Реванш старой девы, или Как спасти репутацию (СИ). Страница 20

Потому занятия с детьми меня спасают, иногда к нам приезжают Вася, Даня и маленькая Антонина Агеевы с мамой, вот тогда в доме начинается настоящее веселье, и мы обо всём забываем.

Сегодня как раз такой день. Дети играют с новыми игрушками под присмотром няни, а мы с Татьяной уединились в моей квартире, и она с ходу начала делиться самыми тайными новостями.

— Они ищут эту могилу. Я вспомнила название кладбища, Питер хорошо знаю, по карте всё сопоставили и нашли совпадения. Марк, Дмитрий, Пётр и Алексей сейчас собирают все данные. Причём не только официальные, но и сплетни и слухи. Круг поиска сузился, им осталось проверить совсем немного.

— А какой толк? Могила есть, она к новому телу не привязана, ведь так? Этот человек может притаиться в любом из жителей города, мы и не догадаемся.

— Может быть, будет какая-то возможность убрать это токсичное захоронение, возвести на его месте часовню. А может быть, если понаблюдать или расспросить сторожа, то он подскажет, кто на могилу заходит.

Пожимаю плечами, так-то она права, но я несколько дней размышляла на эту тему и поняла, что к нам этот человек отношение имеет косвенное, возможно, и не догадывается о побочном эффекте в виде нескольких попаданцев. Вполне возможно, что его можно забыть, не трогает нас и бог с ним. Но мужчины с завидным упорством взялись за расследование.

Ещё раз пытаюсь высказать своё скромное мнение, да Таню тоже никто особо и слушать не станет, даже если я сейчас её смогу убедить:

— Наверное, не стоит нам ворошить это осиное гнездо. Но кто я такая, чтобы требовать остановиться.

— Нет, Ксюша, ты не права, этот человек опасен, и он явно имеет доступ к власти, шансы минимальные, однако есть, пусть хотя бы попытаются.

Мне осталось только вздохнуть и согласиться.

— Да, в таком случае пусть попробуют. Лично я жду вердикт от царей по своему делу, остальное меня уже не касается.

Таня лукаво улыбнулась, осмотрела меня и сделала комплимент:

— Ты теперь похожа на принцессу, моя дорогая. Уж такая красавица, вылетая Вивьен Ли в «Унесённых ветром», только характер получше. Как тебе идёт этот скромный, но очень элегантный наряд. Надеюсь, что вся кутерьма завершится дней через пять и до большого благотворительного базара ты получишь вольную. Повеселимся на славу. Так что не кисни…

Она не успела договорить, как в двери тихо кто-то постучал, стоило мне крикнуть: «Входите!», как из-за двери появился внушительный букет из оранжерейных роз. Такой букет зимой – это фактически признание в любви.

— Сударыня, к вам молодой человек, вот просил передать и представился Алексеем Орловым, просит принять…

Только я хотела придумать хоть какую-то отмазку, потому что совершенно ещё не готова, как Татьяна крикнула: «Зовите сюда!». Сразу же поднялась, чмокнула меня в щёку и вышла, не дав опомниться.

А я осталась в эпицентре такой душевной бури, от которой одно спасение, или два. Первый вариант просто пережить этот момент, второй попытаться вразумить юношу, напомнить, что мы не пара.

Ну, я дурёха…

Дверь открылась, и на пороге запыхавшийся, румяный от мороза, и сияющий от счастья Лёша…

Мама дорогая, как он хорош собой. От него пахнет свежестью зимы, свободой. А в глазах столько страсти, что я сама не поняла, зачем зажмурилась, закрыла покрасневшее от смущения лицо ладонями и замерла.

— Ксения, наконец-то, я к вам прорвался. Дмитрий запретил, но сил нет. Я вам неприятен?

Бог знает, с каким усилием мне пришлось опустить руки, и снова взглянуть на пылкого влюблённого. Я всё знаю, и что мы не пара, и он слишком молод и красив, а я неуверенная в себе неудачница, причём как том мире, так и в этом. Но Боже мой, как он хорош как хорош. И как моё сердце вдруг плюнуло на все пошлые условности и забилось с такой неистовой радостью, что я вдруг протянула к парню руки и через мгновение оказалась в его крепких объятиях.

Во всём теле появилось то самое, давно забытое напряжение, я как кошка прильнула к нему, обхватила за шею и повисла, так высоко он меня приподнял над полом.

