Последняя из древнего рода (СИ). Страница 10

— Кто? — выразительно покрутил он по сторонам головой… и, никого не обнаружив, возмущённо на меня уставился: — Я? Я помочь? В мои то годы?

Да чтобы я так лихо по лесам бегала в его-то годы.

— А хотя, отчего и не помочь, — вдруг передумал Дарт, и только я решила, что зря о старике плохое подумала, как он добавил: — Помогу тебе добрым советом. Как росянки насобираешь, то и про златоцвет не забудь, штука полезная: основной ингредиент для всех заживляющих отваров и мазей. Раньше у нас несколько участков было под златоцвет выделено, он до колен не успевал вырасти, как сразу в дело шёл… у Гэррош такие контракты были с соседями на все эти зелья, что любо-дорого вспомнить.

— Это с какими соседями, с родом Даахт, что ли? — слушая Дарта, я руку в пустой мешочек засунула и, используя его, как перчатку, довольно ловко росянку срывала, словно всю жизнь этим занималась. — Чем же они таким опасным занимаются, что им столько восстанавливающих зелий нужно было?

— Даахт? Нет, не с ними, — мы с Дартом отлично обязанности разделили: я, значит, работала, а он болтал. Правда, болтал по делу, так что пусть. — Это торгаши, до бездны удачливые и умные, но всё же торгаши. Они ничего не производят, только покупают и продают. Южная граница их земель к Стремге прилагает, фактически река — это и есть граница. Даахт не дураки, быстро смекнули, что это золотое дно и причал построили, и переправу к эльфийским землям организовали. К ушастым теорсийский товар везут, от них — их диковинки… А у эльфов есть на что полюбоваться, и ткань зачарованная, её сразу наёмники разбирают, и украшения, такие тонкие и изящные, что и в руки взять страшно, того и гляди рассыплются от любого неловкого движения, а кувшины для вина… Элька, видела бы ты эти кувшины, прозрачные, словно слеза, а если на солнце вынести, то радужными искрами всё вокруг озаряют…

Допустим, и не такое видела, но всё равно заслушалась, уж больно Дарт красиво рассказывал.

— А ты чего это замерла, а? — грозно зашевелились его брови.

— Так слушаю же… — почему-то попыталась оправдаться, хотя и не должна была.

— Так, ты ушами слушай, а руками работай!

В самом деле, чего это я? Окинув взглядом приличную кучку росянки, которую успела нарвать, решила, что хватит, и к златоцвету переползла.

— Получается, род Даахт у нас тоже травы покупает и эльфам продаёт? У нас же тоже выход к реке есть, почему бы нам самим торговлю с ними не наладить? — то, что земли рода Гэррош имели небольшую заводь в своём распоряжении я точно знала.

— С одной стороны, оно так, — одобрительно кивнул Дарт, и я от счастья златоцвет аж с корнями выдрала, вот что правильная мотивация с людьми делает. — Оставь, корни тоже пригодятся. Так вот, с одной стороны, ты, вроде как и дело говоришь, но с другой, кораблей нет, толкового причала нет, и самое важное, на нашем участке Стремга мелкая, там особая оснастка должна быть, чтобы судно к берегу смогло подойти…

Ясно. Этот вариант отпадает. Слишком хлопотно и долго. Помимо всех озвученных Дартом причин, это ещё и команда нужна была, и мастера корабельного дела, и деньги, и я совершенно в этом ничего не понимала. А с наскока в такое дело не вникнешь, там столько мелочей и нюансов, которые просто так не узнаешь, пока не обожжёшься… если я даже жгучую росянку от златоцвета не могу отличить, то и туда пока лезть не буду.

— Подождите, дедушка Дарт, но ведь у эльфов своих дивных растений полно, наши-то травы им зачем? — я уже и златоцвет успела нарвать и как-то интуитивно дальше двинулась, какие-то мелкие белые цветочки принялась обрывать, на обычную ромашку похожие, только листики у них стреловидной формы были.

— Ай да умница! Какая запасливая глава рода у рода Гэррош, — восхитился Дарт, — эллурия как раз цветение заканчивает, ещё день-два и всё! Для молодого лорда из рода Даахт самое то для зелья будет! Всё же не прошли мои рассказы даром! Ох, чувствую добрые перемены нас ждут.

Ну, а как иначе? Только эти самые перемены, которые добрые, определённо для нас с Дартом наступят, а вот для остальных… вопрос ещё.

