Молот Пограничья. Гексалогия (СИ). Страница 85

– Может, и нету. Только уж лучше в лесу помереть, чем подлость сделать. У Лешки Хромого своя честь имеется! – Вольник встал и выпрямился, расправляя тощую грудь. – И что вы мне жизнь сохранили, Игорь Данилович – вовек не забуду!

Последние слова он говорил уже пятясь спиной к двери. Будто боялся, что я решу довести начатое на лесопилке до конца и сожгу беднягу прямо здесь, наплевав на позднее раскаяние. Или потащу за шиворот к урядникам, чтобы выбить показания.

Судя по суровой дядиной физиономии, сам он именно так бы и сделал.

– Ну что ж, судари. – Я повернулся обратно к столу. – Полагаю, сегодня нас ждет незабываемая ночь.

– Правильно полагаешь. – Горчаков хищно улыбнулся, сверкнув ледяными искорками из‑под бровей. – Прижмем этих недоносков?

– Непременно, Ольгерд Святославович. – Я подцепил кусок осетрины на вилку. – Только для начала я все же навещу Павла Валентиновича. Вряд ли его сиятельству захочется пропустить такое веселье.

Дождь лил уже часа три. С того самого момента, как мы оставили машины под окнами единственной приличной гостиницы в Орешке. И приличной не только на словах: мягкий полумрак коридоров и чистые, хоть и не первой свежести ковры на полу производили впечатление. Настолько приятное, что выходить обратно на улицу через заднюю дверь уже не хотелось.

Впрочем, мы и не собирались. Горчаков предлагал устроить засаду прямо на улице, но я решил не рисковать. Кто‑то из местных – может, даже сам владелец гостиницы – наверняка уже получил от зубовских гридней пару крупных банкнот, и внизу или снаружи полдюжины людей с оружием бы непременно заметили – но второй этаж был полностью в нашем распоряжении.

Я выкупил пять из семи номеров, а два оставшихся пустовали, и после полуночи сюда прислуга сюда уже не поднималась. Ковры глушили шаги, и даже будь у нас желание бродить туда‑сюда по коридорам, внизу наверняка бы все равно не сомневались, что гости уже давно крепко спят. Все – и гридни и трое благородных господ.

Которых, между тем, стало уже чуть больше.

– Доброй ночи, судари.

Снаружи сверкнула молния, и ее отблески на мгновение озарили высокую худощавую фигуру на пороге. Дядя от неожиданности выругался словами, которых мне еще не приходилось слышать. А Горчаков без всяких разговоров крутанулся на месте, зажигая на ладони голубые искры, чтобы шарахнуть невесть откуда взявшегося гостя какой‑нибудь острой сосулькой.

Я едва успел поймать старика за руку.

– Спокойно, Ольгерд Святославович, – усмехнулся Орлов, переступая порог. – Не в ту сторону воюете.

Я не стал спрашивать, как он сумел оказаться на втором этаже гостиницы, не мелькнув снаружи – хотя его совершенно точно не было у дверей под вывеской. И на лестнице, скорее всего, тоже – там дежурил Жихарь, который в темноте видел немногим хуже, чем днем.

У Тайной канцелярии свои пути, простым смертным недоступные и неведомые. А Одаренный с подготовкой сыскаря и развитым аспектом Ветра наверняка имел в арсенале пару трюков, о которых никогда не напишут в общедоступных справочниках. Не говоря уже об артефактах – а уж их‑то в столичных закромах сотни, если не тысячи.

Но даже если у Орлова и была в кармане какая‑нибудь шапка‑невидимка – от дождя она его не защитила. К гостинице его сиятельство благоразумно добирался пешком, и успел промокнуть насквозь.

– Не думал, что вы появитесь. – Дядя уперся в пол прикладом штуцера. – В такую погоду, да еще и среди ночи…

– Я тоже не думал, – проворчал Орлов, стаскивая с плеч надетый по случаю дождя кожаный плащ. – Если это ваше покушение, судари, окажется лишь выдумкой, Матерь клянусь…

– Не окажется. – Я прищурился, вглядываясь в темноту за стеклом. – Подойдите сюда, Павел Валентинович. Только осторожно – не хватало еще, чтобы они сообразили, что мы не спим.

