Заноза для соседа. Тает все (СИ). Страница 2

– Как это «гуляй»? – вдруг возмущается он. – Я бы хотел принимать участие в воспитании…

– Хотя бы одного себе взять готов? – Прищуриваюсь на него.

Товарищ дает петуха:

– Хотя бы ОДНОГО? Двойня?

– Чего-то ты мелочишься? Пф, двойня. Из-за двоих я бы даже не стала тебя искать, – отрезаю я, делая приглашающий жест на свою территорию.

Бледный, как средневековая недевственница перед брачной ночью, папаша проходит сначала во двор, потом в дом.

Походу, он в таком шоке, что не обращает внимания, что в бодрые минус двадцать шесть гуляет в одной футболке. Видя, как мужика колбасит, я немного успокаиваюсь.

Все-таки женщинам важна справедливость.

Вот, теперь ему тоже плохо. Так и должно быть.

Скидываю зипун, спиннываю валенки и маню за собой виновника огромного числа проблем.

Он идет за мной, мрачнея с каждым шагом.

– Страшно, да? – злорадно спрашиваю я. – А ведь можно было всего это избежать. От кастрации еще никто не умирал…

– Что? – Встает товарищ как вкопанный. – И почему вы привели меня к сауне? Вы что? Детей в предбаннике держите?

Голос его полон негодования!

– Потому что тут теплее всего. – Закатываю глаза и нагнувшись, выдвигаю из-под стола, на котором храню банные принадлежности, коробку с высокими бортами. – Батарея тут самая горячая.

Я предъявляю огорошенному мужику шесть пухлявых рыжих комков, дрыхнущих так, что не разберешь, где морда, где жопка.

Тишина в предбаннике заставляет меня нервничать.

– Только не надо говорить, что не признаете цвет! Один в один, и белая галочка на шее у всех.

– Коты… – медленно проговаривает мужик.

– Если быть точными, то четыре кота и две кошечки, но это не точно. Сами знаете. Потом может быть сюрприз.

– Коты и кошечки, – снова повторяет он.

– Именно. И это сделал ваш наглый питомец! Вы, значит, не кастрировали, не следили, а он мою Шашечку уже второй раз обрюхатил! И каждый раз по шесть котят! Вы знате, сколько это нервов, денег, времени? Хотя бы имеете представление, что это такое, когда твоя невинная маленькая девочка возвращается домой после грязного мужика? А потом мучается и рожает, а?

– Вам нужны были алименты на котят? – ошарашенно переспрашивает тип, который начинает казаться мне странным.

– Ну, конечно! А вы что подумали?

И тут я осекаюсь. Я ведь ни разу не сказала ему, что речь идет о зверье…

Ну охренеть, мужик!

Ну ты даешь!

Глава 3

– То есть ты решил, что у меня от тебя человеческие дети? – Таращу на него глаза, пытаясь переварить снизошедшее на меня откровение.

– А что я должен был подумать?

– Ну, например, что дети – это, как правило, пусть и необязательное, результат секса. У нас с тобой его точно не было!

– До того, как ты сняла свой тулуп, я тоже был в этом уверен.

Вот же ж наглая рожа! Еще и на ты без разрешения переходит! Ну да ладно, я тоже ему тыкаю.

– И что потом подкосило твою уверенность? – Упираю я руки в боки.

– А потом я подумал, что на такое я мог польститься… – Сосед окидывает меня взглядом, и я переполняюсь возмущением.

То есть, он еще и успел что-то там разглядеть по пути от прихожей к предбаннику? Значит, рано я успокоилась. Стресс был недостаточно силен. Он даже махровую кобелистость не задвинул на задний план. Кто-то слишком быстро пришел в себя.

И куда это он глаза пялит?

Товарищ, не скрываясь, шарит глазами по обтянутому термобельем телу. Наряд с одной стороны абсолютно закрытый, с другой стороны – фантазировать ничего не нужно.

Самое пристальное внимание достается соскам, топорщащим лонгслив в стратегических точках.

Я надеюсь, индивид не думает, что это они от восторга по поводу сомнительного комплимента? Просто сквозняк из окна. Из вредности складываю руки на груди, и только тогда соседушка смотрит мне в лицо голубым льдистым взглядом. Так невинно глядят только законченные мерзавцы со снегоуборочной машинкой.

