой-нибудь богачкой, дочерью миллионеров.

Лина — одна из нас, из отбросов. Удивительно, что Филипп ее знает.

— Заселилась. Ну и? — складываю руки на груди.

— Лина — моя подруга, поэтому и тебе поясню по-приятельски: гранты, как выдают, так и отзывают, — он затягивается. — Намёк ясен?

— Белорецкий ваш — позер, у него нет таких полномочий.

— Хм, не хочется тебя расстраивать, но есть. Лучше найди себе кружок попроще, что ли… Дебатеры являются лицом Академии и отстаивают ее честь на соревнованиях с другими вузами, а ты выглядишь, мягко говоря, нестандартно.

Заламываю пальцы от несправедливости происходящего.

— Интеллект внешностью не определяется.

— Я предупредил, — говорит он, растирая окурок о край урны. — Чтобы я не видел тебя сегодня на отборе.

— У меня тоже есть совет для тебя, — слышу собственный голос, когда он собирается уходить. — Поговори с отцом. Сегодня же.

— С чего это? — по его лицу пробегает волна возмущения. — Ты даже не в курсе, есть ли у меня отец.

— А не нужно было меня касаться, — изображаю сладкую улыбочку. — В твоем поле есть и отец, и мать, только вот по-отдельности… Возможно, такой разговор тебя ждёт?

Его взгляд мрачнеет, а мышцы челюсти натягиваются так, что лицо вот-вот перекосит.

— Иди-ка ты отсюда, болезная, пока я не отправил тебя к духам, что нашептывают тебе эту дичь, — кидает он уже через плечо и скрывается в актовом зале.

Раздраженно втягиваю воздух, пропитанный сырой листвой. Черта с два я упущу этот шанс!

Верчу кольцо на пальце, продумывая, как проникнуть на сцену незамеченной.

— Эй, дешевка, отстойный прикид, — доносится со стороны.

— Как и твое лицо, придурок! — отвечаю автоматически.

Это Эрик, полноватый брюнет, что задирает меня с первого учебного дня. До элиты ему далеко, но к мажорам третьего эшелона он вроде причислен.

— Сядешь на него? — он раздвигает пальцы и лижет воздух между ними. — Скажи, Сафина, у тебя в промежности тоже пирсинг? Или только на морду навесила?

Вместо ответа показываю придурку средний палец и спешу назад в общагу.

В отличие от широты его кости, картина мира у Эрика — узкая, и он никак не может принять мою неформальную внешность.

Я ношу окрашенные напополам волосы: справа — платиновый блонд, слева — воронье крыло. У меня проколот нос и бровь, а руки украшены россыпью мелких татуировок. Я называю это свободой самовыражения, а Эрик считает это призывом к издевательствам.

Мой непринужденный имидж вкупе с неоновым свитшотом, короткой юбкой и колготками в сетку действуют на него, как красная тряпка на быка.

Впрочем, большинство особей мужского пола воспринимают меня скорее как опасность, нежели как девушку. Мне же лучше. Никогда не мечтала привлекать слабаков.

Вот тебе и Альдемар — самая старая и престижная Академия страны, в которой воспитывают будущих политиков, дипломатов и больших бизнесменов.

Нравы здесь отвратительные. Богатенькие детки считают, что имеют больше привилегий, чем простые трудолюбивые ребята, поступившие сюда на грант или по социальной программе для малоимущих.

Здесь нельзя расслабляться и верить в искренность улыбок.

И возглавляет всю эту дискриминацию по социальному признаку именно Белорецкий Илай. Он даже окрестил всех нас одним прозвищем. Отбросы.

Унизительно, не так ли?

Ничего, пусть развлекается.

Золотой мальчик еще не догадывается, какой у меня уровень ай-кью и как я раскатаю его в первом же дебатном турнире.

Но сначала — в общагу. Мне нужно переодеться и вернуться в бой.

Мои прекрасные читатели!

Вы попали в книжный сериал в атмосфере старого университета, полного тщеславия, интриг, разбитых сердец и молодежной страсти. Предвкушаю самую безбашенную историю с Илаем и Ренатой. Забирайте ребят в библиотеку и поддержите новинку звездочкой.

