Попаданка с приветом, или Дети, заберите вашу мать! (СИ). Страница 19

Он ответил не сразу.

– Да, – наконец сказал супруг. – И боюсь… это началось задолго до того дня.

По спине снова пробежал холод.

– Значит, это не Селинда?

– Нет, – жестко ответил Киллиан. – Она – лишь пешка. Злая, завистливая… но пешка.

Он отстранился и посмотрел мне прямо в глаза.

– И, если кто-то действительно охотится за тобой, – тихо добавил мужчина, – значит, ты гораздо важнее, чем сама думаешь.

Я кивнула ему, но больше ничего не сказала.

Мы шли молча – рядом, почти плечом к плечу. Киллиан не отпускал мою руку, и это прикосновение одновременно успокаивало и пугало. Слишком легко было поверить, что я имею на него право. Слишком страшно вспомнить, что это не так.

Экипаж тронулся мягко, почти бесшумно. За окном проплывали улицы города – чужие и уже немного знакомые. Камень мостовой, башни, витражи, вывески лавок… Все это было не моим миром. И я – не отсюда. Не отсюда, не отсюда, не отсюда…

Если он узнает…

Я украдкой посмотрела на Киллиана. Он сидел напротив, задумчивый, напряженный, будто внутри него все еще бесновалась та самая буря из кабинета. Его пальцы были сжаты в кулак, а взгляд устремлен в пустоту. Он защищал меня. Рисковал ради меня. Ради женщины, которой я не была.

Арабелла бы знала, что делать. А я?

Все внутри меня сжалось.

Если правда выйдет наружу, он увидит во мне обманщицу. Самозванку. Ту, что заняла чужое тело, чужое место, чужую жизнь. Даже если я не просила об этом. Даже если не хотела этого.

Он не простит.

Эта мысль причиняла боль, была липкой и холодной, как тень, что смотрела на меня в зале Совета. Я снова почувствовала тот взгляд. Казалось, будто кто-то следил не только за телом, но и за тайной, которую я носила в себе.

В голове набатом гремели мысли: «Если они узнают… если Совет узнает… если Киллиан узнает…»

Я сильнее сжала пальцы, стараясь не выдать дрожь. Но Киллиан все равно это заметил.

– Замерзла? – тихо спросил он, наклоняясь ко мне.

Я покачала головой.

– Просто устала, – уклончиво ответила я.

Он не стал настаивать. Лишь придвинулся ближе и накинул мне на плечи свой плащ. От этого жеста во рту стало горько.

Не привязывайся. Не смей! Он не твой.

Экипаж качнулся на повороте. Я закрыла глаза, сделала глубокий вдох и прикусила губу.

Пока я молчу – все в порядке.

Пока я Арабелла – Киллиан рядом.

Пока правда внутри – она только моя.

Но кто знает, сколько еще я смогу скрывать свое иномирское происхождение.

Глава 14

Экипаж мягко остановился у ворот поместья Уиллард. Лошади фыркнули, возница спрыгнул первым, открывая дверцу. Киллиан вышел сразу, подал мне руку привычным, отточенным жестом. Я приняла помощь, чувствуя, как в груди снова что-то сжимается. Вместе мы вошли в дом, который встретил нас тишиной.

Киллиан чуть задержался в холле, бросил короткое распоряжение слуге и ушел в сторону кабинета, явно намереваясь заняться защитой дома и магическими контурами. Я осталась одна.

Ну, почти.

Стоило двери за мужем закрыться, как из моего кармана раздалось сдавленное, но чрезвычайно эмоциональное:

– Ты это видела?! Нет, ты это слышала?! – возмущенно зашипел Грошик. – Совет, кристалл, эта белобрысая змея… Я думал, меня там инфаркт хватит! Я ж не железный. Мое золотое сердце чуть не разорвалось от волнения.

– Тише ты! – шикнула на него я, поднимаясь по лестнице. – Потом поговорим.

Митрофановна уже с нетерпением ждала нас. Вернее, делала вид, что спокойно стоит в углу у двери моей спальни, но стоило мне переступить порог, как метла ожила, дернулась и почти подпрыгнула.

– Ну наконец-то! – зашипела она. – Я тут такого наслушалась, что у меня прутья дыбом!

Я закрыла дверь, прислонилась к ней спиной и только тогда выдохнула.

– А у вас как все прошло? – напряглась метла.

