"Фантастика 2026-58". Компиляция. Книги 1-26 (СИ). Страница 312

Возможно, и Аня об этом знала. Может быть, мы вместе там ездили до Прихода? А может, она едет именно в ту точку, которую я обязательно должен вспомнить, и эпизодически проверяет, не появился ли я там?

Может, у нас там какое-то условное место встречи? Что-то вроде тайника или точки где можно оставить сообщение?

Эти мысли пролетали в голове одна за другой, и я не мог от них избавиться. Было в этом предположении что-то логичное. Как именно могло бы разворачиваться наше воссоединение, если бы у меня не отшибло память, и я помнил всё?

Ведь вполне возможно, что есть какое-то условное место — образно говоря, «наше место», которое нас связывает. И она регулярно оставляет там какие-то метки для меня, какие-то знаки или сообщения.

Ведь я же был в «списке». Возможно, Аня это видела, отслеживала изменения в статусе. Или же моё имя в списке изначально было неактивным — я же был в коме?

А сейчас статус изменился на «жив», и она это заметила. Сделала определённые выводы о том, что я восстановился, помню прошлое. И теперь мчится к тому самому месту, надеясь, что я тоже туда приеду.

Логично. Если у нас действительно была договорённость о встрече в экстренной ситуации, то такое поведение вполне объяснимо.

Но это всего лишь были мои догадки и домыслы, в которых ещё нужно было разобраться. Надеяться, что в своих суждениях я прав, но не строить слишком больших иллюзий.

— Эй, философ! — окликнул Дима. — Ты там что, медитируешь? Пора двигаться!

Я встряхнул головой, возвращаясь в реальность.

— Да, всё. Думаю, знаю, куда нам ехать.

— И куда же? — поинтересовалась Вика.

Вывод был один — нужно двигаться в том же направлении, куда едет Аня. И как можно быстрее, пока она не передумала и не уехала оттуда.

— В сторону Увата. Там есть одна придорожная остановка — кафе «Уют», заправка, шиномонтаж. Я видел это место глазами Ани. И, кажется, помню его из прошлого.

Мы вытолкали Ниву из гаража, поскрипывающие ворота неохотно раздвинулись, выпуская на свет покрытый пылью автомобиль. Машина выглядела неплохо — кузов без серьёзных повреждений, стёкла целые, резина видно, что не новая, но ещё вполне пригодная для езды. Видно было, что хозяин заботился о своём железном коне.

Потом пришла очередь Урала. Тяжёлый мотоцикл с коляской еле помещался в узком проёме гаража, и нам пришлось изрядно попотеть, чтобы выкатить его наружу. Дима осмотрел его со знанием дела.

— Нормальный аппарат, — заключил он. — Советская техника, надёжная. Если завести удастся, то пройдёт не одну сотню километров.

Я спросил Диму, умеет ли он управлять мотоциклом. Тот кивнул, что да. В армии приходилось, мол, на всём ездить — и на мотоциклах, и на БТРах, и на грузовиках. Тогда, говорю, мы с Викой берём Ниву, а вы с Кирой поедете на мотоцикле.

— Не проблема, — кивнул он. — Кире в коляске самое то будет. Да и манёвреннее будет, чем на машине.

Кира сначала засомневалась — мотоцикл казался ей менее безопасным, чем автомобиль. Но выбора особого не было, а Дима уверял, что справится с управлением.

— Главное — держись крепче, — посоветовал он ей. — И если что пойдёт не так, сразу кричи мне.

Я заметил, что выхлопная на урале в нескольких местах была прогоревшая. Металлические трубы покрылись ржавчиной, в некоторых местах виднелись дыры размером с пятирублёвую монету. Так что рычать он должен был — мама не горюй. А лишний шум — это лишние проблемы. Мало ли что здесь водилось в развалинах домов и подвалах.

— Надо бы где-то подальше заводить, — сказала я, оглядывая пустые окна домов. — А то если тут кто живёт…

— Согласен, — кивнул Дима. — Выберемся из города, тогда и будем пробовать.

Порыскав по соседним гаражам, мы нашли в одном из них крепкий буксировочный трос. Старый, но ещё целый, без серьёзных потёртостей. Привязали его к мотоциклу за специальную проушину в передней части рамы.

— Нормально держит, — сказала она, дёрнув за трос. — Не оторвётся.