Свет на втором этаже не горел давным давно, и в такую погоду заметить движение в окне смог бы разве что снайпер или Одаренный, но я все равно осторожничал и разглядывал улицу в щель между занавесками.

– Что там такое? – Орлов подошел поближе и навис над моим плечом. – Человек?

Я украдкой вздохнул – так быстро он заметил силуэт, прячущийся в тени на той стороне улицы. Самому мне понадобилось чуть ли не полчаса, да и получилось только потому, что соглядатай зачем‑то решил чиркнуть спичкой. То ли закурил, то ли просто решил хоть немного согреть замерзшие от ночного холода пальцы.

– Кто в своем уме станет там стоять в такую погоду? – Я осторожно отодвинулся от окна и поднялся со стула. – За гостиницей наблюдают.

– Знать бы только – кто. – Орлов уселся на мое место. – Скажите, князь, а этот ваш… источник – достаточно надежен? Ему можно доверять?

– Надеюсь, – вздохнул я. – Во всяком случае, это неплохо объясняет, чего ради Петру Петровичу понадобилось задержать меня в городе до завтра.

Я и сам уже изрядно сомневался, что этой ночью случится хоть что‑то. Вольник, в котором внезапно проснулась совесть, вряд ли соврал, однако и сам знал о планах своих товарищей не так уж и много. Точнее, почти ничего – а значит, вполне мог и ошибиться. Зубовы определенно задумали какую‑то гадость, но…

– Машина, – тихо проговорил сидевший у соседнего окна Рамиль.

– Две. – Орлов привстал и осторожно оттянул в сторону край шторы. – Две… Три машины.

– Ну вот, – усмехнулся дядя. – Какие вам еще нужны доказательства?

Я не стал даже выглядывать наружу – хватило и огоньков фар, мелькнувших за стеклом чуть дальше по улице. Автомобили остановились совсем недалеко, примерно в сотне метров. Зубовские головорезы то ли не блистали умом, то ли нисколько не сомневались в собственной безнаказанности. А может, просто поленились тащиться под дождем дольше пары минут.

Зато двигались почти бесшумно – я так и не услышал ничего, кроме далеких раскатов грома. И только оттеснив Орлова от щели между шторами, сумел заметить темные фигуры, крадущиеся по тротуару на той стороне улицы.

Шесть, восемь, десять… Всего двенадцать человек – считая того, что полночи дежурил напротив гостиницы. У некоторых за спиной на ремнях болтались штуцера с ружьями, однако большинство были даже без портупей – видимо, чтобы поменьше шуметь, пробираясь на второй этаж.

Двое быстрым шагом направились через дорогу. И не успели их силуэты исчезнуть за подоконником, как следом зашагали еще четверо, а потом и остальные. Осторожно, но суетливо, чтобы поскорее перейти кое‑как освещенную фонарями улицу.

– Дилетанты, – едва слышно усмехнулся Орлов. – Нет бы сразу по этой стороне двинуть…

Я мог только примерно представлять послужной список столичного сыскаря, но в нем наверняка имелись мероприятия посерьезней сегодняшней засады. Тайной канцелярии приходилось иметь дело и с иностранными шпионами, и с заговорщиками из числа наследников древнейших родов Империи, и с теми, для кого убийство себе подобных давно превратилось в ремесло.

– Лично я только рад, что на нас не охотятся профессионалы. – Я пожал плечами. – Возможно, мы сумеем взять их живыми… Хоть кого‑то.

– Уж постарайтесь, Игорь Данилович, – проворчал в ответ Орлов. – Обычно ваши враги умирают слишком быстро, а мне будет непросто допрашивать трупы.

– Ничего не могу обещать. – Я неторопливо направился к двери. – По местами, судари. Пора встречать гостей… И проверьте оружие – хоть, надеюсь, на этот раз обойдется без стрельбы.

Темнота за спиной отозвалась сердитыми щелчками.

Глава 16

– Тише, судари, – проворчал я. – Прошу вас, тише.

Ковры на полу глушили шаги, а толстые каменные стены гостиницы, построенной еще чуть ли не в позапрошлом веке, наверняка не пропускали ни единого звука, но Основа уже вовсю работала, накачивая тело маной. Мои чувства обострились до предела, и теперь даже малейший шум казался до невыносимого громким.