— Вернёмся к нашим эльфам, уважаемый Дарт.

— А чего к ним возвращаться? Сидят себе на том берегу Стремги, вот и пусть сидят… а то как появляются, сразу охи и ахи от всех девиц, хороши уж больно эти ушастые, даже уши их не портят. А мужики-то наши, как насмотрятся на эльфийских дев, так от местных красавиц нос воротить начинают, а те в слёзы.

Я расхохоталась. Просто не смогла сдержаться. Да и у Дарта такая решительность на лице написана была, что вздумай эльфу случайно забрести на наши земли, дедушка ему гостеприимную встречу посохом организует. Чтобы, значит, нашим девушкам и мужикам психику не травмировал своим прекрасным видом.

— Смейся-смейся, а вот как увидишь хоть одного эльфа, враз покой и сон потеряешь!

— Нет уж! Мне такого счастья и даром не надо! — улыбнулась я Дарту, всю свою законную добычу в сумку собрала, и даже руку старику подала, намекая, что кто-то засиделся и пора бы путь в Жемчужный продолжить. — Так уж и быть, оставим эльфов в покое. Вы мне лучше расскажите, кто у нас златоцвет в большом объёме покупал? Может, и сейчас получится договориться?

Глава 10

— Так, соседи наши, я же тебе сказал, Элька, — тяжело вздохнул Дарт на мою непонятливость, — но это давным-давно было. На дорогах, по которым обозы шли и воины латами сверкали, густая трава растёт, хорошая, между прочим, травка, если её высушить, а потом в жарком пламени при полном свете ночного светила сжечь, да слова нужные над пламенем прочесть, то зола эта опасной силой напитается, взрывоопасной такой силой.

— А далеко ли до этих дорог, где такая трава полезная растёт? — тут же загорелась я азартом заполучить такое чудо. — Я же правильно понимаю, что этот порошок в силах и дверь в щепки разнести, и каменную стену в крошку превратить?

— Ну, чтобы камень в крошку, это много золы понадобится… — задумчиво пожевал губами Дарт и в небо уставился, явно подсчитывая, какой объём порошка потребуется. — А тебе зачем, Элька, змеиный огонь понадобился?

Какое говорящие название-то у травки этой замечательное: «змеиный огонь»! Сразу всё ясно и понятно становится!

— Как это зачем? — возмутилась на его недальновидность. — Сами же сказали, что разбойники у нас в Хрустальных засели! Да и так… мало ли… пусть лучше будет, а применение всегда найдём! Так, подождите, дедушка, мы сейчас с вами опять от важной темы уйдём и совершенно не то обсуждать начнём! — заметила я за ним такую особенность.

— А, да! Точно! Что ж ты меня-то постоянно с мысли сбиваешь! — недовольно цыкнул на меня Дарт, а я благоразумно улыбку спрятала, опять ведь обидеться может. — Так вот, давненько это было. Ты потом подробности можешь в записях Гэррош почитать, если захочешь. Род Рэдвел, так они звались. Славные воины, храбрые, верные, надёжные, как скалы Чёрной гряды. Не было им равных в Теорсии. Они были лучшие из лучших. Немыслимая скорость, бесстрашие, верность, смелость, отвага — вот их основные качества. Рэдвелы испокон веков готовили в своих школах воинов, телохранителей для важных персон и наёмников. Ремесло-то у них беспокойное поди, постоянно их ученики то в синяках, то в ранах с тренировок приползали, вот и сотрудничали тесно наши рода. Они-то в основном у нас уже готовые зелья брали… восстанавливающие, бодрящие, увеличивающие скорость и силу, позволяющие видеть в ночи и предчувствовать опасность, заживляющие, зелье невидимости…

— И такое есть? — это же прямо «ого-го-го»! Это же такие просторы для шпионской деятельности в Жемчужном отрываются!

— Есть, конечно. Только оно так называется, а по факту нужно одежду, чаще плащи использовали для этой цели, окунуть в специальный отвар, который на открытом огне три дня и три ночи готовился, тогда и тот, кто наденет такую вещь, от людских глаз скроется, и от любой опасности уйдёт. А вот ежели этот отвар по склянкам разлить и каплей жизни напитать, то он любую вещь может от поисковых заклинаний скрыть. Рэдвелы это зелье очень ценили, они один-два невидимых кинжала всегда в запасе имели.