— Ксюша, душа моя. Уф, как же я боялся, что ты меня отвергнешь, как боялся. Я знаю твой секрет, подслушал, сегодня отец с Дмитрием Михайловичем обсуждали твоё будущее, и, кажется, царская семья тебя хотят увидеть, а Дмитрий не знает, как тебе это сказать. А я не знаю, захочешь ли ты меня видеть, ведь ты царской крови…

— Что? Они хотят меня увидеть? Просто увидеть или прям познакомиться? О Боже, страшно-то как. Зачем им это всё, и я зачем?

Алексей осторожно опустил меня на пол, немного наклонился и очень внимательно посмотрел в глаза, пытается разглядеть во мне настоящую душу из другого мира? Или боится, что сболтнул лишнего, и я сейчас ноги в руки и снова бежать? Но стою, сбитая с толку очередным внезапным поворотом новой судьбы.

— Они просто хотят увидеть тебя, это личное, семейное дело. Но я без тебя не могу. Постоянно думаю, волнуюсь как ты, всё ли хорошо.

— Да, всё отлично, Наталья Николаевна и Татьяна обо мне хорошо заботятся. Но я здесь гостья. И своего будущего не знаю, завишу от многих обстоятельств.

— А сердце? Оно что тебе подсказывает, неужели я тебе вовсе не интересен?

— Лёша, милый, ну что ты такое говоришь? Красавчик такой, и знатный, да тебе стоит пальцами щёлкнуть, и любая побежит…

— Мне не нужна любая, и тем более та, которая бегает по щелчку пальцев. Мне нужна только ты, Ксюша, милая моя. Пока в нашей жизни не случились роковые перемены и пока ты не встречалась со своими венценосными родственниками, пожалуйста, ответь мне на один вопрос.

Замираю в его объятиях. Даже дышать забыла.

— Спрашивай…

— Будешь ли ты моей женой? — с этими словами в его руке появилась маленькая коробочка, та самая, от которой хочется рыдать, смеяться, прыгать от счастья. Но не мне…

— Подожди секунду. Пожалуйста, пока рано, но ты мне очень нравишься, прямо сейчас смотрю на тебя и понимаю, какая удача, что мы встретились, но нужно время, я не хочу спешить, хочу, чтобы ты узнал меня лучше, а я познакомилась бы с тобой. Для серьёзных отношений нужно немного времени, у нас и свиданий ещё не было. Сразу экстремальные ситуации.

— Так, в таких ситуациях люди и проявляют себя лучше, чем на свиданиях. Но соглашусь, толику романтики нам не помешает добавить… Ох, какая ты стала красивая, тебя точно уведут…

Не сдержался, моя близость, капелька ревности, юношеский максимализм заставили его забыть о приличиях, и поцеловать меня. Кольцо так и осталось пока у дарителя, потому что романтику снова пришлось отложить в долгий ящик:

— Мы его в архив с поручением, а он здесь девицу целует! Вот пострел везде поспел! Алексей, да что ты с ним будешь делать…

За нашими спинами раздался грозный голос Дмитрия Михайловича, всё по законам жанра любовного романа, прерванный поцелуй, с трудом разомкнутые объятия и пунцовое смущение. Даже у меня, Боже мой, что сейчас обо мне думает Дмитрий, даже подумать стыдно. Уткнулась в распахнутую шинель Алексея, спряталась и смеюсь. И не только я, на всех смешинка напала, а как не вовремя.

Через несколько секунд мы всё же смогли взять себя в руки. Но я всё ещё витаю в облаках, как и Алексей. Дмитрий покачал головой, мол: «Ай-ай, и не стыдно вам!».

Но кратко рассказал, зачем вернулся домой, и какие вообще новости на этот час. Он говорит, а у меня испаряется то тепло, каким меня только что окружил и согрел Алёша.

— Мы нашли склеп. Он заперт, что естественно для такого помещения. В архиве должны быть записи, кто там похоронен. В принципе и так понятно, что могиле лет сто, может, больше. Найти-то нашли, а что с ним дальше делать? Искать колдуна? Ворожею или ведьму, способную распознать мистическую составляющую в этой истории? Понятия не имею, если честно.

Дмитрий развёл руками, показывая, что реально не понимает, что дальше. Но тут спохватился Алексей.

— Ой, а у Элизабет отец экзорцист, честное слово. У них там это частое явление. Он сам говорил, что за свою карьеру несколько раз бесов изгонял. И знает многое. От того и Элизабет такая набожная, она не Бога боится, а сталкивалась с нечистью, потому очень усердно молится и ведёт праведный образ жизни. Можем проехать, и Фридрих фон Экхарт нас примет, и только он сможет дать совет.