Убить Бен Ладена (ЛП). Страница 30

У нас были строгие инструкции, что мы можем «одолжить» переводчика только на несколько дней и очень скоро должны будем отправить его обратно в Баграм. Каким-то непостижимым образом, как только мы достигли теней Тора-Бора, мы об этом приказе напрочь забыли.

Собрав вещи, мы вернулись в дом, чтобы попытаться согреться, пока будем ждать отъезда. Мы были слишком возбуждены, чтобы спать, поэтому просто сидели на картонных коробках, постукивали ногами по полу, разгоняя кровь, прижимались друг к другу, чтобы воспользоваться теплом тел друг друга, и скрещивали руки, чтобы не замерзнуть.

Берни, наш связист, который проверял свой портативный компьютер, крикнул с улюлюканьем.

— Эй, Делтон! Тебя только что повысили!

Оказывается, вышестоящий штаб в ПОБ занервничал, потому что я, старший по званию человек, представлявший оперативную группу на этой важной встрече с генералом Али, был всего лишь армейским майором. В конце концов, в американских вооруженных силах офицер в генеральском звании обычно не имеет дела с низшими по званию майорами, и то, что кто-то с таким низким званием проведет деликатную встречу на высоком уровне, может подсказать Восточному альянсу и его уважаемому командиру, что мы несерьезны.

Чтобы облегчить проблему, они разрешили мне для этой конкретной миссии замаскироваться под подполковника, как будто быть на одну ступеньку выше по иерархии имело значение.

Вот так, сидя в холодной-прехолодной комнате, я стал воображаемым подполковником Делтоном Фьюри: никакой церемонии продвижения по службе, никакой дополнительной оплаты, никаких фанфар, просто и полностью неофициально. На самом деле, единственное, что я получил в избытке, — это куча острот от товарищей вокруг меня.

Фальшивое повышение было совершенно ненужным. Фельдмаршал, подполковник, майор или рядовой Гомер Пайл^[64] не имели бы никакого значения для генерала Али, если только он не препятствовал бы притоку наличности и оружия из добрых старых Соединенных Штатов Америки.

На самом деле, если что-то и помогло бы мне произвести впечатление на генерала Али, так это более густая борода.

Но вскоре наши мысли вернулись к тому, что ждало нас впереди, и к неумолимому врагу, который контролировал коварную местность, где нам предстояло сражаться. Мы окажемся в меньшинстве, и аналитики разведки говорили, что наши новые афганские союзники не думают, что кто-то, включая нас, сможет победить в горах Тора-Бора боевиков «Аль-Каиды», которые были частью массового повстанческого движения, с которым уже столкнулась другая сверхдержава — Советский Союз, и которое победило его.

Айронхед, как всегда невозмутимый, произнес девиз эскадрона:

— Molon Labe!

Это был вызов, брошенный спартанским царем Леонидом в Фермопилах, когда персидский царь Ксеркс предложил спартанцам, которых он значительно превосходил числом, сдаться, если они просто бросят оружие. Дерзкий ответ означал: «Приди и возьми!»

5

Говорящие стволы

Добро пожаловать в отель Тора-Бора,

Какое прекрасное место,

Какая изумительная поездка,

В любое время года [вы найдете]

Много номеров в отеле Тора-Бора,

Но окажетесь здесь в опасности…

*Пародия на песню «Отель Калифорния» группы Eagles за авторством Джей Си *

На своих пикапах мы подъехали по разминированной полосе к зданию Объединенной оперативной группы по разведке, чтобы встретить сопровождение, которое должно было провести нас через заминированный периметр аэродрома, а затем сопроводить примерно на тридцать миль к югу, прежде чем передать нас другим людям на окраине Кабула.

То, что нас ожидало, оказалось припаркованным темным двухдверным седаном зловещего вида с парой мужиков, сидевших на передних сиденьях и закутанных в афганскую одежду. Я заглянул в окно водителя, чтобы убедиться, что мои глаза меня не обманывают.

Должно быть, это какая-то злая шутка. Мы не знали, кем должны были быть наши проводники, но я был потрясен, обнаружив там Дока и Судью. Должно быть, я все еще сплю и вижу странный сон, не иначе, потому что эти люди не могут быть нашими проводниками ни за что на свете.

