Молот Пограничья. Гексалогия (СИ). Страница 94

– Пущевик? – Я слегка замедлил шаг, разворачиваясь. – Это что за зверь такой?

– А это не зверь, ваше сиятельство. Он… ну, вроде как леший – только больше. В самой чащобе живет, поэтому так и называется. Ростом, говорят – да вот как бы не с эту сосну. – Жихарь вытянул руку, показывая на здоровенный ствол справа. – И сам на дерево похож, только корявый и страшный. Прямо как Рамиль.

Иван с Василием дружно захихикали, а шагавший следом за ними здоровяк со штуцером на плече обиженно засопел. Во время пеших переходов гридни всегда развлекали себя шутками, но конкретно эта ему не понравилась.

Почему‑то.

– Ты сам‑то этого пущевика видел хоть раз? – поинтересовался я.

– Неа. Его вообще мало кто встречал. А кто встречал… От него ж не убежишь – там один шаг в три моих роста. Враз догонит и схватит. – Жихарь взмахнул рукой, изображая, как огромное лесное чудовище ловит незадачливого гридня или искателя. И сожрет!

– Да ну тебя! – сердито отозвался из темноты Иван. – И так не видно ничего и сосны кругом, а еще байки эти…

– Да ты не переживай. Пущевик первым Жихаря сожрет. – В голосе Рамиля прорезалось мстительное удовольствие. – Он же у нас самый упитанный.

– Ну и что? Зато красивый! И вообще, я…

– А ну тихо! – буркнул я, поднимая вверх руку. – Хватит болтать. Пришли почти уже.

– Да где? – Жихарь остановился и чуть вытянул шею, вглядываясь в темноту над рекой. – Ничего не вижу!

– А вот он. – Я опустился на корточки. – Присядь – вот так вода не бликует.

Никогда не считал себя особо глазастым, но сегодня ночь почему‑то охотно делилась своими тайнами, а не упрямилась, как обычно. Или просто повезло, и тонкую черную полоску между рябью реки и тяжелым осенним небом я разглядел куда раньше остальных.

– А верно. – прошептал Иван где‑то через полминуты. – Видно мост. И вон еще Елена Ольгердовна на берегу стоит, ждет.

Наша провожатая успела уйти вперед метров на сто. А до моста от нее было еще примерно втрое больше…. Не так уж много. Точнее, вообще почти ничего – по меркам Тайги, где даже хруст ветки иногда слышно с другого берега Невы.

– Дальше идем молча, – предупредил я. – Будете болтать – голову откручу.

Вряд ли хоть кто‑то из дозорных торчал на берегу вместо того, чтобы сидеть в тепле под защитой крепких стен, но рисковать все же не стоило.

Гридни дружно закивали, и дальше мы шагали уже молча. А примерно через две сотни шагов я жестом велел остальным укрыться в тени деревьев и дальше пошел уже в одиночку.

– Здесь хорошее место, – раздался шепот из темноты впереди. – Или надо ближе?

Я не сразу разглядел Елену среди камней на берегу, но через несколько мгновений глаза подстроились, и на фоне здоровенного валуна проступил стройный силуэт в охотничьем костюме.

– Ближе? – так же тихо отозвался я, присаживаясь рядом. – Нет, не нужно. В самый раз.

Надежное укрытие. Крохотный мыс и впереди – безмолвная водная зыбь и мост вдалеке. Ворота я разглядеть не смог – для этого пришлось бы подойти втрое ближе – однако часть стены форта все же выглядывала из‑за деревьев. Свети луна чуть ярче, сквозь сосны наверняка было бы видно и дозорную башню… Но так даже лучше – значит, мы тоже скрыты от часового хвоей и ночными тенями.

Елена не ошиблась – место и правда отличное.

– Дотянешься? – тихо спросила она.

– Должен. – Я пожал плечами. – Попробую, во всяком случае.

Основа уже нетерпеливо подрагивала внутри, призывая поскорее освободить накопленную ману. Ее вокруг было столько, что резерв даже слегка переполнился, и сейчас вовсю подтекал. Можно сказать, в прямом смысле: взглянув на свою руку, я заметил, как ладонь чуть светится, а между пальцами уже прыгают в пляске озорные искорки.

Никаких типовых заклинаний – на этот раз я работал с чистой энергией Дара, обращая ее в пламя. Сил ушло чуть ли вдвое больше, чем на самый скромный Факел, зато удалось обойтись без шума и прочих ненужных спецэффектов. Я собрал всю мощь аспекта в одной точке, и влажное от волн дерево разогрелось настолько, что начало гореть.

