Вечно голодный студент 5 (СИ). Страница 42

Бустер на 24 вольта был у Гали — у нас всегда такой носит кто-то один. Но его больше нет, а у меня при себе два куска говна на 12 вольт, которых не хватит на КамАЗ.

Можно попробовать поебаться с синхронизацией двух 12-вольтовых бустеров, но это казино, с нешуточным риском обосраться, поэтому нужны альтернативные решения.

«Я в селе», — вдруг осознал я. — «Бензогенераторы или даже дизель-генераторы тут — это обыденность, в вечную память о состоянии электрической инфраструктуры, с уважением к традиции, перенесённой в настоящее время из 90-х или даже из 80-х…»

То есть, местные должны были быть привычны к тому, что электричество исчезает бесследно, будто и не было, на несколько дней, недель или месяцев, а такие условия прямо-таки предполагают, что в гараже или сарае должен стоять старый, советский дизель- или бензогенератор.

Начинаю чесать каждый участок, заглядывая в каждый сарай.

Повезло мне только на четвёртом участке, в сарае которого я обнаружил китайскую хуйню с ярким красным корпусом и надписями китайскими иероглифами. А недалеко обнаружилась железная канистра с бензой.

Состояние бензы может быть далеко от отличного, но закупорена она была надёжно, ну и сарай построен со знанием дела, поэтому внутри зимой пусть и было холодно, но без экстремальных скачков. Хотя кто его знает?..

«Может и дешёвка, но может и повезти снова», — решил я и приволок агрегат к КамАЗу.

Путём нехитрых и интуитивно понятных манипуляций, я заправил генератор, поправив его октановым корректором, после чего начал процесс заведения.

Где-то на двадцатой попытке оторвался трос стартера и я понял, что пытался реанимировать труп.

— Сука!!! — заорал я и с силой пнул по дохлому генератору. — Почему так, блядь⁈

Продолжаю чёс участков и в самом конце села, в очень пожилом доме, не внушающем никаких надежд, обнаруживаю кондовый армейский дизель-генератор, покрытый двухсантиметровым слоем пыли.

Предполагаю, что этот агрегат из времён Тёмной эры технологий был спизжен с армейского склада и реализован местным жителям за сравнительно небольшие деньги — исхожу я из того, что слишком часто встречаю такие штуки именно в сельской местности.

Но, возможно, предыдущий владелец честно купил его на распродаже армейского барахла и я сейчас очень плохо о нём думаю.

Канистру с дизелем я уже видел в одном из сараев, поэтому с топливом проблем нет.

Одно хорошо с советскими армейскими электрогенераторами — среди них крайне редко встречаются капризные сучки. Быстро привожу его в рабочее состояние, для чего его пришлось смазать и проверить все ёмкости на предмет герметичности, а контакты на предмет целостности.

Заливаю топливо в бак и дёргаю за трос стартера. С первого раза нихрена не получилось, но я, со всем уважением к годам, проведённым этим генератором в кладовке, повторяю процесс ещё три раза и, наконец-то, он начинает тарахтеть.

— Да, блядь! — с радостью воскликнул я и проследил за стабильностью работы агрегата.

Когда мне стало ясно, что аппарат не наебнётся через два чиха, извлекаю из грузовика аккумуляторы и подключаю их к генератору.

«Надеюсь, никакая тварь не залезла в школу…» — с тревогой подумал я.

Оставляю аккумуляторы заряжаться, потому что это долгая история, и бегу обратно в Камышово.

Когда ты один, всё резко становится неудобным, но Гали больше нет…

В душу просачивается острое чувство вины.

«Надо было сразу сближаться с тварью и бить её током прямо через щиток», — начал терзать я себя рефлексией. — «Тогда мы бы сейчас возились с грузовиком вдвоём».

Добегаю до Камышово и вижу во дворе школы свору псов.

Вскидываю пулемёт и открываю огонь.

Три собаки падают замертво, а остальные разбегаются, но только для того, чтобы выйти из-под огня. Далее они начали использовать укрытия, чтобы подобраться ко мне незамеченными.

Только вот мне их манёвры прекрасно видны, поэтому я убиваю их всех, одну за другой.

Опыта за такую херню уже давно не дают, поэтому эти убийства абсолютно бесполезны. Ни единицы опыта.

Я от этих собак не чувствую даже тени опасности, поэтому закономерно — риска никакого.

Стаскиваю туши собак к школе, а затем иду к трупу черепахи.

Для неё я взял в одном из сараев толстый трос, с помощью которого мне нужно будет поднять это ебаное туловище на крыльцо школы.

Идея, как я могу загрузить эту здоровенную хуйню в КамАЗ, появилась у меня по дороге сюда — нужно просто применить мозги.

Обвязываю панцирь черепахи и её конечности тросом, впрягаюсь в него и начинаю тащить эту неподъёмную ношу к школьному крыльцу.

Как поднять это говно на крыльцо, а главное, зачем?

Как — это с помощью троса. В холле есть целых четыре колонны, одна из которых может послужить блочным элементом, который облегчит мне подъём трупа твари на крыльцо.

Перекидываю трос через ближайшую колонну, пристраиваюсь к жопе черепахи и начинаю тянуть трос и толкать жопу.

Брюхо черепашьего панциря начало ожесточённо скрипеть, трясь об бетон и уличный кафель, но я непреклонно тяну и толкаю, медленно продвигая четырёхтонную тушу по ступенькам.

Спустя семь минут мучений, туша оказалась на крыльце и я развязал её.

«Вот эта срань мне помешает», — рассмотрел я ограждение из покрашенных в коричневое труб.

Но их выкорчевать было совсем нетрудно — это отняло у меня несколько минут.

Осталось только ждать — нужен минимум час, а лучше два, прежде чем аккумуляторы зарядятся хотя бы на 20–30%.

А 20% — это минимально необходимый заряд, чтобы просто попытаться завести КамАЗ, стоявший на улице, обдуваемый всеми ветрами и заметаемый всеми снегами, хуй его знает, сколько времени…

«Надо подождать», — решил я. — «А чтобы ждать с пользой, нужно заняться чем-то полезным».

Следующие два часа я подвешивал тюленей на школьном фасаде и распарывал им глотки.

Полную разборку их я делать не стал, потому что нет времени, но спустить кровь и вырезать требуху — это необходимые действия, без которых качество мяса сильно упадёт, в ряде случае до полной непригодности к употреблению в пищу.

Время провёл с пользой, стараясь не думать о Гале. Получалось хреново — невольно возвращаюсь мыслями к ней и это ебёт меня прямо в мозг.

Снова бегу в Заречное и проверяю состояние генератора. С ним нихрена не случилось, и он продолжает исправно генерировать электричество.

«Заберу его с собой — хорошая штука, и в хозяйстве пригодится», — решил я. — «С энергией у нас проблем не намечается, но лишний генератор — это не лишний генератор».

Глушу агрегат, отсоединяю от него аккумуляторы и размещаю их на исходных позициях. Надеваю клеммы, после чего сажусь в кабину и начинаю ёблю со стартером.

Завёлся КамАЗ далеко не с первого раза, но, слава всем богам камазистов, завёлся — я отъехал на десяток метров и вылез из кабины.

Щебень почти весь высыпался из открытых бортов кузова, а затем я проехал ещё пару десятков метров, чтобы ссыпать прямо всё.

Закончив экспресс-разгрузку никому в этом мире больше не нужного груза, закрываю борта и еду в Камышово.

«А вот теперь самое сложное…» — подумал я, припарковав грузовик у школы.

Нужно аккуратно приставить прицеп к правому краю крыльца, причём ровно там, где лежит туша черепахи.

«Я буду с особым наслаждением есть этот черепаший суп…» — подумал я, взглянув на дохлую черепаху. — «И похуй, что ты когда-то ела людей…»

Тщательно всё взвесив, я понял, что моей водительской квалификации не хватит на точный манёвр, поэтому мне пришлось пойти по пути наименьшего сопротивления — я отсоединил прицеп и упростил себе задачу вдвое.

Припарковываю КамАЗ кормой к крыльцу, прямо перед черепахой, после чего ставлю его на ручник и вылезаю из кабины.

Осматриваюсь по сторонам и вижу ЭМ-поля минимум четырёх псин, которые осторожно заходят в село.

Мы шумели на весь район, стреляли и орали, поэтому все окрестные обитатели заинтригованы до крайней степени.