Академия тайных даров. Преданная смерти (СИ). Страница 16

Ладно, ладно… Да, он умный и симпатичный, но не стоит развешивать лапшу по ушам, как советует моя мама. Она у меня, конечно, истеричная и стервозная, но далеко не глупая женщина. Это ведь она, по сути, весь бизнес нашей семьи в кулаке держит. Нет, понятно, что главный там папа, но скорее по технической части и всяким переговорам, но вот финансовый аспект, а также подковерная борьба за участки и выработки среди наших местных аристократов – это все на маме. И да, мамочка в ней обычно побеждает, идя по трупам тех, кто не успел увернуться. Ну, не в прямом смысле, конечно, по трупам, а фигурально выражаясь. Но на сто процентов я в этом не уверена, м-да…

В общем, мы с Маркусом реально друг другу можем быть полезны, и тогда сотрудничество у нас будет не из страха, а из общих интересов. Что намного лучше.

Что же касается девочек, то я не собиралась делиться с ними информацией про менталиста. Нет, если нам будет угрожать опасность, то скажу обязательно, но мои источники – это мои источники.

Ужин у нас был в восемь, а перед ним последняя лекция по теоретической некромантии. Да, шесть занятий в день по полтора часа каждое. Это без выходных, хочу заметить. И впервые за весь сегодняшний день, магистр последние полчаса дал нам на подготовку к следующему занятию, то есть на прочтение и осознание параграфа из учебника.

Раньше было не так, раньше у студентов было больше свободного времени и целый выходной день, в который занятий не было вообще. Сейчас же нам буквально не давали вздохнуть. После ужина следовало идти в общежитие и готовиться к занятиям там, а двери в одиннадцать вечера просто запирались, но и до этого, с того момента как стемнеет, учащихся отлавливали по кампусу и заставляли идти к себе. Хотя официально комендантский час был именно с одиннадцати.

Нет, для некоторых магов сбежать – не такая уже проблема, тем более что всегда можно выйти из окна первого этажа. Но, кстати, тут тоже интересно. Алина услышала и нам передала загадочный факт – в общежитиях, где жили парни, на первый этаж переселили старшекурсников. Хотя раньше все было не так – это были самые плохие комнаты и поэтому туда обычно селили первачков, так сказать.

То есть, поселили в комнаты, в которые можно пробраться с улицы, тех, кто может за себя постоять. Я могу это только так трактовать.

Во время ужина мы трещали о ничего не значащих вещах, опасаясь, что нас могут подслушать. Об этом мы еще утром договорились, что во-первых, ходим в столовую вместе, а во-вторых, не говорим там ни о чем важном.

Излишняя паранойя? Может быть, но я прямо загривком чувствовала, как несколько парней греют уши. И я не понимаю, что происходит, поэтому мне все это не нравится. А как, собственно, может нравиться, если за тобой беззастенчиво шпионят по совершенно непонятной причине?

Одно дело – бойкот, но это другое. Я прямо чувствовала, как спираль пока неясных событий закручивается вокруг нас. Очень драматично звучит, конечно! Но именно это я ощущала всей кожей.

Как бы до беды не дошло…

После еды мы решили прогуляться чуть-чуть, проветрить все же мозги, чтобы потом вернуться в общежитие и погрузиться в учебу. Мне лично очень хотелось разгадать тайну неподнятого скелета на практической некромантии, а заодно проверить себя на правильность собранного на подносе грызуна. Были, были у меня сомнения.

– Давайте, может, чайку? – этим вопросом Алина пресекла мои попытки скрыться в комнате, когда мы вернулись в общежитие.

Кстати, там меня ожидала Лиска в клетке. Впрочем, она не скучала, потому что умертвие скучать не может, да и она привыкла. Я ведь не везде таскала ее с собой, к тому же пару раз за сегодня я заскакивала сюда. Во-первых, проверить, все ли в порядке с живностью, а во-вторых, по естественным надобностям. Сюрприз! В учебных корпусах не было уборной для девочек. Нам обещали дать ключ от женского туалета для преподавателей – такой был один в каждом здании, но пока не дали.

