Замуж не напасть. Страница 8

– А это у вас что за товар? – поинтересовалась я.

– Так это… – торговец почесал в затылке, – которые без струн рамы. Это если сразу на весь дом заказывать и своего мага вызвать. Рамы-то хорошие, дубовые, но только вам-то зачем? С магом дороже выйдет. Это ежели кто хочет особую защиту поставить, ежели дом, к примеру, у кладбища или в каком плохом месте… или, значитца, младенцы в доме имеются, к которым нечисть дюже люто липнет…

– А цена?

– А что цена? – озадачился лавочник. – Я же говорю, для особых случаев.

– У меня как раз особый случай, – не покривив душой, сообщила я.

– Так бы сразу и сказали, – расслабился мастер. – А то зыркаете так, будто и впрямь нити видите.

– А вдруг вижу? – улыбнулась я.

– Шутите? С магическим зрением-то, дэнья, вы сейчас тут не отоваривались бы, – подмигнул мне мастер. – Что по цене, это смотря сколько штук возьмете. Размеры стандартные, Гильдией назначенные, не ошибетесь.

– Пять средних и две маленькие, – подсчитала я, учтя оконца в ванной и прихожей.

– За три злата отдам, меньше не просите, это же дуб, ему сносу нет. И струны на него лучше всего ложатся. Еще внуки ваши пользоваться будут и мастера Брюи благодарить, – засуетился лавочник.

Мы обсудили стоимость установки. Я заверила мастера, что на примете у меня уже имеется хороший маг. Мол, родственники мои очень переживают, что я одна живу. Денег дали на обустройство и ремонт.

Мастер обещал прислать рабочих на следующий день, утром. А я мельком бросила, что договорюсь с магом на вечер. Сама же я собиралась просто перевесить волшебные струны со старых окон на новые.

Стекла я заказала в соседней мастерской. Упомянула, что прислал меня сюда мастер Брюи, и получила хорошую скидку. В голове зрела неясная, но смелая мысль.

Глава 5

Контора у Центральной площади, так называемая Городская Магическая Атрибуция общего направления, располагалась на втором этаже внушительного двухэтажного здания. Кроме офиса атрибуции, в нем находились почтамт, жандармерия и издательство газеты «Голос Фейтауна».

Я вошла внутрь, робея. Из отделения почты доносился стук штампов, из издательства – стрекот печатных машинок, а пухлый жандарм орал что-то в рожок телефона. Лестница казалась оживленной улицей – столько народу носилось по ней вверх-вниз. К счастью, на ней соблюдался принцип левостороннего движения, и я осторожно присоединилась к потоку наверх.

Толпа вынесла меня на второй этаж. Я оценила обстановку (шумно, накурено, душно) и нашла дверь, у которой толпились молодые девушки и дамы. В основном скромно одетые, в нарядах, похожих на мой. Почти все прижимали к груди пухлые папочки. Резюме? Подтверждение дара? У меня, понятное дело, ничего такого не имелось. Ладно, за спрос денег не берут… надеюсь. Что терять-то? Рано или поздно что-нибудь подыщу.

А пока я назвала свое имя регистратору, девице, судя по лицу, близкой к обмороку из-за духоты, и встала у стены, прокручивая в голове свою идею. Если закупать рамы и самой ставить на них нити… а потом продавать… Неплохая задумка, но где взять струны? Что это за материал такой, гибкий и пластичный? Из привычных аналогов напрашивался только природный каучук.

Я так размечталась, что чуть не пропустила свое имя. Прошла в небольшую комнатку, в которой помещались только стол, стул и книжный шкаф.

Господин средних лет, сидевший за столом в окружении стопок с бумагами, поднял на меня взгляд. Честное слово, захотелось погладить его по голове – столько усталости и безнадеги было в его глазах. Учитывая, сколько соискательниц он уже опросил, ему было сложно позавидовать.

– Имя? – сипло изрек чиновник.

– Хелена Хант, – послушно отозвалась я.

– Сертификаты, рекомендации… – господин опустил глаза к бумагам и не глядя протянул руку.

– Э-э-э… не имеется. Я впервые устраиваюсь на работу податчицей.

– Магический дар?