– Совет – сборище индюков в мантиях. Кристалл – скользкий тип, но честный, – выдал кошелек. – Киллиан молодец! Наш человек! Пусть он держит морду кирпичом, но за нашу Настю любому моргалы выколет.

Я прикусила губу, чтобы не расхохотаться.

– Не преувеличивай! – сказала я.

– Я преуменьшаю, – отмахнулся Грошик.

– Вот теперь моя очередь, – вмешалась Митрофановна и постучала древком по полу. – Пока вас не было, я тут народ послушала. Как общаются слуги, садовник с дворецким. Поговорила с одной вороной на ограде, та вообще кладезь информации, если знаешь, чем подкупить.

– И чем ты ее подкупила? – машинально спросила я.

– Чужими тайнами, – довольно хмыкнула метла. – Самая ходовая валюта.

Я напряглась.

– Мить… не тяни, – попросила я.

Метла вздохнула. Сделала многозначительную паузу.

– У Арабеллы с лоэром раньше все было… сложно. Не просто сложно, катастрофически несовместимо. Они часто ссорились, да так, что это слышала вся округа. Доходило до магических выбросов.

Да уж, не в первый раз прислуга обсуждает между собой скандалы господ.

– Он говорил, что Арабелла хотела расторгнуть брак, – тихо сказала я.

– Хотела, – подтвердила Митрофановна. – И не раз. А он… он не отпускал. Мне кажется, он делал это не из вредности. Он чего-то боялся и этим браком хотел защитить тебя, только делал это, как умел.

Митрофановна скрипнула прутьями.

– Говорили, что он заставил Арабеллу подметать дорожки в саду, – вспомнила я наш прошлый разговор.

– Не просто заставил, – фыркнула метла, – Он сказал, что ты ничего не умеешь без магии. Даже подметать нормально не способна. Что лоэра-драконица, не способная удержать брак, – это позор.

Грошик тихо выругался. Очень некультурно.

– Вот почему он так реагирует на меня с тобой, – медленно сказала я. – Он думает, что я… издеваюсь. Напоминаю ему о той ссоре.

– А ты и правда ходишь повсюду с метлой, – буркнул кошелек. – Символично, конечно, но опасно для нервной системы мужа.

Я опустилась на край кровати.

– Он не знает, что Митрофановна живая.

Я закрыла лицо ладонями, сдавливая виски.

– И хорошо, что не знает! – сказала метла.

Мы замолчали.

– Значит, – тихо проговорила я, – он любит Арабеллу. Но по-своему. Делает через страх, контроль и гнев. Хотела бы я знать, почему Арабелла хотела развода? Признаться, я даже думала, что между Киллианом и Селиндой что-то было, поэтому она так агрессивно ведет себя со мной. Не похоже на то, что лоэр Уиллард водит шашни на стороне. Но развода просила Арабелла. Почему?

Ответа не было.

Я сидела на кровати, сцепив пальцы, и смотрела в одну точку. Все, что рассказала Митрофановна, не укладывалось в голове.

– Значит… – медленно сказала я. – Он не просто злится из-за метлы. Для него это напоминание.

– Напоминание о том, как все пошло наперекосяк, – кивнула Митрофановна. – И о том, что он тогда наговорил лишнего.

– Лишнего? – фыркнул Грошик. – Да он там целый мешок лишнего вывалил, если верить слухам.

Я подняла на него взгляд.

– Что именно?

Кошелек поерзал на столике, будто выбирая, с какой стороны подойти.

– Он сказал, что ты для него обуза. Что брак был ошибкой. Что дракон без крыльев хотя бы знает свое место, а ты… – Грошик замялся. – А ты якобы забыла, кто ты есть.

Мне стало холодно.

– И после этого… было падение, – тихо добавила я.

Митрофановна скрипнула древком. Я судорожно вдохнула.

– Он думает, что я помню все это.

– Конечно, – буркнул Грошик. – А ты ходишь, улыбаешься, таскаешь с собой метлу, не боишься Совета, огрызаешься на Селинду… Он просто не понимает, что происходит.

Я закрыла лицо ладонями.

– Если он узнает, что я не Арабелла…

– То сначала будет шок, – спокойно сказала Митрофановна. – Потом злость. Потом страх.

– А потом? – почти шепотом спросила я.

Метла помолчала.

– А потом все будет зависеть от того, кого он уже успел полюбить.

– Но я ему уже говорила, что я не Арабелла, – мрачно вспомнила я, – только он мне не поверил.