Не продавайся 2 (СИ). Страница 35

Глава 17

Когда мы закончили покраску кроватей, я свистнул своих пацанов.

— Слушаем сюда, — начал я, когда все собрались. — Времени у нас мало.

Игорь сразу подобрался.

— Что у неё?

— Деньги, — ответил я. — Либо уже у неё, либо вот-вот будут. Под них всё подготовлено. Койки, сарай, вся эта бодяга с ремонтом. Держать бабки долго она не станет. Если её снаружи шевелят, понесёт быстро.

Шкет даже губу прикусил от интереса.

— Сегодня?

— Очень может быть, что сегодня, — сказал я. — Поэтому ушами не хлопаем. Зину надо брать.

Очкарик поправил очки на переносице и тихо уточнил:

— Прямо с деньгами в руках?

— Да, — подтвердил я.

Игорь кивнул, всё поняв сразу.

— Я с тобой.

— Я так-то тоже, — вставил Копыто.

Остальные пацаны тотчас подтвердили, что тоже в теме. Свинтить никто даже не пытался. Я объяснил пацанам, что сегодня задача абсолютно каждого присутствующего — пасти Зину. Мы должны знать каждый её шаг. На эту встречу заведующей с человеком из-за забора я делал ставку. Не сработает: пиши — пропало.

— Главное, — продолжил я. — Сейчас её не спугнуть. Иначе она состорожничает и уйдёт в глухую оборону. Или, чего хуже, предупредит этого мужика снаружи. Потом ищи ветра в поле. Так что сегодня работаем тихо. Пока я сам не скажу, держим рты на замке.

Клёпа кашлянул в кулак.

— А вдруг у неё бабки будут в лифчике?

Я повернулся к нему.

— Тогда, Клёпа, это уже будет её отдельная беда, — подмигнул я. — Твоя задача — не фантазировать, а то ты нам весь расклад попутаешь.

Шкет прыснул со смеху, но сразу заткнулся, потому что я на него посмотрел.

— Всё, хорош, — сказал я.

В этот момент из открытого окна корпуса грохнуло ведром и тотчас разнёсся визгливый голос Зинаиды — кому-то из девчонок опять влетало за мокрую тряпку, брошенную у батареи.

Я поднял голову, прислушался и уже по одному тону понял: Зина дёрганая. Внутри у неё всё ходило ходуном. Тут главное — не лезть под руку и не дать ей почувствовать, что вокруг уже стягивается верёвка.

— Значит так, ходим своим обычным маршрутом. Никаких сборищ по углам. Для всех мы обычные пацаны со своими заморочками.

— Начинаем прямо сейчас? — уточнил Игорёк.

— Уже начали, — подтвердил я.

Шкет сорвался первым и исчез за лестничным пролётом. Клёпа пошёл в сторону столовой. Очкарик двинулся вдоль стены. Остальные пацаны тоже разошлись без лишних вопросов.

Примерно через час в детдом привезли деньги. Зина что-то рассказывала сотруднику, размахивала руками и выдавливала из себя улыбки. Я хорошо знал заведующую и видел, что улыбку она именно выдавливала. Забрав деньги, Зина мелькнула в главный корпус — к себе в кабинет.

Затем время потянулось чертовски медленно. Я держал себя в узде и лишний раз к Зине не совался. Стоило мне начать топтаться у неё в поле зрения чаще обычного — и вся работа полетела бы к чёрту. А этого я допустить не мог.

Мне нужен был ход. Сам момент. Чтобы потом уже никто не рассказывал сказки про койки, сарай и заботу о хозяйстве.

Я стоял у окна в конце коридора и делал вид, что смотрю во двор. Игорь крутился неподалёку, лениво пинал носком ботинка отвалившийся кусок штукатурки и тоже держал уши востро. На дворе серело, возле крыльца торчала банка с краской, выставленная для вида. Ветер дёргал бельевую верёвку, и пустые прищепки стучали друг о друга, как костяшки.

— Долго что-то, — пробормотал Игорь, проходя рядом с открытым окном и не глядя на меня.

— Ждёт, пока двор подуспокоится, — ответил я.

Он сплюнул в щель между рамами и покосился вниз.

— Думаешь, сегодня вынесет?

— Думаю, тянуть не станет.

Игорь хмыкнул и снова поплёлся по двору, пиная штукатурку.

Шкет появился так, как и должен был появиться Шкет: быстро, почти из стены, как чёртов Копперфильд. Он выскочил из-за лестницы, скользнул вдоль подоконников и встал рядом со мной. Дышал он часто, и по его глазам, в которых плескался азарт, мне сразу стало понятно — есть контакт.

