Кавказский фронт (СИ). Страница 41

Капитан перебил «клерка»:

— В таком случае мы поступим следующим образом: оставшегося военспеца не эвакуировать — хороший стрелок или подрывник мне однозначно пригодится. Также нам пригодится пусть даже и десяток курдов… Если я правильно понял, мы ведь не просто так отпускаем бороды, верно? Для большей похожести на горцев?

Стюарт лишь согласно кивнул — к слову, кивнул он с самым довольным видом.

— Следовательно, объединившись с группой курдов, нам проще будет перемещаться, ориентироваться на местности, легче сохранить «легенду»… И для отвлекающего маневра — Гас и сам не заметил, что говорит все более и более увлечённо, а в голове его уже формируется план. — горцы вполне подойдут! Лишнего оружия — и особенно патронов — тем более не бывает. И я предлагаю сперва сбросить пару контейнеров со стволами и патронами, и посмотреть, как пройдёт высадка в первую ночь… Пусть ваш человек заберёт оружие и спрячет его в тайнике. И если первый этап операции с десантированием груза пройдёт без эксцессов, то это будет добрый знак для всей группы!

Генри, впрочем, не стал уточнять, что если самолёт с грузом перехватят русские истребители, или же район высадки оцепят и прочешут советские войска — то это будет явный признак того, что операцию нужно менять и дорабатывать… Но «клерк» все прекрасно понял — и лишь кивнул в ответ:

— Рад, что не ошибся в вас… Сэр. Уверен, вы действительно справитесь с личным заданием премьер-министра — как и в том, что эта наша встреча точно не последняя!

Гас молча пожал протянутую ему руку. Сказать по-правде, столь убежденное заверение «клерка» его несколько смутило — впрочем, кэп не предал смущению особого значения… И стоит ли говорить, что после того памятного разговора, состоявшегося буквально на днях, интенсивность подготовки коммандос взвинтили до предела? Вот уже и ночной, «контрольный» прыжок должен состояться текущей ночью.

А дальше… Дальше Гаса и его группу ждёт Сирия — и первая в истории британских коммандос боевая задача.

Глава 18

… — Дух захватывает!

Я не смог сдержать невольного возгласа — открывшийся с высоты стратовулкана Немрут вид на расположенный в десяти километрах восточнее Татван, прилегающий к нему залив озера Ван — и высящиеся напротив горы действительно впечатляет! Впрочем, мне-то хорошо — я могу просто постоять на горе и полюбоваться живописными видами, а вот артиллеристам майора Панина приходится ой как несладко… Попробуй, раздолбай каменный грунт для капонира под массивную гаубицу МЛ-20! Эти махины едва сумели закатить в гору с тягачами даже на малую высоту — с которой, впрочем, дивизион майора сможет держать под огнём все окрестности… А прежде всего, шоссе — ведущее как на Битлис, так и на Муш на несколько десятков километров.

Не шибко легче приходится зенитчикам и казакам. Первые роют капониры для своих самоходок (СУ-6 с 37-мм зениткой на броне имеет соответствующие гаубице габариты), а сотня кубанцев вынуждена развернуть полноценный опорный пункт на подступах к батарее! Все же мощные гаубицы калибра 152 миллиметра, развернутые на господствующей высоте — это, пожалуй, самое мощное «сдерживающее» оружие из того, что имеется в моем арсенале.

Так что и охрана им требуется соответствующая…

Чуть ниже, на южном скате вулкана, развернут ещё один опорный пункт. Он прикрывает подъем на высоту — и держит под прицелом развилку дорог на запад, в направлении Муша, и на юг… В направлении Битлиса — по данным разведки, уже занятом марокканскими стрелками из числа французских колониальных войск.

Опорник хорошо укреплен — четыре дивизионных Ф-22, две казачьих «сорокапятки» и три полковушки кубанцев, пара полковых миномётов. Ещё сотня казаков — и три танка «Т-34» в капонирах. Точно такой же опорник развернут на противоположной стороне долины и прикрывает непосредственно Татван. А между ними рассосредоточены все имеющиеся в первом батальоне (вернее сказать, уцелевшие) экранированные «бэтэшки». Одиннадцать танков, зарытых в капониры на расстоянии метров девятьсот друг от друга… И каждый при этом прикрыт взводом казаков, оборудовавших собственные оборонительные пункты.

