В ловушке времени (СИ). Страница 23

Да как она смеет?!

Злость опалила разум. Безумно захотелось разразиться гневной тирадой, влепить этой нахалке звонкую пощечину. Такую, чтобы не устояла на ногах! Неимоверным усилием воли я сдержалась.

Не годится дворянке опускаться до уровня склочной базарной бабы.

Я пристально посмотрела на хамку, уверовавшую в свою безнаказанность:

— Ольга Сергеевна, в нашем государстве есть древний закон. Его практически не применяют, о нем мало кто помнит, но все же он действует, — я выдержала нужную паузу и продолжила: — За оскорбление чести представитель дворянского рода имеет полное право обратиться в полицию и потребовать высечь простолюдина. Процедура происходит прилюдно. Наказание — двадцать ударов розгами по обнаженным ягодицам. Хотите испытать на себе?

Мегера округлила глаза, побледнела.

— Вы этого не сделаете. Я гораздо старше вас, — прошептала она непослушными губами.

Надо же, о возрасте вспомнила. Разумеется, нет никакого желания смотреть, как ее будут пороть. Если еще немного надавить, мегера начнет извиняться. Но толку-то? Завтра все опять вернется на круги своя.

Присев, я открыла сумку. Достала униформу официантки и балетки. Выпрямившись, положила вещи на кровать. Сняв ветровку, вопросительно глянула на мегеру.

Та сориентировалась моментально:

— Переодевайтесь и ступайте в зону для фуршета. Она организована на смотровой площадке, возле лифтов. Разносите сок. Правая рука за спиной, на левой ручник прикрывает край манжета. На поднос ставите, — она запнулась, — двадцать стаканов. Опытные официанты носят по тридцать, но вам будет тяжело с непривычки.

Хм-м. Забота? Неожиданно.

Я молча кивнула.

— Не прохлаждаться, посуду не бить, гостям не перечить. За каждое нарушение — штраф. Это не моя прихоть, а условия договора, — важно объявила Ольга Сергеевна и с привычной издевкой добавила: — Вы же наверняка его внимательно прочли, — задрав подбородок, она с независимым видом удалилась.

М-да уж. Чудес не бывает.

Сменив футболку и джинсы на рубашку с юбкой, я переобулась. Аккуратно сложив свою одежду в стопочку, пристроила сверху на сумку, рядом притулила кроссовки.

Возможно, стоило бы позавтракать. Но есть совсем не хотелось, а заставлять себя не видела смысла. Поправив волосы, я вышла на улицу. Синее-синее небо. Солнце светит, птицы щебечут, пахнет морем и летом. Красота, да и только.

Увы, настроение — хуже не придумать. И нет, повлияла не стычка с мегерой. И даже не омерзительная догадка о причине ненависти барона к моему роду! Душу глодало дурное предчувствие. Казалось, случится что-то очень плохое.

Да что может произойти-то? Опять внезапно умру? Так не впервой. Если вдруг погибну особо изощренным способом, все равно не страшно. Целая и невредимая опять очнусь в автобусе, делов-то.

Успокаивая себя, я шла по тропинке к смотровой площадке. А на сердце становилось тяжелее и тяжелее.

Глава 14

Барон Краснов

Хозяин «Жемчужины Черноморья» снова собирался на свадьбу. В этот раз прежде упрямившиеся запонки застегнулись без проблем.

«Вот что значит опыт», — иронично хмыкнув, Костя снял со стойки галстук.

Накинув его на шею, подошел к ростовому зеркалу. Без участия сознания пальцы принялись привычно и уверенно формировать безупречный узел. По-хорошему, барону следовало бы прямо сейчас садиться за расчеты, а не идти на светское мероприятие. Но, увы, придется. И нет, не из-за опасений обидеть своим отсутствием княжескую чету Бастрыкиных. Завтра они и не вспомнят, что его не видели. Константину для работы не хватало информации. Той, которая находилась на теле Лизы Тереховой.

«Где могут быть символы? Может, на голени? Или на плече? Под рукавами футболки я не смотрел. Хорошо бы там. Если же в тех местах, которые приличные девушки показывают только врачу и мужу, задача еще больше усложняется», — Костя недовольно поморщился.

