Адмирал моего сердца, или Жена по договору (СИ). Страница 22

Оба мужчины понятливо кивнули. И торопливо исчезли. Я же…

— Аэдан? — позвала.

Он снова пялился в никуда, не обращал на меня совершенно никакого внимания, напряжения в широких плечах ничуть не убавилось. Именно поэтому я совсем не ожидала того, что, как только я позову его по имени, он тут же сгребёт меня в охапку и прижмёт к себе вплотную, после чего тихонько прошепчет мне на ухо:

— А поцелуй меня ещё раз.

Виска коснулось его горячее дыхание, а мужчина глубоко втянул в себя воздух — намеренно медленно, неспешно, словно наслаждаясь, пробуя и разбирая. Меня.

Вдох. Выдох.

И моё тихое:

— Что, прямо сейчас? А если кто-нибудь придёт?

Как назло, вокруг не наблюдалось ни одной живой души. Если кто и был, так достаточно далеко от нас, ближе к замку. Или не столь уж и назло?

— Если не сейчас, то другая такая возможность сегодня ещё не скоро представится, — окончательно запутал мысли и застал меня врасплох муж.

Дыхание на моей коже стало ощущаться ближе, ярче, соблазнительнее, а кончики его пальцев опустились на мою шею. Мягко, нежно, едва задевая, слегка поглаживая, он вёл вверх-вниз, вдоль левого плеча. Почти невинно. Но так искушающе. Он — вёл. Я — проигрывала. Пока моё сердце выплясывало кульбиты в грудной клетке.

— Аэдан…

Вряд ли вышло достаточно громко и внятно. Голос меня предавал. А тёмный взор оказался напротив, захватил, загипнотизировал, околдовал. Пальцы сместились с шеи, коснулись моих губ, слегка надавили, мягко прошлись по ним, опять спустились к горлу и ещё ниже, в район декольте, провели по самому краю ткани, прикрывающей грудь. Как молнией пробило. Насквозь. Неумолимым разрядом. Пронзило, сожгло рассудок и все сомнения. И я сдалась. Позволяя забрать своё дыхание. Теряя не только возможность свободно дышать. Задыхаясь в плену настойчивого и даже немного жадного поцелуя. Не менее алчно отвечая на эту ласку. Впиваясь пальцами в широкие плечи. Обнимая. Изо всех сил. Прижимаясь к мужчине всем телом. Максимально близко и тесно. Жаждая. Отдавая. Отбирая не меньше. Наслаждаясь. Изредка хватая ртом воздух. Теряя счёт времени. И только для того, чтобы начать всё сначала. Ровно до тех пор, пока наше уединение внезапно не прервало женское и властное, громкое, подобно раскату грома на горизонте:

— Что здесь происходит?!

В меня будто ещё раз молния шмальнула. Я вздрогнула и отпрянула от мужчины, как ошпаренная. Хотя это вряд ли помогло возвести достаточную дистанцию, учитывая, что у адмирала Арвейна было совсем иное мнение на этот счёт. Он так и не позволил мне далеко отстраниться, пока сам разворачивался лицом к той, кому принадлежал голос.

Не знаю почему, но холодный оттенок чистейшего блонда, витыми глянцевыми локонами обрамляющий женское лицо, меня удивил. Я зависла, разглядывая невысокую статную блондинку, которой с виду было едва ли больше сорока с небольшим. Облачённая в струящееся до самой земли платье дымчатого цвета, наглухо застёгнутое под горло, она смотрела в ответ строго, с ноткой упрёка и в явном ожидании пояснений.

Отвечать ей никто не спешил.

— Я разве не передал вместе с господином Рудбергом все свои настоятельные пожелания о том, чтобы ни одного постороннего на территории поместья не осталось к тому времени, как мы прибудем? — сухо озвучил Аэдан Каин.

Тут подоспел и тот, чьё имя только что припомнили. Запыхавшийся от быстрого шага. В сопровождении тех, кого за ним отправили. Он всё равно прибыл чуть позже, чем стоило бы, судя тому, каким виноватым вмиг стало выражение его лица.

— Я пытался всё объяснить, передал все ваши пожелания в точности, однако леди Эсма не… — сбивчиво принялся извиняться господин Рудберг.

Не договорил. Блондинка заткнула его всего одним волевым безмолвным жестом.

Даже не словом!

Она просто ладонь подняла, и мужчина заткнулся!

