Сокращая дистанцию. Страница 12

– Ну тогда забились.

– Ага. Я позвоню тебе на днях.

– Окей. И мать заодно набери. Игнорировать родителей не по-пацански.

– А, так это ты по её наводке звонишь? – догадывается он.

– Ты услышал меня?

– Услышал-услышал. Наберу.

Скинув вызов, качаю головой. Макар всегда был нормальным пацаном, но в последнее время у него частенько отказывают тормоза. На предков он забивает, шабашит хрен пойми где. Надеюсь, это явление временное и скоро его мозги встанут на место. Главное, чтобы он натворить ничего не успел, пока содержимое его черепной коробки где-то прохлаждается.

– Ты доев? – на кухню заглядывает светловолосая моська.

Закидываю в рот последний вареник и прожевав его, киваю.

– Да.

– Тогда пошви.

– Куда?

– Ёвку будешь навяжать.

– А вы сами не справляетесь?

Встав, следую за мелкой командущей.

– Тебе тоже надо. Это же и твоя ёвка.

Логично. Усмехаюсь тому, как забавно подпрыгивают два хвостика на каждом шагу девчонки.

Когда захожу в зал, ёлка уже оказывается наполовину наряженной.

Верхушка только голая почти вся.

– Мы без твоей помощи не справимся, – с улыбкой разводит руками Ксеня.

По телеку звучит новогодняя музыка, на диване хаос из дождиков, а у Ксени на голове корона.

От этого зрелища мои губы плывут в улыбке.

– Тебе больше ангельские крылья подошли бы, – подхожу ближе, и отобрав у нее корону, насаживаю её себе на голову, сдвигаю на бок.

Карие глаза оценивающе бегут по моему лицу, а розовые губы сжимаются, чтобы сильно не улыбаться.

– Согласна. Эта корона создана прямо для тебя.

Дергаю бровью, мол, не опером мне надо было родиться, а мелкая в этот момент выкрикивает:

– Точно! Ты коволь – вагушонок.

Ваг… чего?

Охуев, опускаю на неё вопросительный взгляд.

– Лягушонок, – толкает меня плечом Ксеня. – Король-Лягушонок. Сказки братьев Гримм надо читать.

Ах, лягушонок.

А я-то подумал…

Хотя… королем вагушонок я тоже мог бы себя с легкостью ознаменовать.

Вероятно, на моем лице написана эта моя мысль, потому что Ксеня закатывает глаза и укоризненно вручает мне игрушку.

– Займись вот лучше делом, а то смотрю, у тебя бурная фантазия.

– Еще какая. Ты вообще многого обо мне не знаешь, – цепляю шар на одну из веток.

Девчонка заинтересованно складывает руки на груди и концентрирует на мне всё своё внимание.

– Так расскажи. Все-таки интересно, к маньяку мы заселились или нет.

– Ооо, ты зря ступаешь на эту тропинку, маленькая, – смеюсь, подхватывая из коробки еще один шар, а когда выпрямляюсь, сталкиваюсь с ней взглядами.

Ксеня улыбается, в глазах танцуют отблески от разноцветной гирлянды, а щеки отчего-то порозовели.

– То есть все-таки маньяк? – сощурившись, смотрит на меня с подозрением.

А у меня в памяти всплывает сон, который я видел сегодня ночью. Эти её приоткрытые губы, голое тело, жар, окутавший нас обоих, пока я трахал её.

Мммм.

– В какой-то мере, – уклончиво съезжаю, когда чувствую, что в паху тяжелеет.

И дабы не палиться, присаживаюсь на край дивана.

– Эй, ты еще не уквасив свевху, – тут же наезжает на меня мелочь, заметив, что я пытаюсь спетлять. Подходит, хватает за пальцы, и тянет на себя. – Вставай!

Ладошка у нее крошечная и пухлая. А силы столько, сколько у Зубова, когда мы с ним в спортзале месимся в спарринге.

Вот тебе и четырехлетка.

– Ну вы пока наряжайте, а я сейчас приду, – собирается свинтить Ксеня.

– Эээ, куда? – торможу её, ловя за талию.

Сам не понимаю, как это получается. Просто действую на автомате, как всегда. Обхватываю тонкую фигурку и тяну к себе. Женская кофта в этот момент сбивается на животе, от чего мои пальцы невольно касаются нежной кожи, порождая еще одну порцию разрядов за сегодняшний вечер. Мощных и статических.

Я застываю пораженный.

