Хозяйка старого поместья, или Развод с генералом-драконом (СИ). Страница 23

— Шесть месяцев — слишком маленький срок. — Асгард стиснул челюсти. — Тем, кто заставил тебя родить раньше срока — не жить. Обещаю, Лилиана.

Асгард чудовищно злился. Его глаза были заполнены чёрной бездной. Он ведь почувствовал, что это его сын? Скажи же, Данкан, теперь ты веришь мне, что я родила твоего ребёнка⁈

— Тебя нужно переложить на чистую постель и убедиться, что кровотечение остановлено. Давай, Цветочек, пошевелимся, — проговорил он в ответ на мольбу в моих глазах.

Асгард взялся за чистые простыни и помог мне перебраться на сухое, затем подал чистую сорочку и взял на руки ребёнка, пока я переодевалась. Потом вернул малыша мне.

Я не выпускала крошечного младенца из рук, моля всех богов мира сохранить его жизнь. Крошка слабо дышал и ни на что не реагировал. Вся надежда только на целителя. Он ведь скоро будет? Пожалуйста, пусть он приедет поскорее!

— Леди Элеонора, оставьте нас, — попросил Асгард, мрачно поглядев на чужестранку.

Леди Элеонора понимающе кивнула и удалилась. Данкан сел рядом со мной на постель и пристально поглядел на ребёнка.

— Ты родила моего сына, — произнёс он хрипло, поглядев мне в глаза.

Голос генерала замогильный. Страшный. Как будто вот-вот наступит конец света.

Асгард почувствовал своим драконьим чутьём, что это наш сын! Это же хорошо! Но почему же он не рад? Может, потому что я ему не нужна? Он же хотел выкинуть меня, и беременность его ребёнком тут ничего не поменяет…

Я не нужна ему.

А если он захочет забрать малыша⁈

Дыхание перехватило от страха, и я крепче обняла крошечного младенца.

— Ты не поедешь в поместье, Цветочек, я передумал делать тебя управляющей, — опасно прищурился Асгард. — Как оправишься от родов, отправишься в монастырь и будешь жить под строгой охраной, и не спорь, — генерал непреклонно помотал головой. — Я должен ехать к королю, Лилиана, впереди война. Угроз слишком много. Поняла меня? Ты должна меня слушаться.

Асгард взял меня за подбородок, ожидая ответа.

— Что будет с сыном? — прошептала я, напрягая руки, держащие младенца.

Меня волновал лишь один вопрос: что он собирается делать с моим ребёнком⁈

— Если выживет — будет с тобой, становиться монахиней тебя не заставлю, будешь растить сына. Или ты думаешь, я отберу его? — Асгард приподнял бровь. — У меня нет груди, чтобы его выкормить, ему нужна мать, успокойся.

Спасибо и на том.

Я выдержала тяжёлый взгляд генерала. Зверя больше не было. Со мной снова говорил человек. Чудовищно злой, расчётливый и жестокий.

— Ответь, что ты поняла меня, Лилиана, — потребовал Асгард.

— Я поняла, — произнесла я, отдёрнув подбородок из тисков его стальных пальцев.

Жестокий, бесчеловечный ублюдок! Он вообще способен любить⁈ Мне кажется, он не рад даже рождению собственного сына!

Слёзы горячими ручьями покатились по щекам.

Время тянулось медленно, я не оставляла попыток покормить малыша. Гладила его и целовала. Но он как будто спал. Я слушала его дыхание и вглядывалась в личико, не в силах наглядеться.

Как я его назову? Я ведь даже имя ему не придумала. Полагала, отец должен дать имя сыну.

Асгард всё это время сидел рядом на постели, как цепной пёс. Холодный и мрачный. На ребёнка почти не глядел. Лишь изредка я ловила его любопытный взгляд. Но он тут же пресекал в себе любопытство.

Целитель прибыл через час. Наконец-то!

Это был седой магистр с длинной редкой бородкой. Он часто бывал в монастыре и лечил детей, вознаграждение ему платил сам Асгард.

Целитель деловито прошёл в комнату — сразу ко мне с ребёнком.

— Спасите его прошу! — прошептала я потрескавшимися губами.

Магистр долго молчал и хмурился, ощупывая головку младенца. Я знала — изучает ауру.

Асгард отошёл от нас и задумчиво уставился в окно, будто состояние ребёнка его не волновало.