Послышалась трель мобильного. Поправив воротник сорочки, он вышел из гардеробной в гостиную. Взяв со стола телефон, принял звонок:

— Краснов, слушаю.

— Константин Александрович, это Гордеев, — сдержанно представился невидимый собеседник. — Докладываю, на территории без происшествий, все охранники вышли на работу. По дополнительным бойцам договорился. Будут у нас к семнадцати часам. Придут морем.

— Почему не на машине?

— В пятнадцати километрах от пансионата на аварийно-опасном участке трассы был камнепад. Дорогу и до завтра вряд ли расчистят. К тому же случился еще один серьезный обвал, где пострадали люди. Жертв нет, но у МЧС запара. К нам пока автомобилем не добраться. Только по воде, ну или по воздуху.

«Опять обвал? Выходит, это природное явление — не спонтанный сдвиг петли, а узловой момент, который не меняется. Надо будет «завтра» перепроверить, — отметил для себя Краснов. — Плохо, что записывать бесполезно. Придется все запоминать».

— За девушкой, которую вы привезли, как и просили, присматриваем. Не постоянно — по мере возможностей. В текущий момент она находится в подсобной зоне официантов, натирает бокалы. Что касается Смирнова, — из динамика послышался тяжелый вздох. — О вашем решении я ему сообщил, он…В общем, не в восторге. Пошел к вам.

— Ясно. Работайте, — распорядился Краснов и нажал на отбой связи.

Размышляя о временной петле, он вернулся в гардеробную. Надев стильный темно-серый пиджак, вновь подошел к зеркалу. Внимательно оглядев отраженного двойника, поддернул рукава рубашки, пряча манжеты.

Во входную дверь громко постучали. Спустя миг в гостиной послышались тяжелые шаги.

«Это что-то новенькое. Кто у нас такой бессмертный? Смирнов, что ли?» — удивился Краснов.

Подправив и без того идеальный узел галстука, барон обернулся. В дверях стоял опальный начальник службы безопасности.

— Доброе утро, господин барон. Гордеев сообщил, что вы меня понизили и теперь он руководит СБ. Это правда?

— Да, — лаконично ответил Краснов.

— Константин Александрович, если у вас имелись претензии к моей работе, вам стоило сказать мне об этом лично, а не передавать информацию через подчиненного. Это оскорбительно.

— Разве вы в тот момент не спали? — индифферентно поинтересовался Константин.

Смирнов заиграл желваками на скулах. Совладав с эмоциями, процедил:

— Я не обязан круглосуточно патрулировать территорию. И имею право на отдых. Вы могли мне позвонить. Явился бы к вам в течение пяти минут.

— Не вижу смысла звонить сотруднику, который двадцать четыре часа в сутки должен быть на связи, однако на ночь ставит мобильный на беззвучный режим, — ровным тоном сообщил Краснов.

— Какой «беззвучный режим»?! С чего вы это взяли? Недоумок Гордеев сказал? Константин Александрович, это наглая ложь! Я даже в туалет хожу с телефоном!

В голосе Олега было столько искреннего возмущения, что ему хотелось поверить. Да вот только Краснов прекрасно помнил, как «вчера» названивал теперь уже бывшему начальнику СБ, а в ответ слышал лишь длинные раздражающие гудки.

— Понимаю, почему Гордеев наплел вам с три короба. Я не хотел выносить сор из избы, но иного выбора уже нет. Те нарушения, которые вы выявили минувшей ночью, — это результат неисполнения моего распоряжения именно Гордеевым! У меня нет заместителя, работы валом. Не могу же я разорваться? — с негодованием вещал Смирнов. — Гордеев не простой охранник, а старший смены. Производил нормальное впечатление. Еще позавчера я приказал ему вызвать на сегодня всех охранников и связаться с проверенным агентством. Я был уверен, что утром увижу и всех своих бойцов, и нанятых дополнительно. А тут на тебе! Мало того что этот лысый идиот ничего не сделал, так еще и выкрутился! И так ловко, что меня под удар подвел!

«Я не я, и лошадь не моя. Во всем сволочи-подчиненные виноваты. Руководитель, мать его! Отличный "подарочек" подкинул мне Бастрыкин. Где только это сокровище отыскал?» — Краснов с интересом рассматривал бывшего начальника своей СБ.