Зодчий. Книга VII (СИ). Страница 38

— Вепрь, меняем позицию, — указал я не лежащих. Бородач смекнул сразу, кивнул:

— Али, Слон, останьтесь с парнями. Остальные за мной.

Он крадучись пошёл через лес. Лис, Рапира и ещё один незнакомый мне охотник неспешно рассредоточились и двинулись следом.

— Люций? — напомнил я о себе.

— Не слышу. Там столько голосов, Миша! Я ещё не понимаю кто где. Но знаю точно про ублюдка, который обидел Сашу. Он совсем рядом. Там!

Бессмертный махнул мечом в сторону удаляющихся охотников.

— Пошли… — приказал я, хотя начинал думать, что надо возвращаться. Операция шла не по плану, и четыре человека уже выведены из строя. Причём двое из них, скорее всего, надолго.

— Вы думаете, что на вас надето — вас защитит? — раздался голос в лесу. Женский голос. Певучий и сладкий. Манящий и обещающий немыслимые наслаждения. — Глупые безделушки слабы против моей силы. Мне достаточно просто посмотреть на вас чуточку внимательнее, чтобы разрушить их.

— Кто это? — занервничал неизвестный мне охотник. Вепрь поднял руку, призывая остановиться. Пять пар глаз буравили чёрный голый лес, силясь разглядеть противника. И только Люций шёл вперёд не останавливаясь. — Почему она говорит, Вепрь⁈ Кто это такая?

Ну да, с разумной Скверной новичкам сталкиваться ещё не приходилось.

— Такие сильные мужчины и такие глупые, — голос был везде. Я втянул вязкий воздух носом, вычленяя потоки энергии. В Изнанке ориентироваться очень тяжело. Здесь всё пропитано Скверной, поэтому отыскать каналы, ведущие прямо к твари — не так-то просто.

— Вы пришли ко мне, чтобы совершить зло? — продолжал женский голос. — Чтобы пролить кровь? Зачем. Я ведь могу подарить вам жизнь. Для этого нужно всего лишь снять ваши безделушки. Перестать служить Чужаку. Объединиться с нами в одну большую истинную семью.

Я остановился, распутывая сотни чёрных энергетических линий.

— Примите Истину. Обретите вечное блаженство, — увещевал Колдун.

— Нет власти у тебя! Нет власти! — закричал Рапира. В голосе почувствовалась истерика.

— О, ты ошибаешься! — ответили ему. И тут охотник заорал от боли, сдирая с себя раскалённый амулет. Почти сразу же крик прервался, и воин упал на колени, затыкая уши. Деревья впереди пришли в движение, и из чащи вырвалось трёхметровое чёрное чудище, похожее на демонического лося, но с неестественно худыми ногами. С рогов свисал гнилой мох, глаза загорелись могильным светом.

Вепрь успел принять удар на щит, после чего подрубил ногу монстру. Лис ушёл влево, выдав несколько огненных плевков в бок чёрной твари. Осквернённый зверь прошипел, обрушившись на противника. Грохот копыт, бьющих о железо, разлетелся на километр во все стороны, не менее. Безымянный охотник, пользуясь занятостью лося, зашёл с правого бока.

— Рапира! — завопил Вепрь, не оглядываясь. Атакованный Колдуном охотник стоял на коленях, в глазах его плескалось безумие. Камень, поднятый мной, устремился к голове одарённого, но в метре от цели снаряд резко свернул в сторону, сбитый воздушным барьером. Рапира хищно дёрнулся, уставившись на меня. Белки глаз заливались тьмой. Губы растянулись в сумасшедшей усмешке.

А затем охотник сорвался с места, выхватив клинок.

— Ах-ах-ха! — захохотал Люций и, размахивая мечом, бросился в лес, прочь от нас. Рапира молча налетел на меня, улыбаясь так, что верхняя губа охотника треснула. Атаки одарённого, попавшего под влияние Колдуна, посыпались на меня одна за другой, и одновременно с этим на груди стал печь мой амулет. Шепчущий оказался силён даже без фокусирующих полей Аль Абаса. Впрочем, это всё потому, что тварь пряталась совсем близко.

Боль от талисмана становилась невыносимой, но я терпел.

Лось заревел от боли, завоняло палёной шерстью. Безымянный охотник подрубил ему одну из задних ног, а Вепрь не давал монстру отвлечься, наседая с яростными криками. Лидер вольных вёл себя как одержимый, размахивая оружием, оглашая лес проклятьями и колотя клинком по щиту. Обращённое животное хромало, отступая и опустив увенчанную рогами голову.

