Когда шепот зовет бурю (СИ). Страница 37

От неожиданного вопля бронзового ворона в голове слегка прояснилось. Я лихорадочно подыскивал способ вытащить Велинара Канта из весьма опасной ситуации — да и себя вместе с ним, — буквально подсказывая ему правильные ответы. Как учительница школьнику.

Меньше всего мне нужны внезапные нудные выяснения, кто сколько украл и почему не поделился.

Кант оказался достаточно умен, чтобы понять, в какую неприятную дыру он провалился на ровном месте, но ему не хватало опыта ответа у доски, чтобы просто повторить сказанное мной. Он лихорадочно стрельнул глазами по сторонам, то ли ища путь к бегству, то ли в поисках подсказок. Наконец он прокашлялся и сказал:

— Мой герцог, я…

Он поднял на меня взгляд.

— Я просто не успел ещё рассказать все трофеи, взятые нами.

Я тяжело вздохнул. Сомнительная отмазка. Придется его всё же демонстративно наказать. Не так чтобы сильно — чтобы инициатива не была наказуема. Выставлю это так, будто это награда. И ушлю его подальше, чтобы он не мозолил тут всем глаза, напоминая, что меня можно обворовывать втихую.

— И теперь, когда у вас есть средства, сеньор Велинар, я ожидаю, что вы немедленно отправитесь в Селларе, чтобы исполнить данное слово, — подсказал я ему.

В этот раз он думал меньше и с облегчением согласился.

— Да, мой герцог. Поверьте, вы не ошиблись, доверившись мне. Каждый дукат будет вложен в дерево и сталь. Я сделаю вас герцогом моря!

Он вскинулся. Красивые слова.

— Ложь! — зазвенела крыльями проклятая птица.

В зале кто-то резко втянул воздух. Несколько человек почти одновременно повернули головы к Канту. Даже те, кто ещё минуту назад ухмылялся, вдруг стали серьёзными. Слишком многие уже знали, чем заканчиваются такие сцены.

Краем глаза я видел, что узоры магических чар на птице снова налились сиянием, но не придал этому значения.

Очень зря.

Бронза напиталась магией и повторила магический трюк спустя какое-то время. С паропушками было то же самое: они не могли стрелять подряд, должно было пройти какое-то время между выстрелами. И с каждым разом это время увеличивалось.

Я протянул руку и начал ковырять перо, чтобы разомкнуть руны активации. Получилось не сразу. Я чувствовал на себе десятки взглядов, но не отвлекался, пока не закончил.

Когда я выпрямился, тишина в зале стала настолько плотной, что люди уже за рукояти мечей схватились. Чтобы начать её резать, не иначе.

Впрочем, благодаря этой паузе, когда я снова обратился к Канту, мой ответ был готов.

— Никогда не обещайте того, сеньор Велинар, что не сможете исполнить. Вы снарядите корабли. Вы сделаете всё, чтобы торговые пути от устья реки Во и как минимум до самого Таэна стали как можно более безопасными. Далее вы отправитесь к островам на юге, чтобы основать там укреплённый порт. Чтобы мы однажды в будущем смогли оспорить у Отвина его единоличное владение морской торговлей. Вы слышали? Вы согласны послужить делу процветания Караэна и его людей?

Всё же я сегодня не в форме. Хотел ввернуть красивость напоследок — и ляпнул херню из своего мира.

Какое дело Велинару Канту, из семьи Кант, чьи владения у городка Вириин, до Караэна? Какое вообще дело до Караэна любому человеку, если только это не горожанин Караэна или один из жителей его предместий? И уж тем более всем и каждому насрать на благополучие других людей.

Я настороженно глянул на лица присутствующих, почти так же, как Велинар Кант совсем недавно.

К моему удивлению, на этих интеллигентных, но жестоких лицах не проступило особого удивления. Возможно, им было слегка не до того. Боялись, как бы я не начал трясти всех.

Только Дукат задумчиво нахмурился.

Внезапно рядом раздался голос Зартана. Учитывая то, что он стоял у самого трона, это было, пусть и с натяжкой, в границах приличий — вроде как советник.