Вау. Это сильно. Даже по мозгам бьет.

Особенно когда мышцы на животе Ксени под воздействием прикосновения сокращаются. Она вздрагивает, а мои пальцы хотят еще этого тока и без моего на то позволения впиваются сильнее.

Она замирает, врезавшись в мою грудь плечом.

Вскидывает голову, и мы проникаем друг в друга взглядами. В ее зрачках плещется – ошеломление и полная неожиданность, в моих – ооо, лучше ей не видеть, что там в моих.

Потому что слова про маньяка больше не будут казаться такими уж безосновательными.

– Смотви, Тоша, как красиво, – звонкий голос Виты прорывается сквозь густой туман, в который мы с ее мамой угодили на каких-то тридцать секунд.

– Я вижу, – раздается осуждающе со стороны двери.

Мля.

Реальность придавливает мгновенно.

Дистанция же.

Ксеня махом выворачивается из моих рук, а я попадаю под расстрел темно-коричневых глаз ее брата.

– Тебе нвавится? – не замечает нашей безмолвной баталии мелочь.

– Нет, – отрезает он, по очереди глядя сначала на Ксеню, потом на меня. – Не нравится.

Адресует ответ совершенно точно нам, вкладывая собственный смысл, но Вита расценивает его иначе.

– Неть? – разочарование в детском голосе настолько горькое, что мы все втроем резко перемещаем взгляды на неё.

Малышка сжала губы, подбородок начинает дрожать.

Ну вот…

У меня внутри всё сжимает от того, сколько обиды в этих простых детских движениях. Уже собираюсь отвлечь её, как Тоха соображает первее.

– В смысле, елка очень красивая, – пацан молниеносно меняется в голосе и подойдя к племяшке, приседает перед ней на колени. – Прям крутая, Витусь.

Примирительно тискает ее за щеки и улыбается. Впервые за два вечера тепло. И вот в этой улыбке я теперь вижу в нём копию Ксени.

– Ты умница, – хвалит племяшку, прижимая к себе.

На то, чтобы успокоиться и поверить в лестные слова малышке требуется всего десять секунд. Вот бы все женщины так умели.

Она тает, обнимая его за шею и выкручивается.

– Пойдем, поможешь мне ввевху навядить.

Поднявшись с колен, пацан проходит мимо, не преминув при этом еще раз полоснуть меня взглядом, а потом сажает Виту на плечи.

Я отступаю.

Ксеня-таки успела свинтить на кухню, а я не придумываю ничего лучше, чем отправиться в душ. Не думаю, что им сейчас сильно необходимо мое присутствие.

Стоя под горячими струями, прогоняю в памяти ощущения, которые вызвало простое прикосновение к девчонке.

Мда, Красавин, неделя без секса имеет губительные последствия. Уже от обычных прикосновений вставляет. Надо все-таки позвонить Яне, пока она в городе, а то еще несколько дней и вообще кидаться на людей начнешь.

Запрокинув голову назад, позволяю каплям смыть с себя это временное помешательство. Когда выхожу, понимаю, что все трое еще в зале.

Накинув на себя спортивные штаны и майку, чтобы не провоцировать подрастающее поколение, останавливаюсь в дверном проеме.

Картина умилительная. Ксеня, Вита и Тоха сидят на диване, втыкая в телик.

– Смотви, мы закончиви, – заметив меня, Вита тычет пальцем на ёлку.

На той уже верхушка, утыкающаяся в самый потолок и прикрытая игрушками верхняя часть.

– Супер. Получилось круто, – заслуженно хвалю.

– Ты не против, что мы сели фильм посмотреть? – спрашивает Ксеня, – Если хочешь лечь, мы пойдем ко мне. Только скажи.

– Не против. Смотрите.

– Давай с нами. Ты любишь новогодние комедии? – приглашающе улыбается, не замечая, как челюсть ее брата в этот момент дергается.

Он не смотрит на меня, намеренно втыкает в экран, но вибрации хлещут такие, что просто атас.

– Не люблю, – отрицательно мотаю головой. – Отдыхайте.

А потом развернувшись, сваливаю на кухню. Пусть Тоха не волнуется. Идиллию их нарушать я не собираюсь. Да и не моё это – торчать перед теликом, пусть даже в такой приятной компании.

Глава 13. Ксеня

После того, как на экране появляются титры, я выключаю телевизор. Витуля сползает на пол и топает в нашу спальню, а Антон направляется в свою.