А мне как-то нехорошо сразу стало…

И предчувствие появилось.

Такое…

Тоже нехорошее.

Очень!

— Твой управляющий, сын мой, не может распоряжаться тем, кого мне принимать в моём доме, а кого нет, — заявила довольно воинственным тоном женщина, к моей превеликой досаде сосредоточившись исключительно на мне, прожигая таким тяжёлым огненным взглядом, что я невольно начинала жалеть, что не поболела в каюте линкора ещё хотя бы несколько дней, то есть сразу лет. — Ещё раз спрашиваю, что здесь происходит? Кто эта девушка, которая от тебя никак не отлипнет? И почему я вдруг ни с того ни с сего, без должного и действительно уважительного повода, должна отменить свадьбу, на которую ушло так много моих сил, которая планировалась на протяжении целых семи месяцев и на которую приглашено свыше пятисот высокопоставленных уважаемых персон нашей империи?

Свадьбу…

Она сказала, свадьбу!

Чью?!

Зато теперь становилось понятно, откуда столько фаэтонов, музыка в саду и всё такое…

— Верно. Мой управляющий не может. Но я могу. Это не только твой дом. Но и мой. Господин Рудберг должен был выполнить моё распоряжение, мама, а значит, повод для этого есть. Уверяю тебя, вполне весомый. Если я сказал отменить свадьбу, значит её следовало отменить.

По мере повышения накала ситуации, собственное положение ощущалось всё более неуютным и неловким. Особенно в тот момент, когда взгляд моей вроде как свекрови плавно соскользнул с моего лица ниже, сперва критично оценивая моё скромное подвенечное платье, а затем остановившись где-то в районе моего запястья. Да, того самого, со знаком бесконечности на местный лад.

Хуже всего, аккурат в этот момент количество действующих лиц увеличилось. Первая девушка, появившаяся со стороны сада, привлекала к себе внимание белоснежным нарядом с длиннющим шлейфом, о который несколько раз запнулась и на который не обратила никакого внимания. За её спиной остановились две, очевидно, подружки невесты, одетые в одинаковые платья А-образного силуэта, бледно-лилового оттенка, усыпанные блёстками, и ещё одна дама, в ярко-красном, преклонного возраста, который, впрочем, ей совсем не помешал проявить такую же прыткость.

— Отменяется? — с горечью и намёком на претензию переспросила невеста, расслышав последние слова адмирала Арвейна. — Как это, отменяется?

Кукольно-фарфоровое личико сперва побледнело, затем покраснело, бездонные голубые глаза вмиг наполнились слезами, губы мелко задрожали, а ладошки впились в ткань платья, сжавшись в кулачки.

— Почему моя свадьба отменяется? — уставилась… да, на меня.

Тут вообще все, кроме Аэдана Каина, красноречиво пялились лишь на меня одну, как на виновницу происходящего, хотя лично мой разум до сих пор терзали смутные сомнения по части того, в чём именно я повинна.

Впрочем, долго гадать не пришлось.

— Ты не можешь так со мной поступить! — быстренько оправилась от шока или же впала в него в куда большей степени невеста. — Никто из вас не посмеет! Слышите меня?! Вы не можете так со мной поступить! Только не со мной! — рванула нам навстречу.

Кто знает, как далеко и успешно успела бы продвинуться, если бы её не остановила леди Эсма.

— Луиза, — поймала за руку девушку. — Не забывайся.

Вроде бы тихо сказала, но с такой властностью, что невозможно не проникнуться. Та, к кому обращались, разом сникла. Взгляд превратился в затравленный. А я окончательно перестала что-либо понимать.

Луиза…

Не Зои.

То есть свадьба была не сестры адмирала Арвейна.

Откуда взялась эта Луиза?

И если уж она невеста в этом доме, тогда…

— Аэдан, что здесь происходит? — я не сказала ничего нового, но и молчать тоже больше не смогла.

— Что происходит, говоришь? — сорвалась ненадолго притихшая невеста, дёрнувшись в хватке леди Эсмы. — А это, по всей видимости, у тебя надо спросить, что здесь происходит! — дёрнулась снова, на этот раз гораздо успешнее, и вырвалась. — Это ты нам всем расскажи, почему мой жених опаздывает на нашу свадьбу на целых четыре дня, а потом стоит возле тебя, вместо того чтобы жениться на мне!