Добро пожаловать на первый курс в Академию Альдемар.

Ваша Тори.

2. Пусть

Рената Сафина

В комнате никого не оказывается, что неудивительно, поскольку сегодня вечером в Академии состоится бал приветствия первокурсников. Скорее всего будет жуткая нудятина с заумными речами ректора, поэтому я пас.

И, судя по витающему в комнате аромату ванильных духов, моя соседка Лина уже собралась. Она как приведение, ей-богу.

Нахожу в своей половине шкафа один из безразмерных худи в фирменном темно-бордовом цвете Академии, натягиваю капюшон и затягиваю его шнурки, чтобы скрыть волосы.

Нащупываю широкие спортивные штаны и надеваю их прямо поверх юбки, лишь бы меня не узнали хотя бы в первые секунды, когда я проникну в зал.

А дальше? А дальше я планирую поразить публику своим красноречием!

Наверняка, на отборе будут присутствовать и преподаватели? Ректор ведь не идиот, чтобы доверить мальчишке полное руководство таким важным факультативом.

Смотрюсь в зеркало, оценивая придурковатые огоньки в глазах.

«Только не совершай глупостей, доча!» — зная мой нрав, завещала моя добрая мама, отправляя меня получать высшее образование.

Никаких глупостей, мам. Только движение к цели.

Им придется меня выслушать!

Проникнуть в зал в мешковатом прикиде оказывается легко. Я смешиваюсь с толпой девушек и парней, которые пришли попытать счастье на милость Белорецкого.

Втекаю в актовый зал вместе с остальными и даже умудряюсь пройти за кулисы. Занимаю место среди молодняка, что толпится за красными бархатными шторами.

Первым к микрофону выходит высокий шатен в очках:

— Тема моего выступления звучит «Каждый экономический спад — это экзамен на зрелость общества», — произносит он мягким голосом.

С этого момента отбор начинается.

Затаив дыхание, я ловлю каждое слово выступающего. Нужно отдать должное, вещает он довольно профессионально.

Как только шатен замолкает, я слышу голос Илая:

— Неплохо.

— Благодарю, — лицо парня загорается надеждой.

— Неплохо для монолога в курилке, а это дебаты, — припечатывает Белорецкий. — Мысли у тебя прыгают, аргументация нулевая.

— Понял, — не спорит шатен. — Структуры не хватило?

— И её тоже. Раздели речь на блоки: причины спада, реакции общества и выводы, — не задумываясь комментирует Белорецкий. — И потом, ты говоришь о зрелости общества, но не даешь этому понятию определения. Каковы критерии?

— Я… я не подумал об этом, — мнётся парень.

— Неудивительно, — выдыхает заносчивый гад и продолжает разбор.

Слушаю его голос, доносящийся из колонок, и меня охватывает неприятное осознание — Белорецкий умён.

Вот же паскудство!

Гораздо комфортнее было считать его заносчивым глупцом с привилегиями от папочки-ректора, но увы, его высокомерие обусловлено еще и наличием интеллекта.

— Я всё понял, — кивает парень.

— Исправь и выходи выступать в конце очереди, — Илай позволяюще взмахивает пальцем.

— Спасибо огромное! — паренек чуть ли ни кланяется и несется за сцену, а его место у стойки занимает рыжая девушка.

Уф! Если каждый из претендентов настолько красноречив, то мне сложно будет выделиться.

С трудом дожидаюсь окончания ее речи и решаю действовать быстро.

Отталкиваю плечом замешкавшегося студента, нарушая порядок очереди отбора, и выбегаю к деревянной кафедре.

Проглатываю взбесившийся пульс и заставляю себя шагать. И на этот раз — сразу к микрофону.

Скидываю капюшон, кладу руки по обе стороны стойки и обвожу публику решительным взглядом.

И да — ректор все-таки идиот, поскольку в зале нет ни одного преподавателя!

При моем появлении бровь Илая изгибается, и, готова поклясться, в его безжизненных зрачках мелькает проблеск удивления.

Схлестываемся в молчаливой зрительной схватке. В его глазах — сплошной лед, в моих же — геенна огненная.

Он ведь не думает, что я отведу взгляд, как делают многие, не выдерживая его дрянной энергетики?