– Третий разряд… но документов тоже нет, пропали при… – я на миг задумалась: пожаре? наводнении? – Видите ли, я приехала с Севера, а там…

– С Севера? – чиновник вдруг впился в меня взглядом, заволновался и даже порозовел. – Вы, случайно, не из Хантов, живших возле поместья Хиллкроу? Постойте-ка, – мужчина пощелкал пальцами. – Да, точно! Хелена! Дочь дэна Герберта Ханта, учителя фехтования?

– Да! Да! – пробормотала я, пятясь к двери.

Меня узнали! Вернее, не меня, а Хелену! Это плохо? Пора паниковать? Хелена ведь явно от кого-то пряталась!

Но господин выскочил из-за стола, пробрался на середину комнаты между стулом и шкафом и принялся неистово трясти мне руку.

– Конечно, дэнья Хелена! Как я сразу вас не узнал! Вы выросли такой красавицей! Я был учеником вашего отца! Бирьен, Рафаль Бирьен, помните? Наверняка не помните, вы тогда были малы. Когда я узнал о пожаре, чуть с ума не сошел от горя. Говорили, что и вы погибли! Как хорошо, что это не так!

– А я как рада! Да, случился пожар. Но понимаете, мне нельзя особо распространяться о том, что я жива, – слова как-то сами складывались на языке. Создалось ощущение, что Хелена неоднократно тренировала это объяснение. – Дело в том, что дознаватели ищут причастных… к делу… к пожару.

От мелкой тряски чуть не прикусила себе язык. Но услышав о дознавателях, господин Бирьен отпустил мою руку и округлил глаза:

– То есть… пожар не был случайностью?

– Есть такое подозрение, – я понизила голос до доверительного шепота. – Однако сами понимаете, это тайна следствия. Мне нельзя никому об этом рассказывать. Вы единственный, кому я могу довериться. Я же вас помню. Ученик отца, Руфаль Бирьен.

– Рафаль.

– Ну да, отец вас всегда хвалил…

– Шутите? Я был его худшим учеником! Всегда проигрывал в спарринге.

– … хвалил за настойчивость… – выкрутилась я.

– Да? Как это мило с его стороны. Он всегда был очень добра ко мне.

От осознания факта сопричастности к великой тайне… и от лести, разумеется, чиновник повлажнел глазами, покрылся красными пятнами и еще больше засуетился:

– Я рад, бесконечно рад, что встретил вас сегодня. Я все понимаю… Ваше положение, потеря семьи и дохода… К себе вас взять не смогу, у нас требуются сертификаты… но обязательно подыщу для вас местечко. А пока… вот…

Господин Бирьен вернулся за стол, вытянул какой-то бланк из левой стопки и начал быстро что-то на нем писать.

– Это распоряжение… Предоставить вам материальную помощь. Мне выделяется некая сумма, которую я могу распоряжаться на свое усмотрение: для помощи безработным, вдовам, беженцам, нищим…

Нищим? Замечательно! С другой стороны, положа руку на сердце я отношусь по крайней мере к двум категориям из четырех.

Бирьен подал мне чек. Шесть златов и пять больших сребров. Это немало. Смогу продержаться, пока не решу вопрос с сертификатами.

Выскочив из Атрибуции с приятно звякающим кошельком, я немедленно отправилась в знакомый переулок, переваривая услышанное от дэна Бирьена.

Итак, прежняя владелица этого тела скрывалась. Было бы логичным назваться другим именем, например, погибшей девушки, с которой беглянка была знакома раньше. Хелена Хант была дочерью учителя фехтования и, возможно… погибла в пожаре. А та, что была в этом теле до меня… о ней я ничего не знала. На заборе мочало, начинай сначала. И чью сестру мне искать?

В переулке ремесленников я отыскала лавку мага, руководствуясь нетипичным принципом: как можно меньше покупателей и как можно больше хлама на продажу. Не хотелось привлекать к себе лишнее внимания, учитывая, что запрос у меня был деликатный.

Лавка полностью меня удовлетворила. В нее никто не заглядывал, полки ломились от непонятной пыльной… фигни. На краю прилавка лежали… ноги, вполне себе живые, судя по тому, что у меня на глазах одна из них почесала другую. Ноги были длинными, а их продолжение издавало вялое похрапывание.

Маг, если это был он, дремал, покрыв лицо марлей, видимо, от первых мелких весенних мушек, обильно заполонивших магазинчик. Я деликатно кашлянула. Храп прекратился, из-под марли донеслось сонное: