Я иду возделывать сад (СИ). Страница 8

— Уже двадцать, — гордо сообщил он.

Марьяна переглянулась с господином Тьерселеном и оба они рассмеялись. Почему-то и с ним, и с этим товарищем его смеяться было легко. Почти как с Митькой Ряхиным, или с Оленькой, или ещё с кем из однокурсников. Будто свои.

— Так у вас ещё всё впереди, доучитесь, — улыбнулась ему Марьяна.

— Теперь обязательно, — серьёзно кивнул Саваж. — Мне неучёным никак нельзя.

Это точно, с его-то намерениями командовать!

Заглянула медсестра Марта, оглядела их, увидела, что сидят вокруг стола и смеются.

— Молодой человек, это вы наших несмеян рассмешили? Честь вам и хвала!

— Капитан Саваж пообедает с нами, — сказал господин Тьерселен.

— Очень хорошо, — согласилась Марта. — А после обеда пусть выведет вас обоих погулять, хотя бы недалеко.

— Непременно, — с улыбкой кивнул Саваж.

За обедом он болтал без умолку — вспоминал какие-то смешные истории, случившиеся на фронте с ним самим или с его знакомцами, и даже господин Тьерселен заразился этим смехом и тоже принялся что-то припоминать. Да и Марьяна кое-что вспомнила, и отважилась рассказать, и оба они слушали со всем вниманием, и тоже после смеялись. И так это оказалось хорошо… слушать, смеяться, не думать ни о каких решениях, коих вовсе не хочется принимать… так может быть, пока и не нужно?

Сказали — десять дней, вот и лечись, Марьяна Михайловна, десять дней. А потом… видно будет. Глядишь, и надумаешь что. А может, и батюшка тоже что-нибудь надумает, и думы эти к лучшему окажутся. Ведь и без мужей живут, всякое же случается, правда?

А ей можно и в управу магическую, и в больницу городскую, в Понизовецке таковых целых три. Если батюшка за неё слово замолвит господину статскому советнику Мещерскому, что губернское магическое управление возглавляет — тот ей и не откажет. А что, с нежитью она умеет, с другим всяким — тоже, отчего бы и не послужить?

— Скажите, господа, а во Франкии женщин-магов берут на службу? — отважилась она спросить.

— Не просто берут, у нас все маги на строгом государственном учёте, и обязаны служить, в отличие от простецов, и никогда не смотрят, мужчина или женщина, — сообщил Саваж. — И какого рода, тоже не смотрят, потому что главное — польза для государства. А у вас разве не так?

— У нас пока просто всех магов переписали и обязали учиться. А потом война началась. Но наверное, сделают так же, как и у вас, — и вправду, маги ценны и полезны, а после войны особенно, их же тоже много погибло, значит оставшиеся должны быть нужны.

— А вы к какой службе примериваетесь? — продолжал расспросы Саваж.

— Пока не знаю, — честно ответила Марьяна. — Но умею всё, что с моей силой положено.

— Так вы ж ещё и герой, все захотят, чтобы вы у них служили, и чиновники, и Академия — у вас ведь есть Академия?

И дальше уже просто говорили про Академию и про разную службу, говорили в основном мужчины, а Марьяна думала — а вдруг и вправду сложится какая подходящая служба?

Глава 11

Луи сам не заметил, как пролетел целый день — потому что Марианна и Жанно, они не дали скучать и думать о плохом. По словам Жанно выходило, что передвигаться, служить и приносить пользу любезному Отечеству можно и на одной ноге. И как-то в его устах все эти рассуждения звучали здраво, ну да он и вправду с юных лет наслушался от старших родичей всякого-разного про управление людьми, вот и умеет, наверное. И когда он отправился к себе в расположение части — порталом, прошу заметить, видимо, снова помог кто-то из старших родичей — Луи даже не огорчился. И потом они ещё посидели с Марианной в сумерках на скамейке у стены — пока не стало прохладно.

— Мне нравится, как пахнут цветы, — вдруг сказала она. — А вам?

Луи задумался. Потому что он вовсе не замечал здесь никаких цветов. А они есть, да? Ну есть какие-то, наверное, и кто-то даже за ними тут присматривает.

— А вы любите цветы? — нарвать ей с клумбы, что ли?

Или заказать из цветочной лавки в Верлене, здесь недалеко?