Да. Я никак не могу ему простить владение этой техникой.

Где он был, когда меня заваливало снегом?

– Я не мешаю подробному осмотру? – ядовито уточняю, потому что наглец продолжает неторопливо меня разглядывать.

– Вовсе нет, но могли бы и помочь, – в тон мне отвечает мужик.

Ты посмотри на него. Кто-то отошел от шока и теперь думает, что ему дали право слова?

В ответ я тоже начинаю рассматривать, что там выросло за забором.

До этого момента я даже не обращала внимания на внешность соседа, меня волновало только то, что он крупный, тяжелый и плохо движимый объект.

Высокий. Шея крепкая, плечи широкие, грудь мощная, но без излишней мясистости. Терпеть не могу, когда у мужиков сиськи больше, чем у меня.

Бицуха рельефная, но умеренная, что говорит нам о том, что товарищ не тратит все свободное время на тренажерку, но поддерживает себя в форме. Живот плоский. Ноги длинные, ступни узкие, носки чистые.

Относительно.

К ним уже прилепился клок шерсти Шашечки.

Так, что тут у нас еще…

Ой нет. Не туда.

Поднимаю глаза на небритую физиономию.

Ну что тут скажешь. Гад. Породистый. Ебливый. Бабами избалованный.

Хорош, и знает об этом.

Есть типаж мужиков, которые прям действуют на женскую сущность. У них и взгляд, провоцирующий на флирт, и смешинка в глазах. Флюиды от них идут, влияющие на дам самым похабным образом. Самый наглый тип мужиков.

И этот из таких.

Вот прям подходит к описанию любого героя женского романа из книг, которые мне присылают на редактуру. Подбородок волевой, твердая линия рта, нос крупный, прямой, скулы высокие.

Говнюк.

– Это не важно, на что бы ты польстился, – фыркаю я. – Я бы точно на тебя не позарилась.

Четкая бровь недоверчиво изгибается.

– И что с тобой не так? – переходит на «ты» охамевшая особь.

– Для начала я не делаю детей с тем, чьего имени не знаю. – Поджимаю я губы.

– Стах, – тут же представляется сосед.

– Это что? Предложение? – картинно ахаю я. – Созрел для детишек.

– Нет, но готов к продолжительным тренировкам.

И ведь вижу я, что он просто троллит меня, но в его тоне есть что-то такое, намекающее, что стоит мне продемонстрировать малейший интерес, и интенсивный тренинг мне будет обеспечен. И кардио, и растяжка. Силовые, я полагаю, этот кобель берет на себя.

– Для начала потренируемся на кошках, – напоминаю я Стаху о причине его присутствия у меня в доме.

– И что ты предлагаешь? Сколько надо? Я переведу.

Я снова завожусь. Денег на животин уходит не мало. Это пока их кошка кормит, но ведь еще ветеринары есть! Но ведь это не самое главное!

– Сразу понятно, какой из тебя папаша получится. Так легко ты не отделаешься!

– Чего ты хочешь, женщина? – вздыхает он.

– Во-первых, после нового года нам нужно в клинику. Я безлошадная, так что ты нас повезешь. – Начинаю я загибать пальцы. – Во-вторых, ты должен съездить и купить деткам приданое, с которым их раздавать нужно. В-третьих, найди хотя бы пару будущих хозяев. В-четвертых…

– Так. Стоп!

– Уже в кусты? – психую я. – Подкинул проблем и умываешь руки?

– Погоди ты буянить. Как тебя зовут, котомать?

– Люся, а что?

– Давай так, Люся. У меня сейчас гости. В выходные я отдыхаю. Ты тоже собираешься в ветклинику не завтра. Я тебе дам номер своего телефона, и мы будем решать проблемы по мере их поступления. Идет? – И смотрит наглыми глазюками.

И вроде дело говорит, а бесит.

Он сейчас пойдет виски с гостями жрать, а я останусь высиживать выводок котов.

Рыжих.

Это звездец. Я с прошлым рыжим нашествием чуть не поседела, а тут новое.

– Номер телефона и снегоуборочную машинку. – Я решаю, что мне требуется компенсация.

Кажется, я сражаю Стаха своим требованием в самое сердце. Он даже закашливается.

– Заметано! – И протягивает руку, предлагая скрепить договоренность пожатием.

Я берусь за широкую сухую ладонь, но не спешу ее отпускать.