— Как благородный всадник принимает на себя обязательства по защите и благополучию людей, что живут на его земле и отдают часть плодов своего труда, так и герцог вынужден думать о благополучии всех людей. И раз вы приняли на себя обязательства служить ему, Велинар Кант, значит и вам следует поступать так же. Повторяйте за мной. Я, Велинар Кант, принимаю обет проложить путь к Южным Берегам для герцогства Караэн.

Велинар подумал. Потом, явно, подумал ещё раз.

Это хорошая привычка — думать перед тем, как говоришь. Думать долго — признак ума.

Потому он склонил голову и повторил за Зартаном.

— Или умру, пытаясь, — добавил я.

— Или умру, пытаясь, — повторил он дрогнувшим голосом.

Зартан выразительно уставился на бронзовую птицу.

Как и все остальные.

Я тоже.

Она посверкивала магией, но цепь активации была разомкнута, потому ворон молчал.

— Встаньте, Велинар Кант, рыцарь обета, — велел я.

Я и сам встал. Пора было заканчивать «заседание». Маделар, впрочем как и Роннель с Вираком, были этим очень недовольны, но, видимо, решили, что сейчас не самый удобный момент для разрешения их спора.

Я велел Адреану следовать за мной и поднялся в донжон, в покои семьи Инобал.

Вернее, в бывшие покои семьи Инобал.

Местные слуги с бледными от ужаса лицами провели меня до палат хозяев замка. Меня. Я уже привык, что пою поступь сопровождает топот десятков ног и лязг доспехов. Ну и еще постоянный гул голосов и громкий хохот людей, привыкших ярко и явно заявлять о своем появлении. Створки были сплошь покрыты изящно выкованными серебряными украшениями. Скорее всего стальное усиление толстого дерева, просто замаскировано под декор и покрыто серебром для красоты. Снаружи покоев всё довольно узнаваемо: узкие лестницы, огромные толстые двери, ведущие в небольшой коридорчик с крутой лестницей перед вторыми, основными дверями. Почти как дома.

Однако, в отличие от, как я теперь начинаю понимать, аскетизма Итвис, внутри тут было поуютнее. Стены то ли отделаны, то ли просто сложены из белого камня. Тонкие и изящные арочные проёмы поддерживают куполообразные, изукрашенные потолки. Из-за этого комнаты были заметно больше, чем те, к которым я привык в каменных замках, и полны укромных местечек из-за леса колонн.

Множество резной мебели, какие-то вазы, статуи. И, кажется, бронзовая ванна. Либо у него тут просто замысловато украшенная скульптурная бронзовая бочка, чтобы коней поить. На полу деревянный брус, пока ещё не до конца эволюционировавший в паркет. Но обработанный и выложенный с настоящим гением, так что выглядит как произведение искусства.

У Инобалов было под рукой не менее сотни тысяч данников работавших на их земле, два крупных торговых города государственной, если не мировой значимости, сотни замков в вассальных владениях — и всё это позволило ему окружить себя удобствами не хуже, чем у сносно зарабатывающего человека из моего мира. Хотя, конечно, квадратных метров у него несравнимо больше. И потолки повыше.

Адреан брякнулся на одно колено.

Я поморщился.

Паркет ведь поцарапает.

— Выйти всем! — прошипел я.

Пришлось немного подождать, пока мои щитоносцы яростно вытолкают за дверь Зартана и приблудившихся слуг, вежливо подождут, пока выйдут Дукат, Гирен и остальные рыцари, и закроют за собой створки.

И только после этого я поднял Адреана и обнял. Он не сдержался, с силой притиснулся ко мне и всхлипнул.

Оставалось надеяться, что лязг доспехов за дверью сочтут за драку.

Теперь я больше не спешил. Вокула любил говорить, что в политике почти всегда самое верное решение — подождать. Да, я подвесил весьма важный вопрос.

Пусть пошумят. Помаринуются. Вокула подобрал бы более точные слова, но суть я понимаю и без них, на интуитивном уровне рождённого Итвис. Пусть делят добычу, спорят, строят планы и пытаются понять, что теперь будет. Чем больше они себе на придумывают, тем спокойнее потом примут моё решение.

Если хотя бы себе честно сказать, я и сам нуждался в некоторой паузе для раздумий.

Замок Инобал оказался не такой твердыней, как Горящий Пик или Бурелом, как я себе представлял. Он был куда лучше построен, лучше укреплён и, пожалуй, вполне мог бы выдержать долгую осаду даже несмотря на мои пушки.