Повести и рассказы (СИ). Страница 25

Неудивительно, что большую часть времени он предпочитал проводить у себя, в лесу, на кордоне, где уже лет тридцать назад выстроил себе, как он это называл, «избушку», живя как сыч, и очень изредка появляясь в гостях у детей и внуков. Ну, чтобы не портить им имидж среди соседей и сослуживцев. Впрочем, иногда, ему, все-таки, приходилось появляться в своем бывшем доме, который когда-то он построил с ныне уже покойной женой, Натальей Владимировной, с которой прожил, ну не то, чтобы душа в душу, но, в общем, славно, почти пятьдесят лет. Нынче, в этом доме жил старший сын Сергея Тимофеевича со своей семьей… И как раз сейчас и настал такой случай. Поэтому и торчал Сергей Тимофеевич сегодня перед 3Dтелевизором в большой гостиной, ожидая, когда, наконец, припрутся эти чертовы проверяющие. Не смотря на то, что он в доме давно не жил, тот все равно был по-прежнему записан на нем, поскольку Сергей Тимофеевич, как пенсионер, имел заметную «социальную» скидку на налоги и коммуналку. Как понимал Сергей Тимофеевич, подобные скидки были одним из тех инструментов, которыми власть обеспечивала себе лояльность пенсионеров. За свою долгую жизнь пенсионеры научились довольствоваться малым и поступать (в том числе и голосовать) по принципу «как бы чего не вышло»… Но для сохранения этой скидки требовалось регулярно доказывать социальным службам, что он, по-прежнему, пользуется принадлежащей ему собственностью, что выражалось в необходимости лично встречать проверяющих и отвечать на их вопросы. Слава Богу, сестра невестки Сергея Тимофеевича, работавшая как раз в той самой социальной службе, своевременно оповещала семью сына о том, когда состоится очередная «внезапная» проверка. Вследствие чего Сергей Тимофеевич, по звонку сына, заблаговременно, вечером, приезжал в свой старый дом, ночевал на диване в гостиной, а утром, надев поверх пижамы домашний халат, усаживался перед 3D TV и терпеливо ждал, пока появятся скандальные тетки из социальной службы, чтобы предъявить им свою престарелую тушку и ответить на пару-тройку дебильных вопросов.

Телевизора Сергей Тимофеевич не любил, и на кордоне не держал, но делать до прихода социальных работников было все равно нечего, да и просмотр телевизора строго соответствовал «социальной возрастной поведенческой норме» — вот он и уперся в экран. Хотя смотреть было нечего. Ну если тебя, конечно, не привлекают дебильные, слезливые мелодрамы, безголосые певцы и певицы и тупые комедии для даунов, в которых тебе еще старательно подсказывают закадровым смехом в какой момент нужно смеяться. Новости по телевизору он тоже смотреть не любил, предпочитая не загружать мозг той лапшой, которую вешали на уши обывателю и либо вообще пребывать в неведении о событиях в мире, либо разбираться с ними самостоятельно, роясь в нете и собирая информацию с новостных сайтов разной направленности и свидетельств очевидцев событий, но сейчас был вынужден переключится на новостной канал. Ибо, полистав остальные, Сергей Тимофеевич понял, что только он один не вызывает у него позывов к рвоте. Однако, и оный недолго способствовал пребыванию Сергея Тимофеевича в, пусть и не безмятежном, но, хотя бы, только лишь слегка разраженном состоянии духа.

— Вот пидоры жлобские!- в сердцах воскликнул он спустя пять минут. И тут же из-за спины послышался голос правнука Тимофея:

— Деда, а ты что фашист?

Сергей Тимофеевич мгновенно развернулся в сторону правнука. Тимофею было пятнадцать лет, и он вошел в тот возраст, в котором дети становятся непоколебимо уверены, что уже полностью повзрослели и теперь отлично разбираются во всем на свете, а вот «предки», наоборот, ничего не понимают в жизни и, вообще, застыли в своем развитии в каменном веке. Так что тон Тимофея, который страшно ненавидел собственное имя и требовал ото всех обращаться к нему исключительно как к Тимати, был этаким насмешливо-снисходительным.

— И с чего это ты взял?

Тимофей снисходительно усмехнулся.

— А с того, что только фашисты ненавидят людей с альтернативной сексуальной ориентацией.