Я положила на общий столик в гостиной свою добычу – пирожки с яблоком и с мясом. Правда, один я уже успела скормить ласке, чтобы не скучала и росла большая. Ладно, пусть она не растет и пироги ей не нужны, но она даже прутья не перегрызла, так что ей полагается вкусняшка за хорошее поведение. И да, на поддержание своего организма она тратит ресурсы, в частности, мои. Пусть и немного. Но почему бы их частично не компенсировать за счет белка из мяса?

Кипятильник доставать не стала, потому что Алина тут же прямо в чашках вскипятила воду, и по комнате поплыл вкусный аромат чая с бергамотом. Тут же на стол были выложены и другие припасы. К вечеру напекли еще ватрушек с творогом, которые захватила предусмотрительная соседка.

А вот Зои пришла на наши посиделки без ничего. Вообще, странная она. Видела же, что мы берем, но сама к линии раздачи второй раз не подошла. Постеснялась? Нет, я бы поняла, если еда была бы платная, а у нее не было денег, но ведь это не так!

– Ну и как вам сегодня было учиться? – спросила все та же неугомонная Алина.

– Нормально, только скучно ни с кем не разговаривать, – пожаловалась я.

– С тобой так никто и не заговорил? – я покачала головой. – Со мной тоже. А жаль, мальчики-то есть симпатичные.

– Не знаю, как тебя, но меня еще засунули в самую слабую группу.

– Меня тоже, – поморщилась Алина. – Но красота от мозгов не зависит.

– Это да, есть у нас пара симпатичных парней, но они такие тупы-ы-ые, – пожаловалась я.

И это было правдой. Тот любитель раскрывать рот на занятии, что сидел за мной, был очень даже ничего. Только не слишком умен и слишком простолюдин.

– А ты что скажешь, Зои?

– Ничего, – еле слышно ответила наша соседка. Вообще, она за все три приема пищи, что мы провели вместе, и пары предложений не сказала. Только слушала. – Все, как у вас. На меня никто не обращает внимания, но это даже хорошо.

– Хорошо? Почему это? – спросила Алина, метнув на меня быстрый взгляд.

– Никто не будет отвлекать от занятий. Я сюда приехала учиться. Только за этим.

– Ну, может, ты и права, – в сомнениях протянула соседка.

– Я пойду тогда. Надо заниматься. Только чаю возьму, – она подняла свою жестяную кружку, хотя мы предлагали ей попить из фарфоровых чашек. Мы с Алиной привезли по нормальному сервизу, причем, от одного и того же мастера. И обе на шесть персон – так совпало. Только у нее новый, этого года, а у меня старенький, зато любимый.

Зои действительно взяла только чай, не захватив даже одного пирожка, хотя у нас было три вида на выбор, и ушла в свою комнату.

– И что это было? – в пространство спросила я.

– Без понятия, – пожала плечами Алина.

– Странная она… – нет, ну ведь правда странная. Уж в первый-то вечер можно было посидеть и нормально познакомиться.

Я вчера думала, что она стесняется или тягостная обстановка на ужине ее подавила, но она ведь и сегодня такая. И что-то я уже не уверена, что это стеснение.

Поэтому, когда мы с Алиной обсудили последние новости и сплетни, и я пошла все же тоже заниматься, перво-наперво дала Лиске пару новых установок.

Первое, с завтрашнего дня она у меня на свободном выпасе – больше никаких клеток. Потому что если кто-то войдет в мою комнату я хочу не просто об этом знать, я хочу найти его по следам крови от укусов на лодыжках. Да, вот такая я кровожадная. Во-вторых, она должна следить за периметром. Сообщать, если кто-то войдет в гостиную не из нас троих или попытается войти в мою комнату.

Я бы еще хотела, чтобы она наблюдала за ситуацией за окном, ну вдруг что-то заметит подозрительное, но умертвия для этого, к сожалению, слишком тупые. Они не поймут, что значит подозрительное, только четкие команды – кусать, если открыли дверь, подать сигнал, если придет посторонний. Это все, на что они способны, что, впрочем, тоже немало.

Легла спать я поздно, потому что даже в первый день нам, по итогу, довольно много задали. По той же теоретической некромантии, например, к тому же помимо первого параграфа я еще полезла разбираться с тем, что мне помешало собрать костяную головоломку. Но в учебнике ничего не нашла.