Мы с Рапирой обменивались ударами, и я старался не повредить соратника, отбивая то сверкающую сталь, то воздушные атаки. В лесу показалось новое движение, со стороны Люция. Безумец с воплем бежал в атаку, а наперерез ему метнулась ещё одна тень.

Мой противник зашипел, задрожал. Тело охотника начало бурлить, меняясь. Сокрушительный, но примитивный удар меча сверху вниз удалось слить в сторону. После чего осталось сделать только один шаг, чтобы оказаться у Рапиры за спиной. Клинок охотника вонзился в дерево и застрял в нём — я тут же оказался рядом, нанося удары в голову несчастному. Кулаки, усиленные аспектом земли, обрушивались на череп обращённого один за другим. Рапира хрипел под ударами, но пытался освободить меч. Задрожал, его руки потемнели, удлиняясь и поглощая металл. Теряя всякое сходство с человеком, он распрямился. Над глазами проступила чёрная чешуя, а жуткого вида зубы поползли изо рта, меняя челюсть. Рывок, и меч, вросший в руку Рапиры, освободился.

Погано это, конечно. Точка невозврата. Начальные изменения ещё можно было бы откатить иконами, а теперь. Я застыл, сдерживая смертельный удар. Вспомнилось, как с Рапирой только что бились с нетопырём.

Я видел много обращённых. Я убивал таких не колеблясь. Друзей, помощников, дружинников. Неважно. Потому что у них не было шанса в моём мире. Но здесь… Здесь он был. Все эти мысли пролетели в голове за долю секунды, и вместо того, чтобы прикончить охотника, я впитал силу земли и наполнил ею кулак, после чего выпустил всю мощь в последнюю попытку вырубить бывшего соратника. Страшный удар пришёлся Рапире в лоб. Ноги обращённого подкосились, и он грохнулся на землю. Ровно в этот момент Люций, находящийся метрах в ста от нас, взмыл в небо, насаженный на острый шип нового монстра. Вечный трепыхался, как рыба на гарпуне.

С воем осел обращённый лось, которого сноровисто добивали охотники.

— Михаил, — заорал Вепрь, указывая мне на Люция. Я кивнул и неспешно двинулся к вечному, внимательно наблюдая за происходящим. Новая тварь Бессмертным Стражем не была. Третий ранг, не выше. Что было в округе, то и притопало. Подспорьем колдуну оказался широкоплечий монстр, больше похожий на оживший бульдозер с длинными шипами. Новый противник повернулся к нам и, переваливаясь с одной жирной ноги на другую, враскачку, затопал навстречу. Бессмертный раскачивался из стороны в сторону, но меч не бросал. На лице Люция появилась безумная улыбка, а в следующий миг вечный схватился свободной рукой за шип и подтянулся ближе к цели. Меч бессмертного полыхал золотыми буквами гравировки.

— Вепрь, назад. Вытаскивай всех, — приказал я. — Рапиру тоже. Не давайте ему прийти в себя! Он инициирован.

Охотник бросил взгляд на лежащего обращённого, затем на повисшего Люция. Сплюнул и кинулся выполнять приказ. Изменённого вольного подхватили Лис и безымянный охотник. Вепрь остановился рядом со мной:

— Ваше сиятельство, а вы?

— Я за Люцием!

— Ему уже не помочь, ваше сиятельство!

— Выполняй, — отмахнулся я и ринулся на помощь Люцию, который полз по разрывающему его лезвию к противнику. Тот же, уверенный в своей победе, шагал ко мне навстречу, задевая деревья плечами, закованными в древний и побитый пластикор. На крошечной голове чудом держалась каска западного образца.

«Посмотри какой красавец! Какие линии, какой образ» — снова воззвал я к Скульптору, и тот, внезапно, ответил:

«Фу»

Сказав своё отношение к материалу, он наглухо замолчал. Засранец какой. Люций тем временем дополз до тела монстра и только в этот момент осквернённый осознал, что что-то не так. Повернул крошечную головку в сторону человека и в тот же миг бессмертный отрубил её. Мелкий шарик свалился под ноги споткнувшемуся монстру и хрустнул, раздавленный. Чудовище осело, застыв грудой осквернённой плоти посреди чёрно-серого леса.

Люций же молча выломал шип и протащил его сквозь себя. С безумным видом посмотрел мне в глаза и указал мечом в сторону, куда текла чёрная энергия осквернённых каналов. Я кивнул и бросился в атаку.