Империум. Книга 4 (СИ). Страница 19

— Для меня по-прежнему загадка, чего именно вы хотите, Карл, — я скрестил руки на груди и слегка наклонил голову. — Выдаете секрет, который я, вне всякого сомнения, использую против Клана Ночи.

— Да, я понимаю, — сложив руки за спиной, мужчина прошелся вдоль стола. — И вы, наверное, не понимаете, почему я дал вам целый месяц спокойной жизни? Мне просто было интересно, как вы поступите в подобных «комфортных» условиях. И как итог, вы с минимальными потерями смогли отразить атаку, которая для Саратова чуть не стала фатальной. Страшно вообразить, чего бы вы добились, будь у вас год-другой и достаточное количество ресурсов. Не буду отрицать, у меня есть на вас некоторые планы, князь, но полагаю, сейчас не время и не место для их обсуждения. Предлагаю вначале разобраться с текущими проблемами, а потом мы вернемся к этому разговору.

Дальше мы перешли к непосредственному обсуждению дальнейшей стратегии переселения. Выходило, что в Вольнов должно переселиться по меньшей мере десять тысяч человек. Это не только выжившие жители Саратова, но и довольно большой поток беженцев И десять тысяч — это самый оптимистичный прогноз, на деле же речь могла идти о двадцати-тридцати тысячах. Слишком большое количество людей для нынешнего Вольнова, а значит, работы предстоит очень много. Хорошо хоть, что со своей стороны Карл пообещал всестороннюю помощь.

Начал ли я ему доверять после этого? Едва ли. Скорее, подозрений насчет него у меня стало ещё больше. Но грех не использовать подобные ресурсы. Как он правильно сказал, дайте мне время, и я смогу очень сильно перевернуть мир.

В Вольнов я отправил гонцов с распоряжениями, а сам остался помогать саратовцам со сборами. По подсчетам в мое подчинение должны перейти почти тысяча солдат, пятьдесят из которых — конница, и ещё около сотни пушкарей и стрельцов. Остальные — обычное ополчение, набранное из крестьян. Но тут присутствовала лишь часть войска, остальные в данный момент были далековато, возвращались из тамбовских земель после недавнего конфликта между князьями.

Сафронов также сообщил мне, хоть и без особого восторга, что договорился о помощи, и из Тамбова к нам придет ещё сотен пять солдат. Что ж, неплохо, но передо мной оказывалась неприятная дилемма. Стоит ли мне их вооружать как своих? В конце концов, это временное подкрепление со стороны, и что-то я сомневаюсь, что современные винтовки, которые производятся в моей мастерской, будут возвращены после того, как кампания закончится. Хотя… Патроны они делать при всем желании не смогут, у них нет артефактного станка, который делает воспламенители. А следовательно, винтовки быстро станут бесполезными. Тогда никаких проблем с передачей самих винтовок нет, скорее, это поставит армию в некоторую зависимость от меня.

Людей в Вольнов было решено отправлять партиями по паре сотен человек, чтобы принимающие успевали подыскать им место и разместить. Первая партия ушла уже утром, и это были по большей части крестьяне. Солдаты должны отправиться в последнюю очередь, что очень не нравилось князю Сафронову. Бывший саратовский владыка был вообще недоволен решением Карла, но не мог пойти против воли клана Даммерхэрен.

Сам я не стал засиживаться в Саратове больше необходимого и ближе к вечеру отправился обратно в Вольнов, где меня уже ждали мои товарищи. И не успел я оказаться за воротами, как Софья и Борис буквально завалили меня своим недовольством относительно новостей. Город не был готов вместить в себя такое количество людей. Пришлось их успокаивать, а затем садиться ночью за планы.

Чувствую, ближайшие дни будут очень хлопотными…

Глава 14

Следующим же утром стройка развернулась с новой силой. И тут одними геомантами было не обойтись, мне пришлось задействовать и обычных рабочих, чтобы помогали сооружать жилища. Но даже так работа продвигалась не настолько быстро, как хотелось бы. В мастерской тоже всё бурлило. Я поручил Эрго оставить работу над трубами и переключил всех мастеров на штамповку новых артиллерийских орудий. До конца недели мне нужно как минимум двадцать таких.