Впрочем, лёгкие танки выступают не самостоятельной боевой силой, а лишь цементируют оборону армянской стрелковой дивизии. Опорники же кубанцев, развёрнутые в тылу красноармейцев, выступают в качестве второй линии обороны…

Собственно говоря, моя дивизия выполнила стоящую перед ней, первоочередную задачу. Выступив на острие прорыва вглубь Западной Армении, мы вышли к Вану и обогнули озеро… Теперь, однако, настал черёд обороны — обороны от турецких союзников, идущих из Сирии. В связи с чем моя дивизия снова разделилась — третий батальон (танки Т-26) и батальон мотопехоты выдвинулся от Татвана в сторону Муша, а затем и Бингёля, перекрывая ветку шоссе из Сирии к Эрзеруму, и одновременно создавая угрозу последнему с юга… В этом же направлении наступает казачья «Терско-Ставропольская» дивизия и две армянских пехотных. Ещё одну «территориальную» с ванского направления сняли вместе с Акименко, по Алашкертской долине направив их к Карсу, теперь уже занятому РККА… Впрочем, накал боев на Эрзерумском направлении только нарастает — турки спешно перебрасывают свои резервы из Малой Азии именно к Эрзеруму, так что сейчас там действительно «жарко»! И хотя две оставшиеся «национальные» стрелковые дивизии зачищают мои тылы от недобитых турецких подразделений — и наиболее воинственных отрядов курдского ополчения… Вскоре, чувствую, их также перебросят на восток — по крайней мере, ещё одну дивизию так точно перебросят.

Конечно, я был против дробления собственного подразделения. Но командование фронтом предъявило убийственный в своей логике аргумент… РККА на южном турецком направлении достигла намеченных рубежей, и дальнейшее наступление на тот же Диярбакыр нецелесообразно из-за труднопроходимости местности и растягивающихся коммуникаций… С другой стороны, именно у Татвана узкое «горлышко» шоссейных дорог, ведущих из Сирии, наиболее удобно оборонять. Но для обороны десяти километров фронта между горами не требуется присутствия сразу двух танковых батальонов!

Тем более, что поддержку мне окажет также и дивизионная артиллерия армян, развернутая ближе к Татвану…

Ну что тут скажешь? У командования своя логика — и логика, в целом, убедительная. Когда танковые части атакуют, нужно концентрировать их в ударный кулак прорыва. Но когда наступает время перейти к обороне, то танкистов можно и рассосредоточить, «цементируя» боевыми машинами оборону пехотных частей… А после страшного боя в засаде, из-за которого мой начштаба надолго выбыл из-за тяжелого ранения — и где были практически целиком разбиты санбат и рембат… После него моя стойкость к сопротивлению командирской воле упала к нулю. Я был просто раздавлен этим поражением и потерями, да и сам лишь по счастливой случайности избежал гибели… К тому же сказались пусть и лёгкие, но беспокоящие, болезненные ранения.

Впрочем, выводы я для себя также сделал. И теперь, помимо табельного ТТ с единственной запасной обоймой я ношу в карманах галифе ещё четыре магазина — а через плечо неизменно переброшен ремень ППД. Более того, я соорудил себе брезентовый жилет-разгрузку с четырьмя ячейками под запасные рожки — и двумя чехлами под гранаты… Причём жилет этот так понравился осназовцам, что и те принялись мастерить себе подобные «разгрузки».

Да, Лаврентий Павлович буквально рассвирепел от наглости британцев, умудрившихся совершенно незначительными собственными силами организовать курдскую засаду в горах. Он много чего пообещал наглосаксам, вроде горящей «земли под ногами»… Собственно, армяне уже и приступили к зачистке курдских поселений, давших бойцов для атаки на колонну. В одном из них «нашлись» и уцелевшие британцы; к вящему сожалению наркома, агента МИ-6, пытавшегося отстреливаться из каменной сакли, просто и без затей закидали гранатами. Это потом уже выяснилось, что в бою участвовал британец — и что в укрытие его находился раненый товарищ и рация… Увы, гранатами побили всех и вся.