Два бывших сотрудника управления отряда «Дельта» — один был начальником юридической службы Подразделения, а другой — его штатным психологом.

— Привет, Делтон, как дела? Рад тебя видеть. Готовы к поездке?

Оба офицера покинули Подразделение несколько месяцев назад, последовав вслед за бригадным генералом Гэри Херрелом на его новое место службы в СЕНТКОМ.

— Э-э, да, я тоже рад вас видеть, парни, — запнулся я, пытаясь скрыть свое удивление. Оба были хорошо известны в Подразделении и пользовались абсолютным доверием, но сейчас они были просто не похожи сами на себя, этот адвокат и психолог, внезапно появившиеся в своих афганских шмотках и в машине, здесь, в глуши, тогда как мы полагали, что они вернулись во Флориду. — Если вы готовы, то и мы тоже. Дайте мне одну из ваших раций и показывайте дорогу.

Мы выехали из ПОБ «Юкон» за несколько часов до рассвета. Кроме фар наших трех машин, только звезды давали хоть какой-то свет, и мрачная, непроглядная тьма окутывала землю. Вершины высоких гор на севере не были видны, но мы чувствовали их присутствие.

*

Пока я сидел верхом на своем дробовике в головной «Тойоте», сержант-майор Айронхед вел машину, а позади, в замыкающем пикапе, ехал Брайан вместе с Берни и Шэгом. Время, тянувшееся в той долгой поездке, позволило мне поближе рассмотреть человека, сидевшего за рулем. Я, тридцатисемилетний армейский майор, замаскированный под подполковника, ехал сквозь афганскую ночь рядом с человеком, который был одним из самых талантливых, надежных и опытных сержантов, когда-либо ходивших по коридорам комплекса зданий «Дельты».

Сержант-майор эскадрона, который уверенной походкой нес свое тело ростом на дюйм выше шести футов, был добродушным, начитанным, скромным и вежливым бывшим рейнджером, которого мы все любили и уважали. Сейчас ему было чуть за сорок, и он прослужил в качестве оператора «Дельты» пятнадцать лет. Играл он по установленным правилам — после того, как они проходили его тест на здравый смысл.

Айронхед любил бегать по высоким травянистым холмам, которые в пункте постоянной дислокации «Дельты» разделяли одно стрельбище от другого, потому что под его спокойным и вежливым поведением скрывался мазохистский демон дискомфорта. Никаких обтягивающих футболок и модных легких и дорогих кроссовок для этого парня! Нет, когда Айронхед выходил на пробежку из задней части здания, он не утруждал себя сменой ботинок, или летного комбинезона, или боевой униформы. Он заходил в расположение группы только для того, чтобы взять свой защитный шлем и надеть бронежилет, чтобы тяжелая пробежка стала еще тяжелее. Айронхед был гораздо более терпим к неудобствам, чем остальные из нас.

Его выбор прически был типичным для спецназовца — его коротко стриженная голова сейчас скрывалась под коричневой шерстяной шапкой. Это было практично. Контртеррористические операции в мирное время — это одно, но длинные волосы в бою не имели для него никакого смысла.

Несколько месяцев спустя, после операции в Тора-Бора, он решил вернуться к рейнджерам на должность главного сержант-майора батальона. В первые дни вторжения в Ирак он отправился в рейд, в место под названием дамба Хадита. После того, как он всего с ротой людей прошел пятикилометровый объект, бывший целью операции, некоторые из молодых рейнджеров спросили Айронхеда, когда к ним подойдут резервы.

— Послушайте, вы выполняете классическую боевую задачу рейнджеров, — с резкостью напомнил он им. — Вы находитесь глубоко в тылу врага, захватываете цель, которая слишком велика для удержания ротой людей, и вам говорят держаться, пока вас не сменят.

Это было все, что требовалось — рейнджеры издали боевой клич и вернулись к работе, несмотря на то, что на протяжении нескольких часов они подверглись нескольким артиллерийским обстрелам 155-мм снарядами.