Драконьи чары для попаданки (СИ). Страница 35

Меня охватило отчаяние. Помолвка состоялась, что дальше, свадьба? Почему я так легко поверила Лоресу, что тот мне поможет?

Словно прочитав мои мысли, Раух небрежно бросил:

— Свадьба через два дня — это не слишком быстро? Мне пора возвращаться в столицу.

«Мне», а не «нам», отметила я. Для герцога молодая жена ничем не отличалась от домашней собачки. Он даже ради приличия не поинтересовался её мнением.

Дир Ренси и его жена кивнули головой. Айрин собиралась что-то сказать, но её опередил чей-то громкий голос:

— Боюсь, это невозможно, Ваша Светлость.

Все обернулись в сторону говорившего. Целитель Лорес, никем не замеченный, стоял в углу комнаты. Он ободряюще улыбнулся мне, а потом перевел спокойный взгляд на герцога.

— Как это понимать? — высокомерно спросил Раух.

— Очень просто. Вы не сможете жениться на Мирабель Ренси через два дня.

— Что вы говорите, Лорес? — я впервые заметила, чтобы хозяин дома потерял самообладание. Айрин робко взяла его под руку, но тот резко оттолкнул жену.

Герцог смотрел только на целителя.

— И что же мне помешает?

— Магия, — спокойно сообщил Лорес. — У госпожи Мирабель контракт с Академией. Пока она её не закончит, не сможет выйти замуж ни за кого, даже за такого выдающегося человека, как вы.

Последние слова целитель выделил голосом, явно показывая, что не считает Рауха ни достойным, ни благородным. Но его дерзость осталась незамеченной.

Господин Ренси покраснел и принялся душивший его шейный платок. Его жена с тихим возгласом опустилась на стул, может, впервые в жизни лишившись чувств. Но никто, даже слуги, не бросился ей на помощь.

Все смотрели только на жениха и целителя.

— Что за глупости? Кто вы такой? И о каком контракте идет речь?

Целитель взял со стола старую, потрепанную книгу и, раскрыв её, показал герцогу.

— Меня зовут Лорес. Я — целитель, и немного разбираюсь в магии. Ваша Светлость, вы знаете, что в Ристании рождается все меньше магов? Из-за этого все, кто обладает хотя бы частицей силы, проходят учебу в Академии.

Герцог неохотно кивнул.

— В прошлом не все девушки, поступившие в Академию, смогли её закончить. Причины разные — у кого не хватило таланта, кто-то ленился, но большинство забирали до последнего испытания, чтобы выдать замуж. И девушки посвящали себя семье и детям, забыв о своих способностях.

— Спасибо за историческую справку, но причем здесь моя свадьба с госпожой Ренси?

— Минуту терпения, Ваша Светлость. Примерно пятьдесят лет назад, управляющий Академией, лишившись одной из лучших учениц, очень рассердился и решил изменить магический контракт. Теперь любая девушка, обладающая силой, не может вступить в брак, пока не закончит обучение.

В комнате повисла напряженная тишина. Было слышно, как жужжит муха где-то под потолком.

Побледневшая госпожа Ренси обмахивалась веером и молчала. Ей даже не пришло в голову возмущаться или жаловаться на судьбу. Слуги с глупым видом замерли на месте, глядя на целителя, как на великого мага, или, как минимум, главу Академии. И только герцог, сузив глаза, изучал запись в старинной книге.

— Никогда не слышал об этом, — наконец, признался он.

— Неудивительно. Изменение в контракте касается только девушек, и упоминать о нем не любят. Все же это ограничение чужих прав. Но, не будь, в Ристании не осталось бы магисс.

Я медленно выдохнула, только сейчас заметив, что почти не дышала пару минут. Провела рукой по лбу, влажному от пота.

Наверное, так чувствует себя преступник, получивший помилование. Неужели свадьба откладывается?

— Прекрасно, Лорес, что вы взяли на себя труд предупредить нас, — медовым голосом протянул герцог. — Но, вы же, не думаете, что я изменю свои планы из-за такого пустяка, как контракт с Академией? Я считаю, что женщине не нужно образование. Дом, дети, прислуга, праздники, балы — вот чем должна заниматься моя жена, а не играть в великую магиссу.