Эрого такой расклад не очень порадовал, так как помимо моих заказов в мастерской производилось много чего нужного, но пушки нужны были уже вчера, так что пусть не спорит. Мы понятия не имеем, когда могут появиться новые корабли южан, и чем скорее у нас появится новое оружие против них, тем лучше. Будь у нас хотя бы одна такая пушка во время нападения, мы не понесли бы таких потерь.

С новоприбывшими пока проблем не было. Новые дома строились, а за счет того, что к нам приходило четко известное количество людей, мы могли оперативно их распределить по имеющимся домам. Всё-таки я правильно поступил, что стал строить многоквартирные дома в пригороде. Это позволяло размещать больше людей на ограниченной площади. Новеньким просто рассиживаться не давали и сразу поручали работы по навыкам. Подавляющее большинство среди них были крестьянами, которые кроме как на поле работать ничего и не умели, но… и среди них попадались весьма интересные персонажи.

Когда я прогуливался по городу, разбирая в уме дела грядущего дня, ко мне внезапно подскочил прилично одетый мужчина лет сорока с аккуратно уложенными волосами и пышными, тщательно подкрученными усами, который представился бароном Станиславом Адманским и с видом искренней оскорбленности пытался до меня что-то донести.

Я слушал его минуты две, не вмешиваясь, и чем дольше говорил барон, тем меньше я понимал, чего он вообще хочет. Он успел пожаловаться на «оскорбительное обращение», упомянуть что-то про своих стрельцов, недокормленных казной, и завершил тираду изречением, смысл которой от меня ускользал.

Когда наконец удалось вставить слово, я, стараясь сохранить вежливость, спросил прямо:

— И всё-таки, чего вы от меня хотите?

Мужчина вначале оскорбился, словно после сказанного мне уже давно все должно было стать понятно, но, откровенно говоря, мои мысли крутились вокруг совершенно других вещей.

Выяснилось, что барон Адманский принадлежал к старинному, хотя и довольно обедневшему роду, имевшему земли южнее Волги. Когда начались нападения островитян, его владения сожгли первыми, и сам барон чудом добрался до Саратова вместе с остатками свиты. Там его приняли по старой привычке как дорогого гостя: поселили при дворе, обращались учтиво, даже позволили иногда сидеть за столом с советниками князя. Словом, человек не лишился чувства собственной важности.

Но в Вольнове всё оказалось иначе. Здесь никто не собирался кланяться титулу, особенно если за ним не стояло ни людей, ни земли, ни дела. Барон же, по его словам, рассчитывал на «должное положение». Он ожидал, что ему предоставят отдельные покои в верхнем городе, пожалуют «соразмерное званию» жалование и выделят пару слуг для личных нужд. Вместо этого его вместе с остальными беженцами поселили в южном квартале, а потом, к его полному ужасу, чуть было не отправили работать в поля или на восстановление продовольственных складов.

— Вы только представьте, мной, бароном Адманским, командовали какие-то простолюдины! — говорил он, заламывая руки. — Меня поставили в один ряд с мужиками, у которых под ногтями грязь! Это позор, это издевательство над дворянством!

Я слушал спокойно, глядя на его шелковый камзол, который уже начал блестеть от пота, и на дорогие кольца, которые чудом никто ещё не украл. Барон явно не понимал, что для Вольнова все эти знаки знатности ничего не значат. Да что уж говорить, даже я, глава города, нередко занимался тяжелым трудом и выходил из мастерской весь грязный словно обычный рабочий.

— Понимаю, — кивнул я, смотря на мужчину холодным взглядом. — Значит, вы не хотите работать?

— Почему не хочу? Я готов! — воскликнул он с жаром. — Готов служить делу! Руководить, инспектировать, давать советы!

— Советы, значит, — кивнул я, бросив короткий взгляд на Юлианну, которую так и распирало от желания наподдать этому человеку под зад. Да что уж говорить, мне и самому очень хотелось сделать что-нибудь эдакое.