— Альтернативной?- Сергей Тимофеевич усмехнулся в ответ:- В мое время говорили с нетрадиционной, а сейчас, значит, даже упоминания о традиции стараются избежать. Вот значит как… А что касается фашистов, то… знаете, уважаемый и любимый мной молодой человек, вы не очень-то правы.

— То есть?- насторожился Тимофей. Как это он не прав? Да это просто невозможно. В пятнадцать-то лет…

— Среди фашистов было довольно много этих самых людей, как вы это называете, альтернативной сексуальной ориентации. Даже среди их верхушки.

— Как это?

— А вот так. К людям той самой альтернативной,- тут Сергей Тимофеевич не удержался и ернически выделил голосом это слово,- сексуальной ориентации принадлежал, например, человек, приведший Гитлера к власти, создатель штурмовых отрядов наци Эрнст Рем, потом им же являлся заместитель Гитлера по партии, которого тот перед самым нападением на нашу… на СССР, отправил договариваться с англичанами — Рудольф Гесс, а так же личный адъютант Гитлера Шауб и многие другие. Да и о самом Адольфе Алоизиче Шикльгрубере тоже разные слухи ходили. Что и немудрено с таким-то окружением.

— О ком?- недоуменно переспросил Тимофей.

— У-у-у,- протянул Сергей Тимофеевич,- как все запущено. Ты хоть знаешь, кто такой Гитлер?

— Конечно,- обиженно надул губы Тимофей.- Фашист.

— Не совсем,- усмехнулся Сергей Тимофеевич,- Гитлер — национал-социалист. А фашист, если уж быть точным — Муссолини.

— А-а-а,- с сомнением протянул Тимофей, явно слегка путаясь,- слышал. Только ты, деда, что-то путаешь. Гитлер — фашист, это всем известно.

— Нет,- мотнул головой Сергей Тимофеевич,- это ты путаешь… А знаешь что, принеси-ка мне твой учебник истории.

— Зачем?

— А хочу посмотреть чему там вас нынче учат.

Тимофей фыркнул.

— Ну, ты, деда, даешь — принеси,- он выудил из кармана плоскую плитку продвинутого коммуникатора со встроенным 3D экраном, пару раз шлепнул по ней пальцем и протянул ему,- на, смотри.

Но сразу посмотреть Сергею Тимофеевичу не удалось, потому что именно в этот момент позвонили во входную дверь. Это, наконец-то, приперлись проверяющие.

В гостиную они вошли в сопровождении невестки Сергея Тимофеевича — Ники.

— Тимочка, дорогой,- обернулась она к Тимофею,- пойди ненадолго в свою комнату.

— Ба, я — Тимати, ну, сколько можно повторять,- раздраженно буркнул тот, выходя из комнаты…

Общение с работниками социальной службы отняло около часа, после чего Сергей Тимофеевич занялся коммуникатором правнука. Впрочем, много времени это не заняло. Так что когда тот снова появился в гостиной, Сергей Тимофеевич уже погасил экран и положил коммуникатор на стол.

— Ну что, деда, убедился?- насмешливо спросил Тимофей.

— Да уж,- хмыкнул в ответ Сергей Тимофеевич,- слушай, а это точно учебник?

— Да,- кивнул правнук,- а что?

Сергей Тимофеевич вздохнул.

— Да так, ничего… Я вот что тебя хочу спросить — а ты знаешь, кто такой Александр Невский?

— Кто?- удивленно спросил Тимофей

— Святой равноапостольный князь Александр Невский.

Тимофей наморщил лоб, а потом задумался и неуверенно предположил:

— Генерал какой-то?

Сергей Тимофеевич хмыкнул.

— Ладно, проехали. А Суворова знаешь?

— Ну да,- уверенно кивнул правнук.- Известный демократический публицист. Критик кровавого тирана Сталина, раскрывший агрессивную сущность его людоедского режима…- он на мгновение замялся.- Я сам его не читал, хотя по программе положено. Там неинтересно все. Про войну… Так что реферат скачал из нета. Но у нас все так делают.

— Поня-тно. А маршала Жукова?

— Да что ты все про военных спрашиваешь!- возмутился внук.- Чего они вообще хорошего в истории сделали? Людей поубивали? Так этим гордиться нечем. Это вообще извращение — гордиться убийством и насилием.

— О, как!- удивился Сергей Тимофеевич.- То есть ни князьями, ни военными гордиться теперь нельзя. А кем можно?