— Да, очень, — ответила она, не задумываясь. — Матушка дома у нас целую оранжерею развела, очень уж красиво. Не знаю, кто теперь за ней смотрит, верно, Наташа, жена братика Никиты, или Надюша, Алёшина жена.

— А у меня никто не смотрит, — вдруг сказал Луи. — Я даже садовника рассчитал, когда собрался на фронт. Наверное, зря?

И впрямь, вдруг там нужно было что-то делать? Клумбы-то были.

— Ой, зря, — тут же вздохнула Марианна. — Если цветы, так и нет их уже, наверное.

— Там цветы, и деревья, и даже маленький фонтан. В детстве всем этим занималась бабушка, мать отца, у неё ловко выходило. Но она не была некромантом, она как раз стихийница, и сила была ей в помощь. Наверное, нужно будет найти нового садовника, когда меня отправят отсюда домой.

— Конечно, нужно, — закивала Марианна. — Вдруг там ещё можно что-то спасти? Вы ж, небось, и дома-то давненько не бывали уже, верно?

— С начала войны, — подтвердил Луи.

— Почти три года, — проговорила она. — Ничего, я так думаю, что всё можно решить, если только захотеть. Вы вернётесь, сходите в вашу Академию, договоритесь о том, чтобы осенью там курс какой читать, и разом с тем найдёте садовника. И повара, и приказчика, и управляющего, и кто там ещё может быть нужен.

Луи даже и не знал, где ищут всех этих людей, но кивнул. Потому что — это какое-то конкретное дело, даже вот прямо план. Хоть бери и записывай. Первое — вернуться домой. Второе — нанять садовника. Третье — сходить в Академию к профессору Саважу. Можно даже не ходить, а просто связаться. Или наоборот, ходить, профессор Мальви сказал, что ногу нужно понемногу нагружать, а то вовсе толку не будет.

— О чём задумались? — спросила Марианна.

— О том, что за чем буду делать, — рассмеялся Луи. — Это же почти план действий, это хорошо.

— Вот и славно, — кивнула она. — Я тоже пытаюсь придумать… план. Это хорошо, когда план, и когда знаешь, что делать. У меня был план — завершить ученье и выйти замуж, но не вышло. И тогда я ученье-то и завершила, но от жениха сбежала на войну. А вот теперь нужен новый план.

— Прямо от жениха? — не поверил Луи.

— Если по правде, то я ему слова не давала, это батюшка его с собой прихватил, когда мой выпуск праздновали. А я взглянула, поговорила с ним и поняла — не хочу. И наутро поднялась рано и отправилась вместе с нашими записываться в добровольцы.

— А что же он? Не отправился за вами?

Луи подумал, что за такой барышней он бы и на край света пошёл, не только на войну. Пока был цел, конечно же.

— Куда ж ему на войну, он вдовец, детки малые, и даже никакой родни нет, чтоб с той роднёй деток-то оставить. Он потому меня и был готов взять, что ему жена нужна почти хоть какая, хоть бы и учёная, хоть бы и некромант.

— Почему «хоть бы»? — Луи ничего не понял. — Это ж наоборот, учёные маги ценятся, а некроманты так и вовсе.

— Это смотря для кого, — покачала она головой. — У нас в Понизовецке учёностью скорей уж напугать можно, то-то женихи ко мне в очередь не стоят.

— Да дураки они, вот и не стоят, — сказал он.

И подумал, что был бы цел — не ходил бы вокруг да около. Сказал бы прямо, что думает, и можно было бы для начала просто заключить брак в мэрии Верлена. А потом уже — как положено. Но кому он нужен хромым? Никому, наверное.

До войны Луи не задумывался о том, с кем связать свою жизнь и судьбу. Решится же как-нибудь? С дамами встречался, конечно, и с однокурсницами, только у них девушек-некромантов не было, ни одной. И не только с академическими, со всякими. Теперь же не хотелось показываться прежним знакомым на глаза. Они помнят его блестящим и дерзким, а увидят что? Развалину?

Конечно, профессор Мальви сказал, что развалиной ему быть не всегда, но как перетерпеть-то этот проклятущий год? Эх, если бы можно было как-нибудь упросить Марианну отправиться в Паризию, там представить её профессору Саважу, тот бы придумал, где ей остановиться и что делать, а через год Луи бы посватался… Нет, за год её непременно кто-нибудь уведёт. Даже и не некромант — пока обедали да беседовали, Жанно с неё глаз не сводил. Потому что и маг, и герой, и просто очень красивая девушка.