Убить Бен Ладена (ЛП). Страница 28

Зная обо всех моментах, которые вряд ли увенчаются успехом или будут отклонены некоторыми более высокопоставленными руководителями, командир эскадрона Эшли, оперативный офицер Супер Ди и остальной личный состав приступили к работе по выявлению и определению вещей, которые могли бы заставить нашу миссию работать.

Последние снимки со спутников и с высоко летавших разведывательных самолетов позволили аналитикам оценить, что происходит в горах. Информация была упакована в слайд-шоу Power Point с цветовой кодировкой. Зимние температуры были холодными, горный хребет был окутан низкими и затяжными облаками, а в различных ущельях и перевалах скапливался глубокий снег.

Напрашивался четкий вывод о том, что эти жизненно важные проходы были настолько забиты, что «Аль-Каида» и Бен Ладен не могли покинуть горы в ближайшее время, а это означало, что им придется занять серьезную оборонительную позицию.

Эшли хотел сделать эти возможные пути выхода еще более опасными, сбросив на перевалы несколько бомб CBU-89 «Гатор».^[59] С помощью этих бомб можно было бы создать минные поля, которые одновременно лишили бы вражеских пехотинцев путей к отступлению, и выбили бы их транспортные средства, оставив врага в ловушке и формируя поле боя по нашему вкусу.

Но даже этот логичный запрос был отклонен на каком-то высоком уровне, скорее всего, более высоком, чем четырехзвездный генерал в СЕНТКОМе. Позже, после окончания боев, мы узнали, что в этом деле действительно был политический подтекст, потому что некоторые из наших союзников угрожали отказаться от участия в боевых действиях, если будут использованы авиационные системы минирования.

Многочисленные источники все еще утверждали, что Бен Ладен был в горах, и сообщали, что он все еще жив, хорошо защищен и постоянно передвигается верхом из пещеры в пещеру. Кроме того, мы узнали, что он пользовался широкой поддержкой среди местного населения.

В этом не было ничего удивительного. По крайней мере, с 1985 года он предоставлял рабочие места и возможности для ведения джихада многим жителям во время строительства траншей, бункеров и пещер, которые составляли горный редут. Либо его собратья-мусульмане в этом районе искренне верят в него, либо Бен Ладен просто купил их преданность. Это не означало, что все мусульмане поддерживают Бен Ладена или являются его врагами просто потому, что они явно не поддерживают или не враждуют с ним. Очень вероятно, что многие просто были слишком напуганы, чтобы наброситься на него.

Если не считать нескольких удачных разведывательных ходов, когда в афганских горах стояла зима и Бен Ладен мог ездить верхом, ни нам, операторам, ни нашим командирам заняться особо было нечем. Мы знали, что наша способность передвигаться по пересеченной местности на пикапах «Тойота» была ограничена, поэтому единственным оставшимся решением для нас было просто подняться в горы.

Последняя плохая новость заключалась в том, что наши силы быстрого реагирования первой линии, в конце концов, будут состоять не из американских рейнджеров, а из афганцев. Поначалу мы все переоценивали способности и готовность афганских «духов» вести войну, но в настоящее время мы собирались доверить им свои жизни. Мысль же о том, что «дух» может сделать это так же хорошо, как рейнджеры, была полной несбыточной мечтой.

Одним из ограничений была неспособность «духов» сражаться ночью, — недостаток, который первоначально списывался на то, что у них не было больших технических возможностей ночного видения. Вскоре мы узнали, что на самом деле «духи» не нуждались в оборудовании ночного видения — у них не было желания сражаться в темноте.

Это была точка трения, которая станет еще более угрожающей, когда начнется стрельба.

В течение следующих двух недель все складывалось очень интересно.

