Меченосец. Головы гидры (СИ). Страница 23

Особняк Марка Вальшева располагался на одной из окраин, окруженный садом. Его стены из темного камня поднимались на три этажа, увенчанные острыми шпилями. Окна светились тусклым светом, а у ворот маячили фигуры стражников — их было много, слишком много.

Прямой путь к воротам был самоубийством. Мы свернули в сторону, к задней части особняка, где забор был ниже. Тени деревьев укрывали нас, пока мы крались вдоль ограды. Я подал знак, и Тощий — ловкий и жилистый парень, вскарабкался по решетке как. Секунда — и он спрыгнул по ту сторону, бесшумно приземлившись на траву.

Мы снова ушли в тень, выжидая патрульных, что ходили вдоль ограды постоянно. Несколько ударов и парни прилегли отдохнуть в тени деревьев. Калитка скрипнула, открываясь. Тощий махнул нам рукой, и мы проскользнули внутрь один за другим, пригибаясь к земле. Сердце колотилось, дыхание было коротким, но мы двигались слаженно, будто стая хищников на охоте.

Территория особняка раскинулась перед нами: ухоженные сад с подстриженными кустами, мощеные дорожки. Тишина казалась обманчивой, готовой в любой момент взорваться криками и звоном стали. Мы направились к деревянным сараям у дальней стены. Мы надеялись найти там что-нибудь, что поможет нам устроить хороший отвлекающий маневр. Мы прятались за кустами, прислушивались, затаив дыхание и двигались дальше, пока наконец не добрались до первого сарая. Дверь была не заперта. Я толкнул ее плечом, и мы вошли.

Внутри пахло деревом и чем-то едким. В полумраке я разглядел штабеля ящиков, мешки с зерном и.… бочонки. Небольшие, но увесистые. Внутри плескалась жидкость. Я вскрыл один и поднес руку, пробуя содержимое. Это оказалось масло. Улыбка мелькнула на моем лице. Это было лучшее, что мы могли найти. «Тащим их наружу, — шепнул я. — Разольем вокруг дома и подожжем». Матросы кивнули, не задавая вопросов. Они сразу поняли, что я задумал. Это было очевидно, учитывая наш план. Мы тут же начали выкатывать бочки, стараясь не шуметь, хотя каждый скрип досок под ногами звучал как гром в этой звенящей тишине.

Мы вытащили бочонки, откупорили их и принялись разливать масло на эти сараи, вокруг особняка, на другие постройки. Я лил также и вокруг дома. Пусть он и не загорится, потому что каменный, но видимость нам тоже полезна.

Дело было почти сделано, когда все испортил простой случай.

— Эй, кто там⁈ — голос стражника, резкий и близкий прозвучал как гром среди ясного неба. Он вышел из-за угла и осматривался, пытаясь понять, откуда слышал шум и тут его взгляд упал на открытый сарай. Стражник нахмурился, прошел вперед, подозрительно осматриваясь.

Мы замерли, стараясь даже не дышать. Слишком бдительный стражник вышел из-за угла и поскользнулся на масле.

— Что за бесовщина⁈ — выругался он. — Кто разлил масло⁈ — он наклонился, нащупывая рукой настоящую лужу и тут до него дошло.

— Тре…! — успел крикнуть он, прежде чем мой топор влетел в его голову.

— Ты чего орешь там, Стиви⁈ — крикнул его напарник. Внезапно он решил проверить товарища, выглянул и увидел труп с топором в голове. Я скрипнул зубами. Только подумал, что все обойдется, но нет. — Тревога! — заорал он, глазами полными ужаса уставившись на нас. Где-то в ночи послышались встревоженные голоса. Топот множества ног начал стремительно приближаться.

— Бей! — рявкнул я, бросаясь вперед. Скрываться уже не имело никакого смысла.

Матросы бросились следом, и двор взорвался хаосом. Сталь зазвенела о сталь, крики смешались с хрипами раненых. Я рубанул первого стражника по плечу, он вскрикнул и рухнул, но на его место тут же встал другой. Удар пришел слева — я увернулся и срубил голову еще одному. Но их число росло. Они высыпали из-за углов, из-под деревьев, из дверей особняка, будто рой ос, потревоженный камнем. Мы дрались яростно, но нас теснили. Мои топоры мелькали в неровном свете фонарей, кровь брызгала на камни, но каждый поверженный враг сменялся двумя новыми. Нас точно ждали. Ну не могло такое количество стражи дежурить в пустом особняке. Сволочи, предполагали, что мы придём.

