Зодчий. Книга VII (СИ). Страница 35

— Люций, — кашлянул я, и тот торопливо натянул на лицо балаклаву.

— Это же… — начало было Вепрь.

— Да, — прервал его я.

— Но…

— Надо попробовать.

— А если…

— А вот этого не будет, — улыбнулся я. Командир Охотников нахмурился, придирчиво оглядел Люция.

— Амулетов же нет, — выдал он вердикт.

— А мне и не надо, — радостно сообщил Люций.

— Верь мне, — попросил я Вепря. Тот посопел, придирчиво оглядывая вечного, а потом махнул рукой.

— Воля ваша, Михаил Иванович. Отправляемся?

— Нам туда! — указал Люций пальцем на север. — Последний раз он говорил оттуда.

— Кто? — поинтересовался Вепрь.

— Тот, кто хотел забрать Сашку! — как на идиота посмотрел на него вечный. Охотник ответил ему таким же взглядом:

— Какого Сашку?

— Мы поедем первыми, — прервал я изумительный разговор. Вепрь запрыгнул в кузов пикапа, отчего машина закачалась, затем хлопнул по крыше кабины. Мой «Метеор» покатился по дороге, а позади, поднимая пыль, рванула техника охотников.

Капелюш хмурился, держа руль, а Люций на переднем сидении ёрзал и ёрзал в нетерпении. Иногда замирая и прикрывая глаза. Вечный вслушивался в Радио Скверны, пытаясь отыскать обидчика. После чего кивал сам себе, шумно вздыхал и снова начинал ёрзать. Так длилось довольно долго, пока задумчивую тишину не нарушил вскрик Люция:

— Здесь!

Капелюш ударил по тормозам, машину чуть развернуло, но охранник справился с управлением, и вскоре мы остановились на обочине. Я огляделся: мы уже проехали через земли Игнатьева и медленно приближались к месту злополучных раскопок, где пострадала Саша. Значит, ублюдок вернулся на место. Хорошо. Не придётся долго искать.

— Ваше сиятельство, я должен идти с вами, — сказал Капелюш. Из пикапов, выгружающихся на обочине, выбирались охотники. Те, кто находился в кузове, передавали им мечи, щиты и протазаны. Как только все экипировались — двое тяжёлых бойцов спрыгнули на асфальт, хрустнувший под их весом.

— Нет. Ты останешься здесь, — твёрдо произнёс я.

— Михаил Иванович…

— Там Скверна, Юра. И со мной под десяток матёрых охотников. Уверяю, ты здесь в меньшей безопасности, чем я там. Так что остаёшься здесь. Это приказ.

Телохранитель обречённо кивнул, и я открыл дверь.

Похолодало, и изо ртов вырывались небольшие облачка пара. Подтрунивая друг над другом, вольные готовились, а Люций, едва вышел из машины, сразу пересёк дорогу и нырнул в заросли.

Вечный даже не обернулся.

— Вернись, — крикнул ему я.

Тишина. Лишь треск веток придорожного кустарника. Удаляющийся треск. Вепрь подошёл ко мне, глядя в сторону зарослей.

— Ваше сиятельство, я слышал, что он хороший боец, но он ведь абсолютно сумасшедший.

— А кто нет? — посмотрел я на охотника многозначительно. Вместо ответа Вепрь опустил забрало и махнул рукой. Вольные двинулись следом за Люцием. Я кивнул Капелюшу на прощание.

Пожухлая листва зашелестела под ногами. Пронзительный запах осени и влаги взбудоражил сознание. Некоторое время мы двигались за вечным молча. Пока не дошли до реки. Чёрная неторопливая вода почти не двигалась, словно застряв между берегами. Люций даже не замедлился, рванулся вперёд, как обезумевшая от гонки собака.

— Стой! — гаркнул я, когда вода добралась ему до середины бедра.

По ту сторону преграды начиналась Изнанка. Воздух там стал гуще, темнее. Уродливые деревья клонились к воде. Вечный повернулся ко мне. В руке он сжимал обнажённый клинок.

— Люди придумали переправы, — пожурил его я. — Используй их.

— Но он же там! Он ведь уйдёт! — Люций ткнул пальцем в туман.

— Вон мостки, — сказал один из охотников, указывая куда-то на север. Я разглядел несколько поваленных друг на друга брёвен с пародией на перила. Отряд двинулся по берегу, но вечный остался в воде.

— Так ведь быстрее! — возмутился он. Пришлось подойти к нему ближе. Фигуры бойцов удалялись от нас, возмущённый взгляд Люция сверкал в прорези балаклавы.

— Если ты будешь и дальше привлекать столько внимания и не соблюдать осторожность, то вместо подземелий Аль Абаса доиграешься до застенков Императора, — тихо проговорил я. — И там не будет ни брюквы, ни Саши.

Люций стоял в воде, мимо него проплыл листик, зацепился за бедро. Вечный выдохнул и медленно вышел на берег, понуро опустив голову.

— Вот и славно, — терпеливо произнёс я. — Указывай дорогу. Не лезь на рожон. Если ты вдруг, с твоей защитой, получишь тяжёлое ранение и сам собой восстановишься — объяснить это будет непросто. Держись на второй линии. Я ведь тебе говорил уже? Тогда послушай меня внимательно, Люций. Это — два. Запомни. Два.

Он почувствовал, что три слышать не захочется, но в глазах промелькнуло по-детски нехорошее. С таким видом обычно говорят, что больше так не будут, но, одновременно, уже прикидывают варианты.

— Попытайся притвориться нормальным человеком, Люций. Ты же это умеешь, — попросил я.

Вечный кивнул и, хлюпая водой в ботинках, побрёл вслед за охотниками. Первый из них уже начал переправу. Изнанка по ту сторону молча выжидала. Я огляделся.

Если бы не Тёмный Скульптор, то никуда бы я не полез сейчас. Однако, лучше сегодня выгулять попутчика, чем везти неудовлетворённую жажду в Петербург.

Ибо чревато.

Поёжившись от зябкости, я двинулся по следам Люция к переправе.

Глава 19

— Далеко ещё? — глухо спросил Вепрь из-под шлема. Мы остановились у насыпи, неподалёку от перевернувшегося бензовоза. Чёрные ветви проросли сквозь изуродованный металл и сейчас тянулись к нам, будто чувствуя человеческое тепло. Изнанка окутала нас, хищно изучая. Чуждая природа, враждебная.

Разведчик отряда забрался наверх, осторожно проверяя дорогу. Пригибаясь, он озирался по сторонам и особенно внимательно глядел себе под ноги. Шли мы без сталкеров, так что осторожность не помешает.

Люций пожал плечами, глядя куда-то сквозь крепкого воина:

— Он там. Там. Я слышу его. Я настроился на него. Он говорит про одиночество. Он говорит про власть. Говорит, что нужно сделать только один шаг, чтобы получить желаемое. Всего один шаг через дурацкие запреты. Ведь ты заслуживаешь этого…

Голос вечного стал задумчивым:

— Он говорит с кем-то. И он ещё не знает, что мы идём… Надо спешить!

Люций собрался ползти наверх, но почувствовал мою руку на плече и остановился.

— Ваше сиятельство, — проговорил Вепрь. — Позвольте на пару слов.

Я кивнул. Мы отошли на несколько метров от группы, чуть ниже. Под моими ногами проскрипел неубиваемый пластик, помутневший от времени. Помойка вдоль насыпи была знатная. Людей, её организовавших, давно нет в живых, а мусор вечен.

— Ваше сиятельство, мы можем как-то оставить его? Боюсь, вся группа очень рискует. Он непредсказуем, — решительно сказал командир Охотников. — Мне очень не хочется терять людей, если вдруг он что-то выкинет.

— Понимаю твои переживания, — согласился я. — Проведу работу. Но без него мы не найдём эту тварь, поэтому придётся рисковать.

— Он действительно слышит её или просто сумасшедший? — повернулся к группе Вепрь. Люций послушно стоял на месте, но часто похлопывал себя по бёдрам в нетерпении, то и дело оглядываясь на нас.

— Ты сам только что слышал. Не знаю, как Люций это делает, но он напал на след того монстра, что обратил конюхов тогда, у Приборово.

— Мы же убили его…

— Это новый.

Вепрь нахмурился:

— Опять? Второй уже? Почему вы так решили, ваше сиятельство?

— Я просто знаю, — со значением произнёс я. — А ещё знаю, что будет и третий, и четвёртый. Скверна меняется. Всё станет не так, как прежде. И боюсь немного раньше, чем казалось в самых тревожных прогнозах.

Охотник открыл забрало, отёр пот с лица.

— Ваше сиятельство, я никак не могу привыкнуть слышать такое от юноши. Но ещё ни разу вы не дали повода усомниться в ваших словах. Об одном прошу, держите его позади, пожалуйста. Я переживаю за парней.