Сами же с толкача завели Ниву. На удивление, та завелась довольно легко — всего несколько метров разгона, включил вторую передачу, отпустил сцепление, и двигатель ожил. Работал он довольно тихо, без лишней вибрации и посторонних звуков.

Заглянув сзади под машину, я заметил, что выхлопная стояла новая, ещё даже нигде не проржавевшая. Блестящая нержавейка, аккуратная сварка, качественные хомуты. И даже ржавчины в помине не было видно — качественно сделали.

— Видать, перед самым Приходом её обслужили, — заметил Дима, тоже разглядывая глушитель. — Повезло с машиной.

Это действительно радовало. Новая выхлопная означала тихую работу двигателя и меньше шансов привлечь внимание.

Мы привязали на трос мотоцикл к Ниве. Дима уселся за руль Урала. Я же сел за руль Нивы, Вика устроилась рядом с автоматом наготове.

— Поехали потихоньку, — сказал я, включив первую передачу. — Без рывков, чтобы трос не порвать.

Выехали из городишка осторожно, стараясь идти практически на холостом ходу. Повсюду валялись обломки стекла, куски штукатурки, ржавые детали неизвестного назначения. Некоторые дома были разрушены почти полностью, от других остались только стены. Жизни тут не было уже давно.

Отъехав на пару километров от города, мы выбрали подходящий пустырь — ровную местность, с которой издалека можно было увидеть возможную опасность. Холмик посреди равнины, поросшей сухой травой и редким кустарником. Идеальное место для того, чтобы возиться с техникой.

После этого, отвязав трос, мы принялись заводить Урал. Мотоцикл никак не хотел подавать признаки жизни — стартером тут и не пахло, только кик-стартер, и приходилось дёргать его ногой снова и снова.

— Давно стоял, — пояснил Дима, снимая воздушный фильтр. — Топливо в баке есть, но до карбюратора не доходит.

Он поковырялся в карбюраторе, проверил топливные шланги, подкачал несколько раз топливо специальной кнопкой на карбюраторе. Из него потекла тонкая струйка бензина — система начала наполняться.

— Теперь должно получиться, — сказал он, вставая в полный рост над кик-стартером.

И в итоге с десятого или пятнадцатого раза дёргания ногой рычага Урал наконец затарахтел и завёлся. Звук был действительно оглушительным — прогоревшая выхлопная ревела как дракон.

— Работает! — крикнул Дима, перекрывая рёв мотора.

Но, буквально поработав секунд десять, двигатель снова заглох. Топливо в поплавковой камере кончилось, а новая порция не успела поступить.

— Это хороший признак, — сказал Дима, когда в воздухе рассеялся запах несгоревшего бензина. — Раз завёлся, значит, будет работать. Искра есть, компрессия нормальная. Может шланг где зашлаковался.

Снова подкачав топливо в карбюраторе, он дёрнул ногой рычаг, и на этот раз мотоцикл завёлся с первого раза. Двигатель работал ровно, без перебоев, только выхлопная по-прежнему издавала душераздирающие звуки.

— Ну что ж, техника готова, — сказал Дима, заглушив мотор. — Теперь дело за малым — определиться с маршрутами.

— Пути наши здесь расходятся, — сказал я, псомотрев на Диму.

Молча постояв несколько минут, глядя по сторонам, я протянул руку Диме:

— Ну, не поминайте лихом. Сам понимаешь, дальнейшего совместного пути у нас не получится.

Тот крепко пожал мою ладонь, потом тихо сказал:

— Спасибо вам. Серьёзно. Не каждый согласится связываться с чужими проблемами и влезть в бой.

— Мы же люди, — пожал плечами я. — Нужно друг другу помогать, иначе все передохнем.

Кира тоже подошла попрощаться. Обняла сначала меня, потом Вику:

— Берегите себя. И найдите свою Аню.

— Найдём, — уверенно ответила Вика. — И не только её. Не сомневайся.

Дима завёл Урал — на этот раз мотоцикл ожил сразу, с первого удара по кик-стартеру. Кира забралась в коляску, устроив рюкзак у себя на коленях.

— Ну, поехали! — крикнул Дима, включая передачу.

Мотоцикл дёрнулся с места, набирая скорость. Кира помахала нам рукой, потом крепко ухватилась за поручни коляски. Урал удалялся по просёлочной дороге, оставляя за собой облако пыли и оглушительный рёв прогоревшей выхлопной.