— Походу, началось, — Шкет сглотнул и заговорил, стараясь выдать всё по порядку. — Сначала к себе в кабинет зашла. Посидела там чуть-чуть. Потом вышла уже одетая по-уличному, будто уходить собралась.

Платок поправила, кофту застегнула, сумку взяла. Я сперва думал, показалось, потом ещё раз глянул — при ней что-то есть. Сумка под пальто, кажись…

Игорь увидел Шкета и тоже подошёл к окну.

— Куда пошла?

— Вниз, через чёрную лестницу, — ответил Шкет. — Башкой крутит, по сторонам смотрит и топает быстро.

Игорь усмехнулся уголками губ.

— Ну всё. Поплыла тётя.

Буквально в эту же минуту я увидел Зину: она шла вдоль корпуса, как и говорил Шкет, торопливо и оглядываясь. И она действительно несла сумку под одеждой, то и дело её поправляя.

— Клёпа, если чё, внизу у входа крутится, — шепнул Шкет. — Я ему ничего пока не светил, но если чё, он быстро пацанов дёрнет.

— Пусть крутится. В первый ряд он мне сейчас не нужен. Да и пацаны тоже пока ни к чему, — ответил я.

— Пошли, — сказал я пацанам.

Зина всё так же шла вдоль корпуса к воротам.

— Давай чуть правее, — шепнул я. — Срежем угол, только спокойно.

Через ворота заведующая не собиралась выходить. Пошла дальше вдоль забора. Мы взяли её на проходе между сараем и забором, где тропинка уходила к чёрной калитке и где уже не было лишних глаз. Слева тянулась серая стена хозблока с облупленной известкой, справа темнел горелый корпус сарая, который мы так и не успели покрасить.

Я вышел ей навстречу первым и встал поперёк тропы. Игорь сместился правее, перекрыл сторону к сараю. Шкет мелькнул у калитки и застыл там, будто случайно оказался рядом. Зина вздрогнула сразу, хоть и попыталась это спрятать. Рука у неё потянулась к животу, где и была спрятана сумка с бабками. На её лице в одну секунду скользнул страх, который быстро сменился её привычной защитной реакцией — злостью.

Я посмотрел на её руку, прижимающую сумку с деньгами.

— Показывай.

Зина моргнула и тут же вскинулась:

— Ты совсем сдурел? Ты чего мне тут дорогу перегородил?

— Сумку показывай, — повторил я.

Зина поджала губы, вздёрнула подбородок и, похоже, выдала заранее приготовленную речь.

— Это по делу. Для детдома. Я как раз иду насчёт ремонта договариваться. Ты думаешь, тут всё само сделается? Койки покрасили — и всё? Вы тут все только языками чесать умеете!

Я стоял и слушал. Перебивать её сейчас смысла не было. Зина разогналась ещё сильнее.

— Деньги детдомовские, — быстро продолжила она. — Я их не себе тащу, если до твоей дурной головы вдруг не дошло. Надо заранее людям показать, договориться, кто возьмётся. Сейчас время такое: сегодня не отдал — завтра тебя уже послали. Везде надо шевелиться. Ты про это хоть что-то понимаешь?

Игорь рядом хмыкнул, но промолчал. Шкет у калитки даже не шевельнулся. Я дал ей ещё пару секунд, чтобы она сама поглубже влезла в эту яму, которую сама же себе и вырывала.

— Я просто подумал, раз деньги серьёзные, негоже женщине одной с ними по темноте ходить, — я развёл руками. — Мы с ребятами вас проводим, Зинаида Игоревна.

— Не надо меня провожать… ну то есть я, конечно, благодарна тебе, Дёмин, но это, право, лишнее, — Зина попыталась сменить тактику.

— Я настаиваю, — ответил я. — Да и вы сами говорите, что исполнители бывают недобропорядочные. А когда с вами пара крепких ребят, то и разговор будет другой.

— Не надо меня провожать… — прошептала Зина.

Я прекрасно понимал почему — там под забором её ждал тот самый мужик. И заведующая совсем не хотела нас знакомить.

Я сунул руку за пазуху, достал сложенный лист и развернул его так, чтобы Зина увидела.

Зина увидела сразу. Лицо у неё вытянулось, взгляд приклеился к бумаге.

— Отлично, — сказал я. — Вы, кажется, ведомость забыли, Зинаида Игоревна?

— Забыла, давай сюда.