— Вы совершенно правы, Ваша Светлость, — поддакнула Айрин. Её муж промолчал, и было непонятно, согласен он с будущим зятем, или нет.

Раух снова склонился над книгой.

— Здесь сказано, что контракт может быть разорван, если семья не платит за обучение дочери. Или же, у девушки недостаточно способностей. Так что решение простое: господин Ренси обратится к ректору и скажет, что забирает дочь из Академии в связи с недостатком средств.

— Простите, Ваша Светлость, — вмешался хозяин дома, — но я не могу так поступить. Я опорочу свое имя, признавшись в денежных затруднениях. И плата за обучение дочери не так уж и велика. Не хочу, чтобы соседи болтали, что Дир Ренси — нищий.

Герцог недобро улыбнулся. Я подумала, что Ренси навсегда лишился расположения будущего зятя.

— Вот как… Что ж, ваше право. Тогда последний вариант — указать, что у Мирабель слабые способности к магии, и она не пройдет испытания.

— Конечно, Ваша Светлость. Мой муж так и сделает, не сомневайтесь…

«Да как они смеют? Они ничего не знают о Мирабель, и называют её неудачницей⁈»

Злость, охватившая меня, была так сильно, что я схватилась за медальон. Привычно тепло окутало ладонь, осколок фарфора откликнулся на мои чувства.

Спустя мгновение из всех ваз вылетели стоявшие в них цветы, осыпав дождем из лепестков и листьев всех присутствующих. Потом в воздух поднялся водяной шар, застыл на несколько секунд и рассыпался мелкими брызгами.

Я довольно улыбнулась — вода облила с ног до головы только герцога и «матушку».

— Неплохая концентрация, госпожа Мирабель, — сказал целитель. — И отличное владение водной стихией. Думаю, в Академии вам бы поставили высокий балл.

— Спасибо, Лорес, — я обернулась к жениху. Тот повернул кольцо на пальце, что-то прошептал, и его одежда снова стала сухой. Я даже немного расстроилась. — Мне сделать еще что-нибудь, Ваша Светлость? Чтобы вы не сомневались в моих талантах?

К промокшей до нитки госпоже Ренси подбежали служанки и, набросив на плечи шаль, вывели её из комнаты.

— О, я никогда не сомневался в вас, Мирабель, — коварно усмехнулся герцог. — Вы умы и талантливы, даже слишком, для простой девчонки из Вельфери.

Наши взгляды скрестились. В моем взгляде герцог мог прочитать презрение, а вот в его темных глазах чувствовалось предупреждение. Как будто он знал, кто я на самом деле.

Я не успела испугаться, потому что вмешался целитель Лорес.

— Еще одно, Ваша Светлость. Нельзя обманом расторгать магический контракт. Откат будет сильным, и коснется не только виновника.

— Не учите меня, Лорес. Я знаю, что такое — наказание от магии.

Снова стало тихо. Я окинула взглядом разгромленную гостиную, залитую водой и усыпанную листьями, и подумала, что слугам придется долго убираться после моей помолвки.

— Ваша Светлость, — примирительно начал Дир Ренси, — моей дочери остался еще год учебы в Академии. Время пролетит быстро. Мирабель станет магиссой, тогда и сыграем свадьбу. А пока помолвка будет тайной. Думаю, ни мне, ни вам не нужны досужие разговоры.

Раух некоторое время молчал, обдумывая его слова. Потом вдруг широко улыбнулся:

— Вы правы, господин Ренси. Я подожду. Пожалуйста, проследите, чтобы моя невеста ни в чем не нуждалась. Отправьте её в Академию с эскортом, достойным будущей герцогини.

Уходя из гостиной, я бы чувствовала себя совершенно спокойно, если бы не прощальные слова Рауха, сказанные на ухо:

— С тобой мы еще увидимся, дорогая Мирабель.

Глава 20

Вернувшись к себе в комнату, я сразу же сняла парадное платье, переодевшись в домашнее, вытащила из ушей тяжелые серьги и расплела волосы. Потом упала на кровать, испытывая только одно желание — выспаться.

Сегодня я стала невестой Рауха, но, по крайней мере, не женой.

Радость, вызванная данной мне отсрочкой, исчезла. Я выиграла один год, но вряд ли герцог смириться с поражением и будет ждать так долго. Стоило бы подготовиться к неприятным сюрпризам.