*

Основным предположением Бен Ладена, а также его личным желанием было то, что Соединенные Штаты введут огромное количество обычных войск, как в свое время это сделали Советы. Он полагал, что большое количество американцев столкнется с теми же проблемами, что и русские. По его мнению, все это давало его повстанцам еще одну возможность нанести крупномасштабные потери другой сверхдержаве. После того, как мы дали деру из Сомали, он должен был поверить, что интенсивные и дорогостоящие боевые действия могут вызвать у американцев и даже у всего мира протест, который приведет к выводу войск из Афганистана.

Конечно, пока мы планировали свои действия, сидя на промежуточной базе сосредоточения, детали оборонительных позиций «Аль-Каиды» оставались неизвестными. Спутниковые снимки хороши, но ясность и документальное подтверждение крепости «Аль-Каиды» появились только после того, как нога американского солдата ступил на афганскую землю.

*

Небольшая группа планировщиков оперативной группы, командиров и операторов «Дельты» собралась в ПБС в импровизированной зоне для совещаний. Стенами служили белые простыни из плотной ткани, и мы расселись на шатких стульях. Место, в котором завершалась такая важная миссия, выглядело довольно захиревшим.

На большой картонной коробке рядом с небольшим проектором стоял портативный компьютер, который проецировал на стене изображение слайда с черными буквами на нем: БОЕВАЯ ЗАДАЧА ЭСКАДРОНА «А», 2 ДЕК. 2001 Г.

Наша братская штурмовая группа продолжит охоту на муллу Омара на юге. Наши товарищи по Подразделению уже участвовали в том бою с самого начала и хорошо разбирались в тактике и организации талибов.

Тем временем бóльшая часть нашего Подразделения сосредоточится на Бен Ладене в восточном Афганистане. Насколько я помню, задача звучала примерно так: по приказу установить связь с оппозиционной группой Восточного альянса в окрестностях Джелалабада, Афганистан, чтобы облегчить уничтожение или захват Усамы Бен Ладена.

Это был довольно простой и прямой набор приказов. Встретьтесь и поприветствуйте местных афганских моджахедов, а затем найдите Бен Ладена, уничтожьте его или захватите его в плен.

Включение слова «захват» в постановку боевой задачи являлось стандартной практикой, потому что некоторые цели более ценны живыми, чем мертвыми. У них может быть ценная информация, которая может привести к кому-то выше по пищевой цепочке или раскрыть важную информацию, которая поможет сорвать запланированную террористическую акцию.

Дело в том, что решение «жить или умереть» не является для оператора «Дельты» сложным. Когда оператор входит в помещение, его первая задача — устранить все угрозы в отведенном ему секторе. Если там оказывается его противник, он сам определяет свою судьбу. Если он безоружен и не проявляет враждебных намерений, то он живет и относится в категорию захваченных.

«Дельта» не тратит время на разглядывание лица, а делает мгновенный снимок всего человека, прежде чем сосредоточиться на том, что имеет решающее значение, — на его руках. Если у цели есть оружие, — что ж, он мертвец с билетом в один конец и отправляется на мученичество с ручной кладью.

Усама Бен Ладен был другим. Проще говоря, он был более ценен, будучи мертвым. Нам было совершенно ясно, что захват террориста не является предпочтительным исходом. Президент уже подписал меморандум-уведомление, в котором разрешалось уничтожить вдохновителя террористов на месте.^[60]

Привлечение захваченного Бен Ладена к суду в Соединенных Штатах, несомненно, вызвало бы безумие в средствах массовой информации, которое сделало бы процесс над О. Джей Симпсоном похожим на кошачью драку между матерями в местном родительском комитете.^[61] Несомненно, в эту уродливую смесь будут втянуты и другие государства.

Грызть ногти при таком испытании заставляла мысль о нашем важнейшем союзнике, — саудовцах. Бен Ладен был уроженцем Саудовской Аравии и членом огромной, богатой и влиятельной семьи в этой стране. Крупный судебный процесс над Бен Ладеном в западном суде разоблачит и поставит в неловкое положение членов саудовской королевской семьи, наших двойных агентов в саудовской разведке и, возможно, поставит под угрозу весь режим.