Лицо целителя помрачнело, и он отрицательно покачал головой:

— Младенец родился сильно раньше срока, жизненных сил недостаточно. Он угасает, ему остались считанные часы.

— Может быть, можно перелить ему жизненных сил! Возьмите мои! — воскликнула я.

— Это дракон. Ему может помочь только его отец, — магистр плотно сжал губы, покосившись на генерала Асгарда. — Но переливание жизненных сил очень сильно ослабит тело и магию дающего. Очень сильно! Возможно, уйдут годы на восстановление. На пороге войны никто из воинов-драконов на такое согласится.

Асгард услышал разговор и приблизился.

37

— Я готов, — произнёс Данкан, поглядев на меня и на младенца. — Сделайте, что нужно, магистр.

— Лорд Асгард, я должен предупредить, вы окажетесь весьма ослаблены. Ваше состояние будет, как после тяжёлой болезни. Вы такими тяжёлыми болезнями никогда не болели, вы же дракон!

— Начинайте готовиться! Почему я должен повторять⁈

Седой магистр поклонился и проковылял к саквояжу, который привёз с собой. Загремел артефактами, в поисках подходящего.

— Вам следует снять рубашку, лорд. Ребёнка тоже следует распеленать, — проговорил целитель.

Асгард решительно расстегнул пуговицы на вороте и стянул сорочку через голову, слегка растрепав пепельные волосы. Я в это время раскрыла кулёк и поглядела на сына — крошечный неподвижный комочек.

Грудь сжималась от страха за него.

— Что дальше⁈ — потребовал Асгард.

Магистр отыскал вытянутый кристалл с неровными гранями, закованный в золотое обрамление, и повернулся к нам:

— Вам следует взять ребёнка на руки, ваша светлость, и прижать к груди как можно плотнее.

Генерал наклонился к сыну, и наши взгляды встретились. Передо мной был не зверь, а человек. То самое чудовище, что вышвырнуло меня на улицу. Я очень боялась довериться ему, мои пальцы дрожали, но Данкан обхватил мои ладони своими. В его взгляде читалась уверенность. «Не бойся, — как будто говорил он. — Ради сына я сверну горы. Отдам всё, что у меня есть».

И ещё в его глазах был надрыв. Жуткая боль, осколкам рвущая ему сердце. Я почувствовала, что за малыша он действительно способен отдать жизнь и позволила ему взять ребёнка на руки.

Данкан прижал голенького сына к широкой груди, покрытой порослью тёмных волос. Магистр приблизился и жестом попросил генерала склонить голову, чтобы он мог надеть цепочку с артефактом.

Коснувшись кожи Асгарда, кристалл засветился нежным зелёным свечением, словно молодая трава, полная жизни.

— Нужно, чтобы камень касался вас обоих, — проговорил целитель, размещая артефакт в щёлочке между телами отца и сына.

Господи, какой же малыш маленький. На фоне огромного генерала он казался вовсе кукольным, ненастоящим ребёнком, а какой-то игрушкой — и сердце моё сжималось от боли, страха, трепета и робкой надежды.

Только бы сын выжил.

Магистр начал читать заклинание. Длинный полу-песенный текст звучал, как молитва. Я повторяла слова про себя.

Уверена, Асгард тоже.

Я без стеснения рассматривала полуобнажённое тело дракона. У нас родился ребёнок, но я даже не видела мужа прежде без одежды. В брачную ночь Данкан был в длинной сорочке, как и я. В нашу последнюю «встречу» он даже не снимал мундира. У Данкана были литые мышцы и чёткий глубокий рельеф, совершенно идеальный и мощный, словно его тело выточили из мрамора лучшие мастера. Однако всё тело генерала покрывали шрамы. Некоторые были совсем свежие, с красными зазубринами. Другие — старые, уже побелевшие рубцы. И это при том, что у всех драконов хорошая регенерация — через какую же бойню он прошёл?

Магистр продолжал ритуал. Время тянулось медленно. Данкан с мрачнейшим видом прижимал к себе ребёнка, не сводя с него глаз. Малыш по-прежнему не шевелился, и моя душа рвалась на части. Тело начало потряхивать от напряжения.

Когда же что-нибудь прояснится?

— Гу-гу-а, — пролепетал сын и потянул ручки вверх, хватая в кулачки волоски на груди отца.

Комнату наполнил тоненький едва слышный лепет. Голос нашего сына!