— Их слишком много! Это засада! — крикнул Тощий, отбиваясь от здоровяка с дубиной. Он был прав. Марк ждал нас. Это была ловушка.

Из теней выступила фигура в длинном плаще. Это был Алекс собственной персоной. Стоял поодаль с наглой и самоуверенной улыбкой. Похоже, думал, что мы уже у него в плену.

— Сдавайтесь! Вы окружены! — рявкнул он, поигрывая рапирой. — Неужели вы думали, что мы не догадается какой вы, можете предпринять ход⁈ Идиоты. Оружие на землю и тогда я подумаю пошалить вас или накормить вашими трупами рыб!

— Пошел нахер! — бросил я, плюнув в его сторону, и рванул к особняку. Матросы последовали за мной, отбиваясь на ходу. Мы ворвались внутрь через боковую дверь, захлопнув ее за собой. Тяжелый засов лязгнул, но этого было мало.

— Баррикадируйте двери! — крикнул я, раздумывая над тем, что нам очень повезло. Особняк имел решетки на окнах первого этажа.

Мы тащили все, что попадалось под руку: столы, стулья, шкаф с посудой, который рухнул с оглушительным грохотом. Все это мы сваливали у дверей. Снаружи Алекс орал, его голос пробивался сквозь толстые стены: — Вам все равно не выбраться! Лучше сдайтесь! А вы что смотрите⁈ — это он рявкнул уже на стражников. — Тащите лестницы, идиоты! Ломайте двери!

Стражники бросились на двери, принялись бить в них чем-то тяжелым. Дерево трещало, но держалось. Пока.

Я и несколько человек поднялись на второй этаж, ожидая, когда прибудут сотрудники с лестницами. И тут до меня дошло.

— Бочки! — крикнул я, вспомнив про масло. Мы разлили его снаружи, и оно ждало искры. Тощий схватил арбалет, мы намотали на болт кусок тряпки, вылили на него найденное лампадное масло. Тощий зарядил им арбалет, подожгли. Он высунулся в окно и выстрелил в ближайшую бочку. Стрела с горящей тряпкой вонзилась в дерево, и масло вспыхнуло. Огонь рванулся вверх и пошел по разлитым нами дорожкам, охватывая особняк по кругу и хозяйственные постройки. Все вспыхнуло мгновенно. От сараев повалил густой дым. Стражники заметались в панике. Кто-то из них загорелся. " — Хорошенький сигнал для Джона, " — подумал я, соображая, как теперь нам отсюда выбраться.

Стражники снаружи орали, перекрикивая друг друга.

— Гасите огонь, идиоты! Гасите его, мать вашу! — громче всех драл глотку Алекс. — Ломайте двери! Вытаскивайте этих ублюдков оттуда!

Несколько стражников притащили мешки с песком, попытались потушить им огонь. Мы в это время уже разместились у окон. Тощий выпустил еще одну стрелу, угодившую в плечо стражнику. Тот рухнул на своего товарища. Мешок упал на землю Огонь разгорался все сильнее. Пламя уже принялось лизать стены особняка. Какие-то смельчаки умудрились кинуть длинную лестницу к окнам второго этажа и полезли прямо над пламенем. Я заметил их вовремя и столкнул лестницу вниз. Дым уже ел глаза, горло драло от кашля, но мы продолжали обороняться.

Наша задача — собрать здесь всю стражу, отвлечь их, дать Джону время. Мы бросали в нападающих все, что попадалось: подсвечники, куски мебели, бутылки, создавая еще большую панику.

Алекс не отступал. Он собрал всех стражников, которых мог, и они по команде закинули на особняк лестницы. — Вперед! — ревел он. — Вытащите их живыми или мертвыми!

Дверь внизу рухнула. Стражники прыгали внутрь через огонь. Мы встретили их лицом к лицу. Я рубанул первого, кто ворвался, топор вошел в его грудь, как в масло. Второй бросился на меня, но я увернулся и ударил его рукоятью в висок. Хаос поглотил нас: крики, кровь, звон стали. Алекс стоял на улице, готовый ворвался следом, клинок его рапиры сверкнул в свете огня. Он смотрел прямо на меня.

— Ты пожалеешь! — прорычал он.

— Уже жалею! — крикнул я в ответ, отбил удар стражника и раскроил ему череп. — Иди сюда! Осуществи свои угрозы! Что ты там стоишь, мелкая ты сучка⁈ — провоцировал я его, ожидая команду от Тощего.

Тот должен был, пользуясь моментом, создать для нас путь отступления. Для этого у него имелся с собой трос и специальный арбалетный болт с трезубцем.