Пламя вспыхнул прямо посередине моста и неторопливо поползло к берегам в разные стороны, жадно глотая бревна и доски. Мне даже пришлось чуть ослабить поток энергии, чтобы оно не сожрал дерево раньше времени. Судя по зареву над Невой, огонь разгорался так, что запросто перегрыз бы мост пополам за считанные минуты.

– Ну же, где вы там? – тихо проговорил я себе под нос, продолжая орудовать невидимым раскаленным ножом длиной в полторы сотни метров. – Сонные тетери…

И будто в ответ на мое ворчание над водой раздался протяжный вопль. Потом еще один, а через несколько мгновений где‑то за деревьями вспыхнул прожектор. Пятно света скользнуло по хвое, пробежалось по Неве, и яркий луч уперся в полыхающий мост.

– Забегали! – хищно выдохнула Елена у меня над ухом. – Сейчас начнется…

Уже началось. Пожар длился всего полминуты, а весь форт, судя по звукам, стоял на ушах. Уродливые вытянутые тени метались в свете прожектора, и шум за стеной все нарастал. Я не увидел, как распахнулись ворота, но кто‑то уже бежал по мосту. Один человек, за ним второй, третий… Похожие на муравьев крохотные фигурки копошились на самом края пожарища. Черпали воду ведрами из реки, передавали друг другу, снова лезли в реку – но все без толку.

Силы были неравны. Пламя добралось до сухой середины моста и даже без моей помощи полыхало так, что с ним справилась бы разве что пожарная команда – или матерый Одаренный с аспектом Льда. Ничем подобным местная публика, конечно же, на располагала – и понемногу начинала соображать, в чем дело.

Первыми наверняка сдались вольники. Я видел, как черные силуэты с рюкзаками скачут прямо через огонь, спеша поскорее добраться на тот берег Невы. Видимо, перспектива наутро тащиться пару десятков километров через Тайгу до Великанова моста их не слишком‑то привлекала. Особенно если учесть, что в конце пути их ждала бы не знакомая и привычная Гатчина или какой‑нибудь хутор в вотчине Зубовых, а владения грозного князя Кострова.

Который не так давно убедительно продемонстрировал, что случается с теми, кто служит его врагам.

Дружина – опытные бойцы, которым наверняка было велено беречь хозяйское добро любой ценой – пока еще держались. Вольники уже давно удрали, а плечистые силуэты все еще возились на мосту, передавая друг другу ведра с водой. И когда огонь все же заставил их отступить – попытались спасти свое главное сокровище.

За деревьями послышался натужный рев мотора, и в темноте на берегу вспыхнули фары. Водитель направил грузовик прямо в огонь – видимо, все‑таки надеялся проскочить раньше, чем пламя перегрызет мост надвое, и течение унесет обгоревшие бревна в сторону Котлина озера.

– Давай! – Я опустил ладони Елене на плечи. – Только не промахнись, пожалуйста.

Сам я с такого расстояния не попал бы в машину даже из дядиного «холланда» с оптическим прицелом. Но для кой, кого родовой Дар наделил силой Ветра, такой выстрел и в темноте оказался не слишком сложной работой. Тетива лука сердито щелкнула, и стрела помчалась над рекой, со свистом рассекая воздух. С такой скоростью, что я успел заметить, как за вода за ней расходится в сторону волнами.

Грузовик на мосту дернулся, замедляясь.

– Неужели ты во мне сомневался? – усмехнулась Елена, потянувшись к колчану. – Тогда смотри еще раз.

Разумеется, я с такого расстояния не мог увидеть, как остро отточенное острие пробивает шину, но в успехе уже не сомневался. После второго попадания грузовик прополз еще несколько метров, а потом остановился, замерев в нескольких шагах от моста. Водитель выпрыгнул из кабины и вприпрыжку помчался туда, где зубовские гридни все еще отчаянно боролись с пожаром.

– Судари – ваш выход! – скомандовал я, оборачиваясь к зарослям за спиной. – Пора нанести визит нашим друзьям!

Мост полыхал так, что вокруг уже стало светло, как днем, и через сотню шагов мы свернули в лес. И вскоре вышли на дорогу – видимо, ту же самую, по которой я удирал отсюда с Седым и сыновьями. Ветер с воды гнал дым нам навстречу, и если бы не яркое око прожектора, сияющее за деревьями, я, пожалуй, и вовсе промахнулся бы, выйдя не к форту, а Матерь знает куда.